Игорь Николаев – Дворянство. Том 1 (страница 12)
- Нас не побьют? - тревожно спросил Гаваль.
Новоприбывших и местных разделяло с полсотни метров. Раньян говорил о чем-то с предводителем, разговор казался вполне мирным, но в дороге может случиться, что угодно, поэтому все были настороже и глядели друг на друга с нескрываемым подозрением.
- Да не должны бы, - рассудила Гамилла, впрочем, не спеша разрядить баллестр.
Елена лишь криво улыбнулась, она предполагала, что бретер, Кадфаль и Насильник могли бы каждый в одного без особых усилий разогнать местных. Впрочем, бог его знает, какие удивительные таланты могли скрываться у замковых, не говоря о паре возможных лучников, поэтому женщина отступила на шаг, приготовила ножны.
Наконец Раньян обернулся и махнул рукой, дескать, консенсус достигнут.
- Не, не побьют, - солидно сказал Кадфаль. - А капустка на сон грядущий очень пользительна для живота.
- Ага, - мрачно фыркнул депрессивный Грималь, пользуясь отсутствием господина. - Поутру как раз пользительно пронесет…
Он оглянулся на юного императора, скривился и шлепнул себя по губам.
Семейство замковладельцев состояло из пожилого, но еще крепкого фрельса и его дочки, той самой бледной тоненькой девушки лет четырнадцати. «Фрельс» шел за «бароном» и считался первой ступенью в лестнице настоящего дворянства. Все, что ниже уже относилось к презренной черни. Судя по всему, эта семья бедствовала и работала чуть ли не бок о бок с крестьянами, которым сдавала в аренду родовую землю. Однако сей факт гости дружно и тактично «не заметили». А хозяева не сказать, чтобы горячо порадовались гостям, но приняли в целом радушно, отчасти из долга гостеприимства, отчасти в расчете на хорошую беседу и новости. Как оказалось, сюда дошли слухи о смене власти, однако без всяких деталей, и провинциальные дворяне жаждали подробностей.
В самой башне, по-видимому, давно никто не жил, она выполняла представительские и защитные - на крайний случай - функции. Приезжих разместили в господском доме, где не было даже камина, его заменяла универсальная полусферическая печь, сложенная буквально из камней и глины в центре зала. Впрочем, путники, наконец, отогрелись и отмылись, пусть едва теплой водой. Причем они оказались не единственными гостями дома. Здесь уже расположился одинокий странник, по лицу типичный горец, одетый, впрочем, как рядовой наемник в поиске работы. Он был, кажется, ранен в ногу и по большей части молча лежал на охапке соломы. Помощи горец не просил, так что все его дружно (и вежливо) игнорировали.
Прислуживали гостям лично хозяин и дочь, притом все опять-таки дружно сделали вид, что это великая милость и знак уважения со стороны хозяев, а не отсутствие слуг. Хозяева, в свою очередь, с достоинством приняли серебряную монету от Раньяна - упаси боже, не плату, а честную бескорыстную благодарность. И после ужина бретер удовлетворил, наконец, тоску фрельса по новостям, очень аккуратно и регулярно ссылаясь на выдуманных описателей и рассказчиков, чтобы не дай бог, не сойти за очевидца. Елена же снова погрузилась в раздумья.
Она уже не раз слышала в разных вариациях, что мелкое служилое дворянство переживает скверные времена, причем повсеместно и далеко не первый год, скорее даже не десятилетие. Судя по всему, марксов тезис о накоплении и концентрации капитала безотказно работал и здесь. Богатые землевладельцы становились все богаче, умножая владения, выкупая, а то и забирая наделы у менее удачливых коллег. А «всадники» попроще терпели нужду, их родовые земли уходили в залог, а затем и распродавались. В лучшем случае обедневший рыцарь оказывался на положении ловага, то есть фактически наемника, который имел символическое земельное владение - только чтобы числиться в сословии - а жил за счет хлебного содержания магната, исполняя волю господина. Но это в лучшем. Остальные падали ниже и ниже, превращаясь в настоящих рутьеров, сержантов, а то и просто бандитов и прочий деклассированный элемент. Глобально исправить или хотя бы смягчить ситуацию могла бы хорошая, большая война, то есть грабеж и обширное перераспределение собственности в масштабах хотя бы королевства, но таковой не было уже почти столетие и не предвиделось.
Но слышать - одно, а видеть своими глазами - совсем иное дело. Старый фрельс был настоящим рыцарем, представителем фамилии с трехвековой родословной подлиннее, чем у иного графа. Однако всех различий с податными крестьянами у него был разве что герб на поясной бляхе. Рыцарь одевался как простолюдин, ел как простолюдин, работал наравне с простолюдинами. И явно страшно нуждался, одеваясь в гордость вместо богатого платья.
Пока Елена думала о марксизме и политэкономии, мужчины углубились в разговоры о мужском, то есть военном. Фрельс рассказывал о грядущих неприятностях.
Весной должен был состояться ежегодный воинский смотр округи - традиционный повод для приличных людей собраться, порешать накопившиеся вопросы, от помолвок и любительских турниров до поединков чести. А самое главное, военнообязанные кавалеристы должны продемонстрировать снаряжение и навыки, соответствующие их положению. Ведь коли не можешь служить сообразно статусу - не можешь быть дворянином. В уходящем году мероприятие прошло тяжко,
Слово за слово, оказалось, что среди приезжих мало кто понимает, сколько стоит быть рыцарем.
- Ну, давайте считать, - для большей выразительности старый фрельс даже подтянул рукава изношенной куртки на многочисленных шнурках. - Полный зерцальный доспех, то графская утеха. У нас все попроще будет. Железная шапка, стеганый поддоспешник с ватой, без тряпок. Бригандина или кольчуга, - он загибал пальцы, чтобы не упустить ничего. - Перчатки хотя бы кольчужные. Щит, если доспех вовсе худой. Копья, годные против конного и пешего, три штуки, если обычные, шесть, если по южному обычаю, высверленные в середине для облегчения. Топорик или клевец, а еще булава или шестопер. Попону стеганую для лошадки. Седло, если хорошее, в пятую часть стоимости коня легко станет, а то и дороже, но без него нельзя, копье требует посадки. Слуга, чтобы чистил оружие и доспех, одежду стирал, все такое. И спутников снарядить, хоть одного, лучше двух. Даже если монетку к монетке считать, пуд серебра уходит, как пальцами щелкнуть.
Елена быстро пересчитала вес драгметалла на серебряные копы, перевела на свое содержание тюремного медика и не сдержала возглас изумления. Она, конечно, представляла, что снаряжение конного латника строит дорого, но масштабы финансового бедствия осознала только сейчас. Сумма, прямо скажем, внушала.
- Немало, - заметил Гаваль, его красивая и небритая физиономия щурилась в мечтательной гримасе, кажется, в мыслях самопровозглашенный певец уже вовсю тратил шальное серебро.
- А если сэкономить?
- Можно и в половину уложиться, коль припрет, но это… совсем уж… «ослиный рыцарь» какой-то получится.
Фрельс поморщился, качнул головой. Судя по его мине, семь-восемь килограммов доброго серебра были нищебродской суммой, которой могло хватить разве что гопнику с палкой.
- А если снаряжаться по-графски? Или выше? – не унималась Елена, заинтересованная военной математикой.
Фрельс почесал затылок в некотором замешательстве, однако зачитал по памяти:
- Насчет жандармов писано в ассизах так. Пусть каждый воин будет вооружен доброй кирасой, мечом, поножами, шлемом с забралом и хорошо, если шлем отделан серебром. О копьях же говорить не станем, ибо они должны быть, как и пажи, что понесут за воином его снаряжение. Также следует иметь не менее трех лошадей для себя самого, для своего пажа и боевого спутника. Лучше же будет завести по четыре или пять коней каждому, один для боя, один ему на замену, один для повседневных путешествий и два под багаж. Спутнику же… спутнику…
Он сбился и пошевелил губами, будто вспоминая, но тут внезапно подал голос Насильник, явно знакомый с предметом не понаслышке:
- Спутнику же следует иметь во владении шлем без украшения серебром, короткий меч или кинжал, а также топор или родственное орудие. Такое же снаряжение стоит купить еще хотя бы для двух конных воинов, ибо не пристало человеку копья идти в бой, имея лишь избранного спутника одесную. Если из брони воины могут надеть лишь кольчугу, должно прилагать к ней корсеты, набранные из железных пластин, нашитых на кожаную или тканую основу.
Елена спрятала улыбку в поднятом воротнике, она давно поняла, что самурай-копьеносец в прошлой жизни был дворянином и конным воином. А, судя по длинной цитате, приведенной без единой заминки, отнюдь не рядовым.
- Эх, как звучит, - мечтательно выговорил Кадфаль. - Музыка для ушей. Серебром отделанное… не меньше трех лошадей… живут же люди!
- Это да, - согласился фрельс. - Итого на круг хорошая броня с оружием и прочее снаряжение… сундук для доспеха там… два с лишком, три пуда серебра выходит.