Игорь Николаев – Высокое Искусство (страница 76)

Жжение в мочевом пузыре стало почти невыносимым. Бадас понял, что сейчас он закончит как Братаны, возможно и лицо так же потеряет, чтобы впечатлять кого-нибудь, кто знает больше.

- Да, еще, - уточнила женщина-смерть. - Она появилась здесь не раньше минувшей осени. Возможно позже.

- Чем занимается? - выдохнул Бадас. В голове забрезжила мысль, но ее требовалось раздуть, как уголек, подогреть еще хоть чем-то.

- Хм... - фигура прищелкнула пальцами правой, звук прозвучал отчетливо и сухо, как сломанная ветка, несмотря на перчатку. - Действительно. Прежде она была подмастерьем в аптеке.

- Лекарка?

- Да, можно так сказать, - фигура склонилась ближе, и Бадас с большим трудом удержался от того, чтобы не отстраниться, забиваясь в угол меж кроватью и стеной.

- Я знаю об одной. Пришла в Мильвесс по осени чуть больше года назад. Крепкая, сильная. Порезала двух моих людей. Черноволосая, но может красится.

Бадас прервал речь и закашлялся, слова драли пересохшее горло, словно крупный песок.

- Продолжай, - вежливо попросила женщина

- Работает лекарем. Без грамоты, но рука набитая. Шьет раны как человек с опытом. Знает микстуры и травы.

Бадас добросовестно задумался, прикидывая, что еще могло бы относиться к сфере интересов жуткой обдирательницы.

- Одна. Пришла одна, ни семьи, ни друзей. Ни с кем особо не водилась, покровителей не искала, в гильдию не обращалась.

- Все?

- Д-да, - выдавил Бадас.

- А вот это уже хорошо, - констатировала женщина. - Очень хорошо!

Она выпрямилась и замерла как статуя, вероятно в раздумьях. Бадас тоже замер, опасаясь даже глубоко дышать.

- Отлично! - вернувшись из мира грез, убийца негромко хлопнула в ладоши. - Я рада, что у нас так хорошо все получилось. Теперь мне нужно еще две вещи.

- Всегда к услугам, - бандит сумел пошутить, пусть губы и дрожали как на морозе. Похоже, шутка пришлась к месту, да и смелость была оценена по достоинству

- Первое. Где мне ее найти. В каких местах бывает. Хотя... нет. Лучше так, где я сегодня найду ее совершенно точно. Думай хорошо, у меня нет времени на долгие поиски.

- Дом. Она снимает комнату. Городская тюрьма. Работает там.

- Тюрьму не надо, - махнула рукой визитерша. - Еще?

- Бретерская школа.

- Что!? - казалось, эта фраза глубоко, искренне поразила женщину.

- Она берет уроки фехтмейстера. Говорили, звезд не хватает, но учится неплохо. Недавно участвовала в дуэли. Противник отступил.

- Надо же, - хмыкнула черная тень в плаще. - Девочка извлекает уроки... Еще.

- Дом любовницы.

- Любовницы... Ох уж эта Искра! - теперь женщина искренне веселилась, но веселье это было диковатым. Как у злого ребенка, что поджигает уши лисичке-феньку ради смеха над искалеченным зверьком.

- Еще.

- Больше никуда не ходит. Бродит иногда по городу, в лавки заглядывает, но это как получится.

- Итого. Дом. Ученичество. Любовница. Три места. Все верно?

- Да. И.. осмелюсь заметить.

- Осмелься. Но кратко.

- Госпожа, вам понадобится кто-нибудь, кто знает ее в лицо.

- Это намек, что тебя не стоит прибавлять к?.. - дьявольская женщина указала большим пальцем через плечо, аккурат в сторону страшных мертвых масок.

- Я полезен! - Бадас понимал, когда нужно рвать на себе рубаху и показывать на все стороны света бандитский гонор, а когда нужно склонить голову ниже и облизать чужой сапог. И сейчас точно была очередь не гонора.

- Это, собственно, второе. Мне понадобятся люди. Наемные дубинки. Плачу золотом.

- Что?.. - Бадас таки не удержался от возгласа, очень уж быстро случился переход от кровавой мясорубки к сугубо рабочему предложению.

- Быть может, понадобятся люди, подручные, - с плохо сдерживаемым нетерпением сказала фигура. - Я не могу быть везде одновременно. И не хочу ждать. Если ты сумеешь объясниться со своими насчет... - она вторично ткнула в направлении бывших Братанов. - Или найдешь кого-то со стороны, мы договоримся.

- Но... зачем? К тво...вашим услугам любые мастера, - Бадас очень, очень не хотел еще больше впутываться в мутное дело. - У меня убийцы, воры, кто угодно, на любой вкус. Но не воины.

- Воины не нужны. Я сама управлюсь с кем угодно, - прозвучало как похвальба, однако похвальбой не являлось. Ведьма констатировала факт, в котором была совершенно уверена, и два лица на стене молчаливо подтверждали ее правоту. - Мне нужно «мясо» на день или два. Жестокие ублюдки без чести и совести. Исполнительные, сметливые. Без лишних вопросов. Которые могут сжечь ребенка средь бела дня и скормить матери его прожаренные пальчики.

- Не выйдет, - покачал головой Бадас, насколько позволяла подушка. - «Мясо» найдется, но за него придется отвечать.

«Покровителю» было искренне жаль, он хотел жить и не хотел составить трио с Братанами. Однако хорошо понимал пределы допустимого и надеялся, что жуткое создание без лица достаточно здравомыслящее, чтобы тоже их представить.

- Все должно работать, как заведено. Тихо, привычно, незаметно, - он честно постарался объяснить суть проблемы. - Если будет «грязная» кровь и сожженные дети, стража встанет на дыбы, юдикаты возмутятся, суды начнут правосудить направо и налево. Будет следствие, допросы, присядут правильные ребята. Люди не поймут. Люди спросят - «кто допустил?». И повисну я не куском рожи на стене, а целиком в обнимку с гвоздями. Так на так выйдет.

- О, будь спокоен, - широкая улыбка призрачной убийцы растекалась в голосе, как подслащенное масло. - Уверяю тебя, в самом скором будущем Двор, советы и суды будут заняты совершенно иными делами. Его Величеству придется срочно жениться на страхолюдной островитянке. По этому поводу состоятся гуляния, погромы, сведения счетов, грабежи, а также многочисленные убийства. Так что лишняя пара мертвецов никого не огорчит и даже не привлечет внимания, поверь.

- Господи, помилуй, - прошептал Бадас.

- Итак, десятка людей мне хватит. Позаботься. Сначала навестим дом.

На стол с многообещающим звоном улегся полный монет кошель. Приятно увесистый, набитый до упора, в иных обстоятельствах он пришелся бы удивительно к месту. Но Бадас почувствовал, как у него замерзает душа.

- Вот задаток. Там хватит с избытком, сам решишь, кому и сколько дать. Не говоря о том, что ты хорошо заработаешь на знании о скорых погромах.

- Я-я-а... - все-таки «покровитель» не выдержал ровности голоса, сорвался и заблеял, пусть на мгновение. Было стыдно.

Безликое создание снова наклонилось, ближе, чем прежде. Бадас посмотрел в подсвеченную багряными огоньками живую тьму и не обмочился лишь благодаря спазму, что сковал мышцы. Парализующий ужас растекся по телу.

- Дружище, - тихо, с бесконечной внушительностью сказала тьма. - Ты можешь поверить в мои рекомендации. Или не поверить. Выбор лишь за тобой.

Бадас закрыл глаза и глубоко вдохнул, просто, чтобы потянуть время, отодвинуть бремя выбора еще на пару мгновений. И понял, что пришелец, а точнее пришелица не пахнет ничем. Вообще ничего, ни тела, ни металла, ни кожи. Как будто сверху навис призрак.

- Десять человек? - выдавил он, не открывая глаз, боясь увидеть. - Я найду лучших.

Глава 24. "Рухнувший мир"

Глава 24

Рухнувший мир

Елена ожидала, что ее ждет круговерть удивительных секретов и тайных дел. Но в реальности все оказалось скучно и тоскливо. Когда небо только-только начало терять глубокую черноту, женщины в сопровождении охраны покинули дом. Флесса оставила в доме трех сторожей, солидных и вооруженных до зубов. Баала их сразу начала кормить свежей выпечкой, а Малышка проснулась и, совершенно не пугаясь вооруженных людей, полезла знакомиться. Елена покинула дом с легким сердцем, понимая, что здесь все будет хорошо. Или, по крайней мере, безопасно.

К особняку герцогини добрались быстро, на лошадях, причем тут Елена снова почувствовала собственную ущербность - верховую езду лекарка так и не освоила за неимением лошади. Так что пришлось сесть за Флессой, хотя и в этом оказалась своя прелесть, можно было крепко обнять подругу, прижаться к чистому, надушенному цветочной эссенцией плащу.

Площадь перед особняком была обжита почти как в памятную ночь с поклоном, только дисциплины существенно прибавилось. С первого взгляда чувствовался порядок и единая воля, подчинявшая разношерстных бойцов. Внутри дома так же кипела напряженная жизнь - слуги, курьеры, просто вооруженные люди, бретеры и другие сомнительные личности сновали, ждали, торопились, поодиночке и в компаниях.

Все это крайне напоминало штаб перед началом решающей операции, и Флесса с ходу включилась в процесс. После короткой беседы с почти лысым дядькой, похожим на купца, который зачем-то нацепил толстенную цепь из чистого серебра без украшений, герцогиня поднялась в свой кабинет. Там быстро переоделась из мужского костюма в уже знакомое платье, а Елену попросту заперла в гардеробной.

Лекарка тому не особо огорчилась, потому что герцогская гардеробная рассчитывалась на долгий, вдумчивый выбор с примерками, а также философскими размышлениями - что именно подходит к моде, сезону, времени суток и самоощущению хозяина. Так что комната сама по себе могла заменить небольшой гостевой зал, здесь можно было даже подремать на диванчике и выпить хорошего вина, похожего на сангрию.

Елена и задремала под аккомпанемент хлопавших дверей, неразборчивых скороговорок и быстрых четких указаний Флессы. Слов через дверь было почти не разобрать, подслушивать не хотелось, понятно было только, что происходит нечто серьезное и требующее постоянного контроля. В других обстоятельствах сон бежал бы прочь, тем более что лекарка еще и не явилась на службу, и это обещало проблемы. Однако сказалась бессонная ночь, а тревогу насчет будущего смягчила цеховая грамота от Флессы. Тубус не помещался в кошеле, однако имел удобные петельки для подвешивания к поясу, так что Елена сразу надела его, отчасти, чтобы сделать приятное подруге, отчасти на всякий случай, вещь и в самом деле была невероятно дорогая, потерять жалко.