Игорь Нокс – Остров судьбы (страница 24)

«Рапиры» поблизости не было — последнюю неделю ребята курсировали где-то у побережья Юкатана, и ждать их понадобилось бы несколько дней. Насчет того, что мой экипаж не бросит меня, как предыдущего владельца брига, можно было не сомневаться: поначалу это была не команда, а сборище первоуровневых игроков. Однако последующие дни связали нас сильнее. К тому же на «Рапире» знали о моем клане. Все только и думали о том, как бы побыстрее примкнуть к «Пришествию дна». Так что все под контролем — за своих людей я был спокоен, как бы далеко он ни были.

А вот «Отцы моря», сопровождающие на Барбадос два торговых парусника, оказались очень кстати. Меня приняли довольно любезно — без капли вражды. Я даже чувствовал себя на этом гигантском суде уютнее, чем на «Сбоку заходи», потому что здешние англичашки хоть и не уделяли внимание моей персоне, но и гадостей с их стороны тоже не наблюдалось. Клан состоял целиком из китайцев, к чему я быстро привык. Кроме того, за это пятидневное плавание я узнал немало нового, в частности о строении таких вот мощных кораблей. Довелось также поучаствовать в сражении с французами, и хотя пострелять из пушки не дали — на этом линейном корабле дисциплина идеальна, каждому метру отведен человек экипажа — зрелище получилось красивым. Когда десятки крупнокалиберных орудий изрыгают вихрь огромных ядер — это завораживает. Как и разбивающийся в щепки борт неприятеля секундами позже.

Такие корабли менее поворотливы, чем фрегаты, а уж тем паче бриги или шлюпы, но им этого и не требуется — двух-трех залпов обычно достаточно, чтобы пустить средней величины корабль на дно. Хотя, говорят, если тот же бриг улучшить как следует, тремя залпами с ним не справишься — максимум, такелаж испортишь. Да и выцеливать из пушек суда, обладающие отличным ходом, очень трудно, именно поэтому в морских сражениях так важна слаженность команды и реакции командиров. Решения принимать нужно быстро, одна ошибка может стать для бойни роковой.

И все-таки рано или поздно находиться на корабле наскучивает, монотонные боковая и килевая качки подвергают твое тело непередаваемым мучениям. Несколько раз меня выворачивало за борт, как и ранее, когда приходилось подолгу находиться на корабле. Поэтому в «Карибы» я заходил ненадолго, и как только меня начинало укачивать, скорее спускался в кубрик и покидал виртуал.

Увы, во время поиска клада игрок обязан находиться в игре, как минимум, пять часов в сутки, иначе квесты обнулятся. Поэтому приходилось привыкать к длительным морским переходам. Со временем тело вырабатывает иммунитет к укачиванию, однако на длинных маршрутах я еще сдавал позиции. Плюс ко всему, находиться на корабле, где ни один член команды не составит тебе интересную компанию, скучно. Хотя и людей понять можно — у них тут самая что ни на есть настоящая служба, на которой не до развлечений. Сколько каждый из них получает денег, и в каком виде они приносят прибыль, я не знал, но догадывался. Не за простое «спасибо» они сопровождают мирные грузовые корабли. И не просто так сохраняют репутацию сильного клана, который в реальности не брезгует участвовать в рекламе самых разных продуктов. Кроме того, донаты от поклонников «Отцы моря» тоже получали нешуточные, демонстрируя свои успехи многочисленными видеороликами в Сети.

А вот мне приходилось искать, чем себя занять — работенка по мелочи давно закончилась. Фехтовать по заветам Оливии фон Штерне тоже нельзя было вечно — к тому же никто не мог составить компанию.

Я часто наблюдал за качающимися фонарями в кают-компании. Висящая на веревке застекленная свеча успокаивает нервы мерным, безмолвным ритмом. Еще мне разрешали лазать по вантам, когда корабль шел спокойным ровным курсом, и это открывало возможность глазеть на море с высоты птичьего полета. Игроки в огненно-красных камзолах, снующие по палубе, казались жуками-пожарниками, а офицеры в своих синих мундирах виделись с топа грот-мачты жуками потолще, но спокойнее — эти передвигались медленней, больше тыча руками и вертя головами, покрытыми английскими треуголками или двууголками.

— Меньше ход! Помалу! Эй, на фоке! Шкотовый угол поправить!

Эти ребята отличались от пиратов во всем. Нарушение дисциплины каралось штрафами, пинками под зад или даже выбрасыванием за борт с привязанным к рукам канатом. Словом, «Отцы моря» потому и добились таких высот в виртуале, что действовали четко и слаженно. У нас же на пиратском корабле было так: когда бороздим просторы моря, всякий, кто не несет вахту, занимается чем хочет, но как только раздается сигнал о подготовке к бою, все в мгновенье вскакивают со своих мест и оперативно занимают позиции.

— Швартовы с носа готовь! Якорь с подветренной стороны готовь!

Корабль подходил к пристани, сопровождая пузатые торговые суда. Практически весь путь линейный корабль шел первым, лишь иногда ровняясь с парусниками.

Карибское солнце пекло, не переставая, на коже время от времени выделялись капельки пота. На нижних отсеках судна не лучше — может, там и не так жарко, зато духота неимоверная. Виртуальное тело под природными условиями менялось почти так же, как и в реальности. Загар, поначалу не загар даже, а покрасневшая до ожогов кожа, день ото дня темнел, волосы на руках стали светлее и даже на голове малость выгорели. Только вот в реальности я не так давно подстригся, а тут волосы сильно выпирали из банданы. Они быстро отросли и превратились в нечесаные лохмы. Впрочем, на «Карибах» такое в моде. А вот бороду я пока брил, хотя чувствовал, что однажды мне это надоест — волосы здесь отрастали намного быстрее и гуще.

— Отдать якорь!

Английские солдаты с нетерпением ждали, когда можно будет ступить наконец на твердую некачающуюся землю, вместе с ними и я. Только, подозреваю, скоро придется вновь убираться отсюда.

Барбадос — это, в первую очередь, плантации. Целые секторы тростникового сахара здесь принадлежат крупным кланам, корабли которых периодически забирают товар и везут на продажу. При этом на Барбадос, по слухам, нападают чаще обычного — много кто хочет заполучить такие объемы ресурсов. Однако англичашки смекнули, что если не объединить силы в защите плантаций, Барбадос может легко попасть в руки испанцев или французов. Теперь здесь хватает пушечных батарей и солдат гарнизона.

Наконец пришвартовались. Огромный корпус судна еле уместился на пристани, но оставлять корабль дальше от берега еще хуже — тогда он заслонит проход в бухту для других кораблей, а «Отцам моря» здесь, как минимум, до завтра стоять. Что касается меня, то обратно я подумывал арендовать корабль неписей — что-нибудь небольшое, шлюп или люгер, но сначала нужно разыскать некого Джордана Бланка, живущего в глубине острова.

Вышли на берег, слегка покачиваясь. Ощущения, словно я вылез из космического корабля, совершающего годовой полет.

— Ну как, жив? — спросил меня английский капитан.

— Вроде да, — протянул я, посматривая с пристани на судно. — Большое спасибо за помощь.

— Благодари не меня, а своего друга, — улыбнулся капитан, а затем повернулся к матросам на корабле и закричал: — Эй, на сей-талях! Какого хрена! — И быстрым шагом направился к своим людям, готовящим канаты для погрузки ресурсов на корабль.

Сделав вывод о том, что на этом наш разговор с капитаном окончен, я отправился в путь. Городок был сравнительно небольшим. Кирпичных строений на пиратской Тортуге и то больше. Зато насколько хватало глаз, плантации тут расстилались во все стороны. Говорили, что на них трудились тысячи неписей, зачастую темнокожих — все по реальным событиям семнадцатого-восемнадцатого века.

Итак, что там у нас по карте? Маршрут не такой уж и сложный: сперва пройтись вдоль берега с полмили, а затем двинуться вглубь острова, пересекая какую-то речушку. Ну, вперед.

Глава 9. Чертежи

Рубящие удары топора, которые доносились сквозь обильную растительность, подсказывали, что я у цели. Берег остался далеко позади, и сейчас приходилось продвигаться туда, где, согласно метке на карте, должен находиться нужный мне непись по имени Джордан Бланк.

Из состояния задумчивости меня вывел вид здорового мужика, колющего поленья. На теле его были зарубцевавшиеся шрамы. Лысая голова покрыта старыми выцветавшими татуировками в виде якорей, морских узлов и черепов. По обнаженной спине стекали капли пота, загнутые под шорты штаны насквозь пропотели.

Мужик орудовал самодельным колуном. Он наносил удары по бревнам безжалостно, вкладывая в каждый удар всю свою силу. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так.

— Чего? — бросил он, завидев меня.

— Я ищу Джордана Бланка, — смущенно ответил я, чувствуя себя мальчишкой, заглянувшим в чужой душ.

— Кит вас всех сожри с кишками! Лучше б дровишек наколол, а не маялся без дела! — Что-то мне подсказывало, что непись как раз и являлся тем, кому я должен вручить обломок меча.

— Мне нужно передать…

— Да десять гарпунов мне в печень, если я не знаю, что тебе больше всего сейчас нужно! Поди сюда, парень. Сюда, крысеныш сухопутный, говорю, подойди!

Несмотря на поток брани, «дровосек» вовсе не выглядел враждебно. Наоборот, его ругань внушала доверие, интуиция подсказывала, что рядом с таким персонажем ты в относительной безопасности. Это тебе не ягуар и не игрок испанской фракции… Впрочем, помня Бродара Смита, я бы не стал надеяться на радушный прием. Подошел ближе, готовый в случае чего тут же взяться за сабли.