Игорь Некрасов – Вулкан Капитал: Орал на Работе. 18+ (страница 16)

Сердце Игоря забилось чаще. Он медленно высвободил член из штанов, рука дрожала. «Боже, что я делаю», — мелькнула мысль, но остановиться уже не мог.

Он осторожно приблизился членом к её лицу, чувствовал тепло её дыхания. В полумраке комнаты едва заметная нить слюны блестела на её губах. И он, не в силах терпеть, коснулся их головкой своего члена.

Карина непроизвольно приоткрыла рот чуть шире, и в этот момент Игорь нежно провёл членом по её нижней губе и замер, ожидая её реакции, но она продолжала спать.

Внезапно его охватило чувство стыда. Он отстранился, быстро поправил одежду и лежал спокойно, оставив Карину спокойно спать. Лунный свет освещал её мирное лицо, и он понял, что не может переступить эту грань.

Глава 6

На следующее утро Игоря разбудил не будильник, а громкий, бодрый голос из-за двери:

— Иго-о-орь! Подъём! Тебе на работу, соня! Вставай, а то опоздаешь в свой «Вулкан»!

Игорь с трудом открыл глаза. Солнечный свет уже пробивался сквозь шторы. Он с наслаждением потянулся, вспоминая вчерашний вечер и то, как он в итоге уснул на полу, охраняя сон Карины.

Затем он встал, прошелся по холодному полу босиком и направился в ванную. Умывшись ледяной водой, он окончательно пришёл в себя и, уже более бодрый, проследовал на кухню.

Там его ждала картина, от которой на душе стало тепло и светло, как от утреннего солнца. Карина, уже полностью собранная и причёсанная, стояла у плиты. На ней были простые домашние шорты и та самая его футболка, которая теперь, казалось, стала и её тоже. Она помешивала в кастрюльке что-то ароматное.

— Ну, доброе утро, спящая красавица! — бросила она ему через плечо сияющую улыбку. — Кофе уже готов, — она кивнула на полную кружку на столе. — И овсянка почти что тоже. Садись, сосед. Нельзя идти покорять финансовые вершины на голодный желудок.

Игорь, немного смущённый, опустился на стул.

— Ты чего это? — спросил он, с благодарностью принимая горячую кружку. — Не надо было так утруждаться.

— Какие трудности? — она фыркнула, разливая по тарелкам густую овсяную кашу с кусочками фруктов и щепоткой корицы. — Я встала, поняла, что сама голодная как волк, и решила заодно и тебя подкормить. Чтобы ты там не свалился с голодухи в первый же рабочий день. — Она поставила перед ним тарелку и села напротив с своей чашкой кофе.

Они принялись завтракать под весёлую болтовню Карины. Она рассказывала какой-то смешной случай из своего прошлого, жестикулируя ложкой. Игорь слушал, улыбался и ловил себя на мысли, как невероятно приятно начинать день с такого простого, но такого тёплого завтрака и её болтовни. Он взял ещё одну ложку каши, и вдруг его вкусовые рецепторы распознали знакомый, сладковатый и очень конкретный вкус.

Он замер с ложкой на полпути ко рту и перебил Карину, которая как раз рассказывала про своего одноклассника:

— Постой… Ты добавила в кашу банан?

Карина сделала большие глаза, изображая наивное удивление.

— Да? А что такого? Это же вкусно. Бананы полезные, в них калий, ты же будешь мозгами шевелить на работе, тебе надо подпитываться. Не нравится?

— Да я не про это… — Игорь сглотнул, чувствуя, как по щекам разливается краска. Он не мог объяснить настоящую причину своего волнения. — Откуда банан? Тот… из вчерашнего… — он запнулся, смущённо отводя взгляд.

Карина смотрела на него с искренним недоумением, затем рассмеялась.

— Ой, Игорек, ты чего? Мы же вместе за продуктами ходили, забыл? — она покачала головой, улыбаясь его «забывчивости». — Я просто решила не есть его просто так, а сделать кашу повкуснее. Всё нормально с ним, не переживай, не испорченный! — она добавила, решив, что он беспокоится о свежести фрукта.

Игорь почувствовал облегчение и легкую неловкость одновременно. Она действительно не понимала, о чём он. Его тайна оставалась при нём.

— А, точно, — он смущённо ковырнул кашу ложкой, стараясь выглядеть непринуждённо. — Просто неожиданно. Вкусно, кстати.

Карина внимательно посмотрела на него, её взгляд стал чуть более серьёзным.

— Ты странный сегодня. Как будто банан в каше — это что-то сверхъестественное. — Она подняла бровь, но в её глазах читалось лишь любопытство, а не подозрение.

— Просто… необычное сочетание, — оправдался Игорь, чувствуя, как жарко становится его ушам. — Но хорошее. Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — она улыбнулась, и лёгкость вернулась в её голос. — Может, в следующий раз клубнику добавить? Или киви? Устроим фруктовый эксперимент!

Игорь, не подумав, тут же пробормотал себе под нос:

— Да уж, я видел твои эксперименты…

Карина сразу насторожилась.

— Что? Что ты сказал? Что ты видел?

Игорь почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он начал судорожно отмазываться, стараясь сохранить невинное выражение лица:

— Да так… ничего… В смысле, эксперименты с приправами! Ты же вчера что-то там сыпала в панировку для курицы, я видел! — он постарался рассмеяться, но получилось неестественно. — Ладно, мне правда пора собираться, а то опоздаю в первый же день! Спасибо за кашу!

Он быстро вышел из кухни, оставив Карину с лёгким недоумением на лице.

В своей комнате он начал торопливо одеваться. Натягивая свой единственный костюм, он мысленно ругал себя за неосторожность. «Нужно быть аккуратнее, чёрт возьми», — думал он, завязывая галстук.

Перед выходом он автоматически заглянул в свой кошелёк. Там лежала одна скромная купюра и немного мелочи. На проезд и обед до аванса точно не хватит. Он тяжело вздохнул. Идти к Карине с просьбой о деньгах после утренней оплошности было неловко, но выбора не было.

Он вернулся на кухню, где Карина мыла посуду.

— Карин, — начал он, смущённо потирая шею. — Неловко просить, но… не одолжишь немного на проезд? До аванса, сразу отдам. Или… — он замялся, — У родителей попрошу, но они не умеют переводами пользоваться, буду полдня объяснять, как это сделать…

Карина повернулась к нему, вытерла руки о полотенце и внимательно посмотрела на него. Затем на её лице появилась улыбка.

— «Вулкан Капитал» на лицо! — с лёгкой иронией протянула она. — Ладно, держи, будущий Рокфеллер. — Она достала из кармана джинсов несколько купюр и протянула ему. — С аванса — с процентами! — подмигнула она.

— Спасибо, — Игорь искренне улыбнулся, чувствуя облегчение. — Очень выручила.

— Не за что! Теперь беги, а то твой автобус уплывёт! — она сделала вид, что выталкивает его из кухни.

Игорь вышел из квартиры и направился к автобусной остановке. Утро было свежим, а на душе — странно светло, несмотря на финансовые трудности. Он стоял и ждал автобус, думая о том, что его новая жизнь такая непредсказуемая и порой абсурдная.

С грохотом и шипя тормозами подъехал почти пустой автобус. Игорь зашёл, пробежался глазами по салону — все сидячие места были заняты. Пришлось встать в проходе, ухватившись за холодный металлический поручень. Рядом у окна сидел мужчина лет пятидесяти в потрёпанной кепке, с потрёпанным блокнотом на коленях. Он что-то яростно строчил шариковой ручкой, временами зачёркивая целые абзацы и что-то бормоча себе под нос. Его пальцы были испачканы чернилами. Прямо перед Игорем стояла девушка в облегающем бежевом свитере, и её выдающиеся формы невольно притягивали взгляд. Она была поглощена перепиской в телефоне.

Игорь старался смотреть в запотевшее окно на мелькающие улицы, но его внимание то и дело возвращалось к странному писателю. Он украдкой попытался разглядеть, что же тот так вдохновенно пишет. В блокноте, в частых строчках, мелькали отрывки: «…её бархатная кожа поддалась его напору…», «…он впился губами в её упругую грудь, словно жаждущий путник у источника…», «…их тела слились в едином порыве…».

«Надо же, — с удивлением подумал Игорь, чувствуя, как краснеет. — И такое бывает. Пишет эротическую поэму в общественном транспорте, средь бела дня. Жизнь действительно богата на сюрпризы. Интересно, он издаёт это потом или пишет для себя?»

Его размышления прервал резкий, визгливый звук тормозов. Автобус внезапно замер на месте, избегая внезапно выскочившего на дорогу пуделя. Игорь, полностью потеряв равновесие и не успев как следует ухватиться за поручень, по инерции полетел вперёд. Он неловко замахал руками, пытаясь остановиться, но было поздно. Его лицо с размаху, со всей силы, уткнулось прямо в грудь стоявшей перед ним девушки. Его нос и губы на мгновение утонули в мягкой ткани свитера, пахнущей свежим стиральным порошком и сладкими духами.

Она издала громкий, возмущённый вскрик, отскакивая от него, как от раскалённого железа. Её лицо пылало от негодования и шока.

— Эй! Что это было⁈ — шикнула она, прижимая руки к груди, как будто он её обжёг. — Осторожнее можно⁈ Или вы специально так делаете, извращенец⁈

Игорь, оправляясь от шока, ещё чувствуя на своих губах призрачное тепло её тела, выдавил первое, что пришло в голову, пытаясь оправдаться:

— Нет! Я брокер! — прозвучало нелепо и громко.

В салоне на секунду воцарилась тишина. Девушка уставилась на него с таким немым, абсолютным изумлением и презрением, словно он объявил себя инопланетянином. Её взгляд ясно говорил: «И что это должно объяснить? Это какая-то новая форма извинения?»

Писатель в кепке даже отвлёкся от своего творения и с интересом посмотрел на них, будто находя новое вдохновение для сцены.