Игорь Некрасов – Вулкан Капитал: Орал на Работе. 18+ (страница 62)

— Да… и нет. Я, собственно… — он сделал паузу, чувствуя, как слова прилипают к горлу. — Я там кое-что… сделал. Одну глупость.

Он начал мямлить что-то расплывчатое о «перспективах рынка» и «временной волатильности», пока Виктория, не отрываясь от экрана, просматривала документы, делая вид, что не слушает. Её полное отсутствие реакции вывело его из равновесия сильнее, чем крик.

Вздохнув, он выдохнул всё одним предложением, чётко и ясно:

— Я превысил лимит по счёту Лебедева и влил полмиллиона в акции «Нейротека» прямо перед обвалом.

Виктория Викторовна замерла, и её пальцы перестали бегать по клавиатуре. Она медленно, очень медленно повернула голову и уставилась на него. В её глазах не было ни гнева, ни раздражения — лишь чистая, безраздельная тишина, страшнее любой бури.

— Полмиллиона, — сказала Виктория Викторовна без интонации. Её голос был гладким, как лезвие. — Лимит Лебедева. «Нейротек».

Она отодвинула клавиатуру, встала и медленно обошла стол, не сводя с него ледяного взгляда. Каждый её шаг отдавался в полной тишине кабинета. Она остановилась в двух шагах от него, скрестив руки на груди.

— Объясните мне, Игорь, — она перешла на вы, а её шёпот был страшнее крика, — вы руководствовались желанием кого-то впечатлить? Или это была попытка проявить свою некомпетентность?

Игорь почувствовал, как по спине бегут мурашки. Он видел в её глазах не просто гнев начальника — там была холодная ярость стратега, чьи расчёты разрушил случайный винтик.

— Я… Я видел возможность, — с трудом выдавил он.

— Возможность? — она резко рассмеялась, и этот звук был похож на лёд, трескающийся под ногами. — Вы видели лишь свою собственную значимость. Вы решили, что несколько удачных сделок дают вам право игнорировать правила.

Она подошла ещё ближе. От неё пахло морозным воздухом и дорогими духами.

— Знаете, что отличает профессионала от дилетанта, Игорь? — её губы искривились в подобии улыбки. — Профессионал умеет предвидеть ошибки до того, как они становятся катастрофой, или же может быстро всё исправить. А дилетант пытается их скрыть, усугубляя положение, или спокойно это признает, ожидая прощения.

Она повернулась и снова села в кресло, её движения были резкими и точными.

— Кто вы, Игорь, профессионал, который нужен нашей компании, или дилетант, который может собрать вещи и никогда больше не появляться в этом здании?

— Я профиси-си…

— У вас есть время до конца дня, — перебила она его, уже глядя на монитор. — Вернуть средства. Любыми способами. Если к 18:00 счёт Лебедева не будет в плюсе, то вы… дилетант.

Она посмотрела на него поверх экрана.

— И, Игорь… Это ваша последняя ошибка в «Вулкан Капитал». Поняли меня?

Он молча кивнул, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Дверь за его спиной казалась единственным спасением в этом ледяном аду. Игорь уже сделал шаг к отступлению, как вдруг её голос, резкий и властный, остановил его:

— Стой.

Он замер, услышав, как она глубоко, с напряжением выдыхает. Обернувшись, Игорь увидел, что Виктория сидит, сжав виски пальцами, будто пытаясь вдавить обратно назойливую мысль.

— Что-то ещё, Виктория Викторовна? — осторожно спросил он.

Она опустила руки и посмотрела на него усталым, но всё тем же пронзительным взглядом.

— Теперь я вся напряжена из-за этого разговора, — произнесла она, и в её голосе впервые зазвучали ноты усталости, а не гнева. — И мне нужно… удовлетворение. Чтобы снять стресс.

Игорь, оглушённый этой внезапной переменой, не удержался от глупой шутки:

— Но вы же сами сказали… насчёт «Кровавой Мэри». Я, честно, не фанат.

— Не будьте примитивным, Игорь, — она отмахнулась. — У людей есть разные эрогенные зоны, не только гениталии. У меня, например, это шея… и ноги.

Игорь стоял в полном ступоре, не в силах совместить в голове только что прозвучавшую угрозу увольнения и текущую просьбу облизывать её «эрогенные зоны». «У неё что, биполярное расстройство? Или это такой корпоративный мазохизм?» — пронеслось у него в голове.

— Я… честно говоря, никогда не… не пробовал так «расслаблять» человека, — сдавленно выдавил он, чувствуя, как краснеет. — Я не уверен, что…

— Игорь, — она перебила его, и в её голосе снова зазвучали стальные нотки. — Закрой дверь. И подойди ко мне.

Она откинулась в кресле, тяжело вздохнув, и прикрыла глаза, явно давая ему понять, что разговор окончен и пора переходить к действиям.

Игорь медленно подошел к ней. Виктория повернулась в кресле в его сторону и чуть вытянула ноги, обутые в элегантные лодочки на низком каблуке. Игорь нерешительно замер, не зная, с чего начать.

— Ну и что стоишь? — не открывая глаз, произнесла она, и в её голосе прозвучало нетерпение.

— Мне… взять их, получается? Да? — глупо уточнил он, чувствуя, как горит лицо.

Виктория ничего не ответила, лишь приоткрыла глаза и посмотрела на него тяжёлым, безмолвным взглядом, полным ожидания.

Сдавшись, Игорь подошёл ближе, опустился на колени на мягкий ковёр и осторожно взял её правую ногу. Он начал нерешительно мять её через тонкую кожу туфель, но Виктория лишь покачала головой.

— Сними, — тихо приказала она.

Он дрожащими пальцами расстегнул пряжку и снял изящную лодочку из чёрной матовой кожи. Затем проделал то же самое с левой ногой. Теперь он держал в руках её босые ноги. Кожа была удивительно нежной, почти фарфоровой, прохладной и идеально гладкой, без единой шероховатости или мозоли. Пальцы были ухоженными, с аккуратным педикюром, покрытым прозрачным лаком. Он начал массировать её ступню, чувствуя под пальцами мелкие косточки и напряжённые мышцы.

Виктория снова откинулась в кресле, запрокинув голову назад и закрыв глаза. Её грудь медленно поднималась и опускалась. Решив, что настал момент, Игорь наклонился и губами коснулся её ноги ниже колена. Он вёл губами по её коже к щиколотке, целуя её ногу с почти болезненной нежностью, на какую только был способен.

В голове у него пронеслись абсурдные мысли: «Я ни разу не смотрел порно с фут-фетишем. Я даже не знаю, что нужно делать. Может, надо её ногу, как член, дрочить?» — он едва не фыркнул от сдерживаемого смеха, но продолжил целовать её ноги, чувствуя, как смешиваются в один клубок страх, неловкость и странное возбуждение от этой унизительной, но интимной ситуации.

Его язык скользнул вдоль изящного подъёма её стопы, ощущая солоноватый вкус кожи. Он медленно, почти с благоговением, целовал каждый ее пальчик, а затем снова возвращался выше, покрывая влажными поцелуями ее нежную кожу.

Рукой он продолжал массировать одну ступню, большим пальцем с нажимом водя по своду, а другой рукой поднялся выше. Его пальцы скользнули по её икре, ощущая под тонкой кожей упругие мышцы, и медленно, плавно поползли к колену. Он слышал, как её дыхание стало чуть глубже.

— Дальше, — тихо, почти шёпотом, выдохнула она, не открывая глаз.

Игорь повиновался, но все еще был в шоке от того, что он сейчас делает. Его ладони скользнули по бёдрам, всё выше, подбираясь под край её строгого платья. Кожа здесь была ещё нежнее. Он наклонился и прильнул губами к внутренней стороне её бедра, оставляя влажные, горячие поцелуи на пути к той самой скрытой цели, до которой ему пока не было позволено дотронуться. Воздух в кабинете наполнился тихими, влажными звуками его ласк и её участившимся дыханием.

Он, повинуясь какому-то новому инстинкту, уже не просто целовал, а исследовал её кожу языком и водил горячим кончиком от бедра и ниже, по мелким косточкам щиколотки, задерживался в углублении подъёма, чувствуя, как под тонкой кожей пульсирует кровь. Пальцы его левой руки сжимали и разминали пятку, а правая рука поднялась ещё выше, под платье, и ладонь легла на горячую кожу внутренней поверхности бедра, почти у самой промежности. Он слышал, как её дыхание сбилось, став прерывистым и глухим.

Именно в этот момент, когда его губы сомкнулись вокруг её большого пальца ноги, а язык обвил его, всё тело Виктории Викторовны вдруг содрогнулось. По её коже, от кончиков пальцев, которые он ласкал, и до самых бёдер, пробежала мелкая гусиная дрожь.

И тут случилось неожиданное.

Её левая нога, которую он только что отпустил, скользнула по его животу и уперлась в пах. Сначала это было просто давление, смутная тяжесть сквозь ткань. Но затем, повинуясь едва уловимому импульсу, она изменила положение. Стопа легла на твердеющий бугор, и пальцы ноги, гибкие и удивительно ловкие, начали медленно, почти лениво водить по стволу его члена через шершавую ткань брюк.

Игорь тихонько застонал. Этого прикосновения, такого неожиданного и дерзкого, ему очень не хватало. Волна возбуждения накатила с новой, почти болезненной силой. Разум затуманился одной простой мыслью: «Сейчас! Она хочет и меня расслабить!» Он не мог больше сдерживаться.

— Ох… да… — хрипло прошептал он, и его пальцы потянулись к пряжке ремня, чтобы освободить член, дать ей то, чего она, как ему казалось, хочет. Он мечтал почувствовать её пальчики на своем члене, предвкушая её ласку.

Когда он уже собирался достать член, всё в миг переменилось.

Она резко дёрнула ногой, вырывая лодыжку из его ослабевшей хватки, и в том же мгновении убрала вторую ногу с его паха. Движение было быстрым, точным и не допускающим возражений.

— Достаточно, — её голос прозвучал хрипло, но с привычной властностью. — Всё.