Игорь Некрасов – Вулкан Капитал: Орал на Работе. 18+ (страница 19)
— А здесь… — она переключила вкладку, по-прежнему направляя его руку, — … ты поймал ложный пробой. Это ловушка для новичков. Смотри, — она повернула голову, и их лица оказались совсем близко, — объём торгов здесь низкий. Пробой на низком объёме — это фейк. Входить не стоит. Запомни это правило.
— Запомню… — пробормотал Игорь, с трудом выдавливая из себя слова и пытаясь не смотреть на её губы.
— Ты молодец, что не боишься ошибаться, — прошептала она, всё ещё сидя у него на коленях и не отпуская его руку.
— Самые дорогие уроки — это те, что мы получаем на чужих ошибках. А самые приятные… — она на секунду замолчала, и в воздухе повисло лёгкое напряжение, — … те, что преподают в такой форме.
Наконец она легко поднялась с его колен, как ни в чём не бывало, и поправила пиджак.
— Если что — я рядом. Продолжай в том же духе.
Она ушла, оставив Игоря со смешанными чувствами и полной невозможностью сконцентрироваться на графиках ещё как минимум минут десять. Он пытался вернуться к работе, но перед глазами всё ещё стояли свечи графиков, смешанные с образом Алисы.
Внезапно его погружение в себя прервал резкий, сухой кашель прямо у него над ухом. Игорь вздрогнул и обернулся.
Перед ним, как всегда бесшумно материализовавшись из ниоткуда, стоял Семён Семёнович. В руках он держал не папку, а… лазерную указку и небольшой проектор.
— Коллега Семёнов, — произнёс он без предисловий. — Я заметил, что ваша поза за рабочим местом не соответствует утверждённому регламенту эргономики ГОСТ Р ИСО 11226−2021. Угол между предплечьем и плечом должен составлять 90–120 градусов. У вас — примерно 85. Это недопустимо.
Не дожидаясь ответа, он включил проектор и направил его на стену. На ней появилась сложная схема с углами, градусами и стрелочками.
— Кроме того, — Семён Семёнович переключил слайд. На стене появилась тепловая карта рабочего места Игоря. — Анализ движения ваших глаз за последние 47 минут показал, что вы 68% времени смотрите на центральный монитор и лишь 32% — на правый. Рекомендуемое соотношение — 50/50 для равномерной нагрузки на глазные мышцы и предотвращения астигматизма.
Игорь смотрел на него, открыв рот. Он не понимал, откуда у этого человека тепловая карта его взгляда.
— Для исправления ситуации, — Семён Семёнович достал из кармана сантиметровую ленту и крошечный штангенциркуль, — я предлагаю немедленно провести калибровку. Пожалуйста, примите рекомендованную позу. Я начну замеры.
Он потянулся сантиметром к руке Игоря. В этот момент раздался звонок телефона. Звонил Вася с того конца зала.
— Семён Семёнович! — крикнул он. — Ваш принтер в 304-м кабинете снова завис и печатает 237 копий вашего отчёта о «Динамике расхода туалетной бумаги на этаже»! Там уже пол кабинета в бумаге!
Лицо Семёна Семёновича исказилось ужасом.
— 237 копий? Но это нарушение пункта 11.3 «О рациональном использовании канцелярских ресурсов»! — Он бросил всё — указку, проектор, сантиметр — и помчался к своему кабинету, как на пожар.
Игорь выдохнул и посмотрел на Алису, которая наблюдала за этой сценой, прислонившись к стенке и беззвучно смеясь.
— Видишь? — сказала она, подходя. — У каждого здесь есть своя кнопка экстренного отключения. Скучно не будет.
Игорь с лёгкой улыбкой покачал головой, глядя на убегающего Семёна Семёновича.
— Алис, а чем он, собственно, должен заниматься, если у него вся работа — это бегать и говорить какую-то ерунду про углы и туалетную бумагу?
Алиса фыркнула, проверяя время на телефоне.
— О, это великий вопрос. Формально — он старший аналитик. Его обязанность — разрабатывать и внедрять методы повышения эффективности. Но его мозг, — она постучала пальцем по виску, — немного зациклился на процессе, полностью забыв о результате. Он составляет идеальные отчёты о том, как надо бы работать, но сам уже пару месяцев не закрыл ни одной реальной сделки. Он наш местный талисман и ходячее напоминание о том, во что может превратиться любой из нас, если слишком увлечётся правилами и забудет, ради чего всё затевалось.
В этот момент по всему залу разнёсся мелодичный, но властный сигнал оповещения. На всех мониторах одновременно всплыло уведомление: «Ежедневный итоговый созвон. Виктория Викторовна. 1 мин.»
— Вот и она, — сказала Алиса, мгновенно сменив шутливый тон на деловой. — Быстро собирайся. Первый созвон — опаздывать нельзя.
Весь отдел замер на мгновение, а затем разразился суетой. Все стали поправлять галстуки, приглаживать волосы, захлопывать лишние вкладки на мониторах. Игорь поспешно закрыл свой учебный счёт и открыл блокнот.
Ровно через минуту экраны погасли, а затем зажглись вновь. На них появилась Виктория Викторовна. Она сидела в своём кабинете в идеально скроенном костюме, её образ был безупречен даже через камеру.
— Добрый вечер, команда, — её голос был чётким и собранным, без лишних эмоций. — Кратко по итогам дня. Василий — молодец. Отличная работа. Ожидаю завтра такой же результат. Остальные — работали стабильно. Прибыль есть. Это хорошо.
Её взгляд, казалось, пронзил экран и остановился на Игоре.
— Семёнов. Первый день. Как впечатления? Есть вопросы, на которые не ответили?
Игорь, застигнутый врасплох, выпрямился и поспешил ответить.
— Всё отлично, Виктория Викторовна, — выдавил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — В процессе вникаю. Вопросов пока нет.
— Прекрасно. Вникайте быстрее. Учебный период — недолгий. Далее — первый реальный депозит, — она сделала паузу, давая словам улечься. — Напоминаю всем: завтра утром проверка. Уберите с рабочих мест всё лишнее. Семён Семёнович будет обходить с чек-листом в 9:00. Всем спасибо за день. Удачи на дорогах.
Связь прервалась. В отделе воцарилась тишина, продлившаяся до конца рабочего дня. Все одновременно расслабились и начали собираться домой.
— Ну что, выжил? — Алиса похлопала Игоря по плечу, собирая свою сумку.
— Пока да, — он выдохнул.
— Тогда до завтра. И не забудь — чек-лист Семёна Семёновича и спрячь свой крутой, но не регламентированный блокнот подальше.
Игорь кивнул, выключая компьютер. Его первый день подошёл к концу. Он выбрался из стеклянных объятий «Вулкана» с чувством, будто пробежал марафон по абсурдному полю с препятствиями.
Дорога домой в вечерней пробке прошла в размышлениях. Он мысленно перебирал события дня: от утреннего фиаско в автобусе до тепловой карты Семёна Семёновича. На лице у него то и дело появлялась улыбка.
Забравшись в свою квартиру, он с облегчением скинул тесные туфли и строгий костюм, сменив их на старые мягкие спортивные штаны и футболку. В воздухе пахло чем-то вкусным — Карина явно что-то приготовила ужин.
Из-за её двери донёсся оживлённый женский смех и её голос:
— Иго-о-орь? Ты это, сосед?
— Я! — крикнул он в ответ, направляясь на кухню. — Живой, почти здоровый!
На плите томилось что-то в кастрюле, пахло специями и мясом. Он открыл холодильник, нашёл кусок пиццы, разогрел его в микроволновке и принялся есть, стоя у столешницы. Из комнаты Карины доносились обрывки её разговора по телефону:
— … да, представляешь, он… Нет, я не смотрела… Ага, круто звучит, да?.. Ну, мы ещё посмотрим, что из этого выйдет… Ага, готовься…
Игорь улыбнулся. Её жизнь шла своим чередом, ярким и непредсказуемым.
Закончив перекус, он направился в свою комнату и рухнул на кровать, уставившись в потолок. Приглушенные звуки из комнаты Карины — музыка, смех и её голос — доносились сквозь стену. Любопытство пересилило усталость. Он взял ноутбук, зашел на платформу и увидел, что трансляция подходит к концу.
Карина, завершая эфир, стояла в рассеянном свете мягких неоновых ламп. Её тело двигалось в такт лёгкой фоновой музыке — скорее усталое, но всё ещё живое и выразительное.
Её грудь естественной формы, с мягкими очертаниями, подчеркнутыми игрой света и тени, каждым движением плеч и корпуса, плавно колыхались — не резко, а почти невесомо, как маятник, подчиняющийся ритму музыки и общему настроению расслабленности.
В чате мелькали комментарии. Некоторые были грубыми, оскорбительными:
«Показывай писечьку»
«Во шлюха»
«Подставь ротик, зай»
«Писечька будет?»
«Давай соси уже, шваль»
Но Карина, казалось, не обращала на это внимания. Она улыбалась в камеру, словно не замечая то, что ей пишут.
— Всем огромное спасибо за сегодня! — говорила она своим хрипловатым, тёплым голосом. — Вы лучшие. Спасибо за поддержку и тёплые слова. Целую вас! Спокойной ночи!
Она послала воздушный поцелуй и выключила трансляцию. Экран погас.
Игорь сидел несколько секунд в тишине, глядя на тёмный экран. Затем закрыл ноутбук, выключил свет и лёг обратно в кровать. Мысли о Карине смешались с впечатлениями от первого рабочего дня. Его жизнь стала напоминать американские горки — с офисными сумасшедшими, неловкими ситуациями и соседкой-стримершей. Но почему-то ему это начало нравиться.
Под шум ночного города за окном он уснул, не зная, что ждёт его завтра, но смутно предвкушая это.
Глава 7
Утро началось с громкого стука в дверь и весёлого крика:
— Иго-о-орь! Подъём! Солнце уже жжёт бухгалтеров, а ты дрыхнешь!
Игорь с трудом открыл глаза. Солнечный свет болезненно резал глаза. Он потянулся за телефоном и с ужасом понял — будильник опять не заведён. На часах было уже 8:30.