Игорь Новицкий – Социальная психоинженерия. Онтология, методология и инженерия психики социума в цифровую эпоху (страница 25)
В непосредственной связи с законом усиления стоит следующий закон – закон нелинейных эффектов. Если цифровая среда выступает усилителем, то нелинейность описывает режимы, в которых усиление перестаёт быть пропорциональным: малый импульс порождает крупный сдвиг, а крупный импульс может «поглотиться» системой без заметного результата. Поэтому в подглаве 5.3 будет проведена системная артикуляция нелинейности как фундаментального свойства социальной психики в цифровой инфраструктуре, а также будет показано, почему попытки линейного «управления обществом» неизбежно воспроизводят ошибки XX века на новом технологическом уровне.
Литература
[1] Wiener N. Cybernetics: Or Control and Communication in the Animal and the Machine. Cambridge, 1948. – 212 p.
[2] Castells M. The Rise of the Network Society. 2nd ed. Oxford, 2010. – 656 p.
[3] Rogers E. M. Diffusion of Innovations. 5th ed. New York, 2003. – 576 p.
[4] Gillespie T. Custodians of the Internet: Platforms, Content Moderation, and the Hidden Decisions That Shape Social Media. New Haven, 2018. – 344 p.
[5] Kahneman D. Thinking, Fast and Slow. New York, 2011. – 499 p.
[6] Bandura A. Social Learning Theory. Englewood Cliffs, 1977. – 247 p.
[7] Sunstein C. R. #Republic: Divided Democracy in the Age of Social Media. Princeton, 2017. – 352 p.
[8] Barabási A.-L. Network Science. Cambridge, 2016. – 473 p.
[9] МКБ-10: Международная классификация болезней (10-й пересмотр): Классификация психических и поведенческих расстройств: Клинические описания и указания по диагностике. – СПб.: «Адис», 1994. 304 с. – 1243 p.
[10] Лотман Ю. М. Семиосфера. СПб., 2000. – 704 с.
5.3. Закон нелинейных эффектов
Если закон усиления через цифровые среды описывает рост мощности социальных сигналов при их переносе в сетевую инфраструктуру, то закон нелинейных эффектов фиксирует более фундаментальное обстоятельство: усиление не происходит пропорционально, «по прямой». В социальной психике – особенно в цифровых обществах – связь между причиной и следствием редко бывает линейной. Малое воздействие может оказаться безрезультатным, а может вызвать системный срыв; крупное воздействие может дать кратковременный эффект и быстро затухнуть, а может запустить длительный режим саморазвития. Иными словами, социальная психика как система демонстрирует характерные для сложных нелинейных систем свойства: пороговость, фазовые переходы, чувствительность к начальным условиям, множественность устойчивых состояний и непредсказуемость в деталях при относительной закономерности в типах динамики [1].
В классической гуманитарной традиции нелинейность нередко описывалась метафорически: «история не повторяется», «общество непредсказуемо», «массы иррациональны». Социальная психоинженерия стремится заменить метафору операциональной моделью. Нелинейность здесь понимается как свойство системы, в которой результат воздействия зависит не только от величины воздействия, но и от конфигурации связей, текущего состояния поля, наличия обратных связей и распределения ресурсов внимания. Это означает, что проектирование вмешательств в социальную психику не может опираться на интуитивную пропорциональность («сделаем больше – получим больше»). Наоборот, в цифровой среде «больше» может быть опаснее, потому что позитивные обратные связи и сетевые каскады способны многократно увеличить эффект, выводя систему за пределы желаемого режима [2].
Онтологическим основанием закона является аксиома системности: общество как психическая система обладает внутренними состояниями и регуляторными контурами. Именно наличие устойчивых состояний (аттракторов) и переходов между ними делает возможной нелинейную динамику. В социально-психическом поле можно выделить режимы относительной стабильности: например, «низкоаффективный повседневный фон», «мобилизационное возбуждение», «паническая тревога», «циничная апатия», «поляризационный конфликт». Эти режимы различаются не только интенсивностью эмоций, но и структурой интерпретаций, распределением доверия, готовностью к действию, восприимчивостью к слухам и степенью когнитивной закрытости. Переходы между режимами не являются плавным «ползущим» процессом; чаще они напоминают фазовые скачки, когда система, накопив напряжение, перескакивает в иной режим при сравнительно небольшом внешнем импульсе [3].
Ключевым элементом нелинейности является порог. Порог в социальной психике – это значение параметра (тревоги, морального возмущения, доверия/недоверия, воспринимаемой угрозы), после которого качественно меняется характер реакции. До порога коллектив может оставаться пассивным и «наблюдающим», после порога – переходит к мобилизации, протесту, панике или, напротив, к распаду и взаимной враждебности. Порог не фиксирован; он зависит от предыдущих травм, от хронической усталости, от социального неравенства, от фона неопределённости, от действий институтов и от информационной среды. Здесь проявляется связь с подглавой 3.3: время и память социума формируют латентные накопления, которые изменяют чувствительность системы к новым событиям. Цифровая память усиливает этот эффект, поддерживая повторную актуализацию травматических и мобилизационных сюжетов [4].
Нелинейность в цифровых обществах приобретает особую силу из-за структуры сети. Теория сетей показывает, что в распределённых системах с неоднородной связностью существуют узлы и кластеры, через которые воздействие может распространяться непропорционально быстро. Даже если исходный импульс мал, попадание в «центральный» узел или в резонансный кластер создаёт каскад. При этом каскад не обязательно отражает истинную значимость события; он отражает согласование формы события с логикой сети и алгоритмической селекцией. Это означает, что социальная значимость и информационная заметность могут расходиться: малое событие становится гигантским социальным фактом, а крупное – остаётся локальным, если не получает сетевого резонанса. Подобные эффекты описывались в исследованиях каскадов информации и коллективных динамик в сетевых структурах [5].
Чтобы закон нелинейных эффектов был пригоден для инженерии, его необходимо сформулировать как правило диагностики и проектирования. В социальной психоинженерии закон может быть представлен следующим образом: эффект социально-психического воздействия является функцией не только силы сигнала, но и текущего состояния системы, её сетевой конфигурации и характеристик обратных связей; при приближении к критическим порогам малые воздействия способны вызывать диспропорционально большие изменения состояния [1]. В этой формулировке важны два момента. Во-первых, подчёркивается зависимость от состояния: одно и то же сообщение, мем или нарратив в разные периоды может иметь противоположный эффект. Во-вторых, вводится идея критических порогов: социальная система может быть в «далёком» от критичности режиме (эффекты слабые и затухающие) или в «близком» к критичности режиме (эффекты каскадируют).
Нелинейность проявляется также через феномен множественности устойчивых состояний. В психиатрии хорошо известна клиническая ситуация, когда после некоторого порога симптоматики у пациента меняется качество состояния: например, тревога превращается в паническое расстройство, депрессивный фон – в тяжёлую депрессию с суицидальным риском, подозрительность – в бредовую систему. МКБ-10/11 фиксируют эти различия как диагностические категории, подчёркивая качественные изменения в организации симптомов и их влиянии на функционирование [6]. Аналогия не должна превращаться в прямой перенос диагнозов на общество, но она полезна как системное указание: социальная психика, как и индивидуальная, имеет режимы, которые различаются не количественно, а структурно. В одном режиме общество способно к интеграции разногласий, в другом – строит мировоззрение по принципу «друг—враг», где любая информация интерпретируется как подтверждение заранее принятой схемы. В третьем режиме доминирует апатия и цинизм, и даже сильные сигналы не приводят к действию. Это и есть множественность аттракторов, характерная для нелинейной динамики [7].
Особый класс нелинейных эффектов связан с позитивной обратной связью и самоподдержанием. В цифровой среде, как показано в подглаве 5.2, эмоционально насыщенный контент чаще получает подкрепление метриками вовлечённости, а значит – больше показов. В результате возникает контур, где рост эмоции повышает видимость и видимость повышает рост эмоции. Нелинейность здесь заключается в том, что до определённого уровня контур может быть слабым и не приводить к массовому сдвигу, но после пересечения порога – становится самодвижущимся. Это напоминает переход от локального возбуждения к генерации устойчивых колебаний в физике или к эпидемическому порогу в эпидемиологии, где значение коэффициента распространения определяет, затухает ли вспышка или развивается в эпидемию [8]. Социальная психоинженерия использует эти аналогии не как украшение, а как модель: задача диагностики – определить, приближается ли общество к «эпидемическому порогу» для того или иного нарратива или аффекта.
Нелинейность проявляется не только в направлении эскалации, но и в направлении подавления. Попытки грубого контроля, цензуры, силового подавления или морализаторского давления могут вызывать эффект, противоположный ожидаемому. В социальной психологии подобные явления описываются как реактивность, эффект обратного действия, «эффект Стрейзанд» в сетевой культуре, а также как динамика групповой идентичности при внешней угрозе. Чем сильнее воспринимается внешнее давление, тем больше консолидация группы вокруг символа сопротивления, тем выше моральная мобилизация, тем быстрее распространяется запрещённый контент в альтернативных каналах. Это типичный нелинейный эффект: увеличение усилия контроля не уменьшает эффект, а усиливает его через изменение интерпретационной рамки и через рост символического капитала «запретного» [9]. Следовательно, для социальной психоинженерии принципиально важно различать ситуации, где линейные меры работают (например, снижение доступа к конкретному вредоносному инструменту), и ситуации, где они запускают нелинейную компенсацию, усиливающую проблему.