Игорь Некрасов – Воплощение Похоти 5. 18+ (страница 20)
Я смерил его взглядом. По количеству ран и грязи на нём было ясно, что этот псих ради выполнения приказа облазил пол-леса и угодил в добрую половину наших же ловушек. Видимо, желание снова заполучить артефакты для своих похотливых утех придавало ему нечеловеческой целеустремлённости.
Я кивнул, стараясь не улыбаться.
— Молодец, усердие похвально. А вы-ы, — я обвёл взглядом девушек, — вы можете идти отдыхать. Позже соберёмся в тронном зале на заключительный совет по поводу гоблинских вассалов, вызову в общем.
Девчонки начали расходиться, и я повернулся к Костe, вздохнул и произнёс:
— Ну, показывай… свои сокровища.
Он с торжеством вытащил из своего потустороннего кармана прямо на пол настоящую гору разных трав. Там было всё: целебные коренья, ядовитые цветы, редкие мхи и просто красивые сорняки.
Он и правда обчистил всё, что росло в округе? — задумался я, закончив проводить беглую оценку трав. — Вот же засранец, ради члена и пары часов в теле красавиц готов на такие подвиги.
Не теряя времени, я собрал всю кучу в инвентарь и отправил её прямиком в «Семь Кругов Смерти», отдав приказ скелетам-алхимикам: «Разобрать на ингредиенты и начать срочное зельеварение. Приоритет — зелья лечения и усиления для штурмовых отрядов».
Эти зелья будут как нельзя кстати, когда мои ребятки пойдут на вассалов. — заключил я и снова взглянул на Костю.
Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, и вся его морда выражала одно — немое, полное надежды ожидание награды. Я сжалился.
— Ладно, заслужил, — вздохнул я, доставая из инвентаря злополучный медальон и браслет. — На, держи. Но чтобы через час они были у меня обратно! Целиком и невредимые! Понял?
— Понял! Конечно, понял, господин! Спасибо! — он чуть не подпрыгнул от счастья, после чего схватил артефакты и пулей помчался прочь, наверное, прямиком в покои рабынь.
И как раз в этот момент дощечка связи завибрировала, я с усмешкой достал её и прочитал сообщение, там был доклад от Шарка.
— Ну вот, — я с удовлетворением выдохнул. — Приготовления практически завершены. Думаю, уже завтра мы пойдём в атаку. И, надеюсь, всё обойдётся без неожиданностей.
Глава 11
Наарком медленно погружался в состояние, между отчаянием и оцепенением. Воздух был густ от страха перед грядущей осадой и усталой покорности судьбе. Улицы, ещё недавно полные жизни, теперь были затянуты серой пеленой молчаливого ожидания. Казалось, сам город затаил дыхание, замирая в предчувствии бури. И именно в эту гнетущую тишину, словно клин, вонзался нарастающий гул хаоса.
— Ты что творишь, увалень проклятый! — пронзительный крик старухи разорвал относительную тишину у пункта раздачи еды. Она, вся в горячей каше, с бешенством трясла пустой миской перед лицом опешившего солдата, которого кто-то невидимый грубо толкнул. Её возмущение стало искрой, упавшей в пороховую бочку. Крики и взаимные обвинения тут же подхватили другие, и сдержанное недовольство очереди мгновенно переросло в волнистый гул перебранки.
Этот шум, долетевший до восточных ворот, лишь подлил масла в огонь. Там, у единственного колодца, и без того царило напряжённое молчание, которое вот-вот готово было лопнуть. Очередь из уставших, раздражённых людей замерла, наблюдая, как молодой рослый солдат с видом хозяина жизни разливает воду «для своих».
И когда он, наклонившись за очередным ведром, оказался в самой неудачной позиции, невидимая сила дёрнула за локоть стоявшего позади тощего сапожника. Тот, с испуганным взмахом рук, с силой толкнул солдата в спину.
И он с глухим воплем кувыркнулся вперёд и с громким плеском исчез в тёмной дыре колодца. На секунду воцарилась шоковая тишина, нарушаемая лишь бульканьем и приглушёнными ругательствами, доносящимися из глубины.
— А-а-а-ах! — чей-то женский вскрик прозвучал слишком поздно. — Что же вы творите⁈
— Я… я не… Он сам! — залепетал сапожник, глядя на свои предательские руки, но его тут же схватили двое других стражников.
Реакция толпы была мгновенной и разной.
— Господи помилуй! Утопленник теперь в колодце! Всё, конец! — ахнула пожилая женщина, хватаясь за сердце. — Не будет нам воды!
— Да живой он! — фыркнул молодой парень, поднимая свои вёдра. — Пойду к рынку, там хоть нальют чистую, а не пропахшую грязным мужиком.
Двое рабочих, стоящих в середине очереди, переглянулись, и по их запылённым лицам поползли усмешки.
— Ну что, Гринич, — сказал один, подмигивая, — говорил я, что кичиться нельзя. Вон, даже колодец против оказался.
Его напарник устало вздохнул, ставя пустое ведро на землю:
— Эх… теперь до ночи тут простоим.
— Зато какая экономия воды, — философски заметил кто-то с задних рядов. — Одним мужиком меньше — всем больше.
После этих слов многие нервно закашляли, а некоторые начали расходиться, явно понимая, что паренёк сказал лишнего.
В этот момент, когда по городу уже ползли первые слухи о падении в колодец солдата и облитой кашей старухе, а также и другим подобным случаям, Архилич Сайлон неспешно прогуливался по улице, ведущей к центральной площади.
Его разум, холодный и расчётливый, был занят построением грандиозных планов. Он с лёгким презрением наблюдал, как горожане с тупой покорностью получают скудный паёк или толпятся у колодцев.
Скоро они не будут нуждаться в пище. Они станут моей пищей. Их души укрепят мою мощь, а тела пополнят армию. Он мысленно представлял, как скелеты горожан выстраиваются в идеальные шеренги, и даже позволил себе мысленно похихикать: «Наконец-то в этом городе будет идеальный порядок и тишина». Мысли текли плавно, как его поступь.
Он уже представлял себя повелителем целого некрополя… как вдруг его нога ступила на что-то маленькое, круглое и на удивление скользкое. Вся его мощь, древняя магия, всевидящий разум — ничто не смогло противостоять банальному, но идеально подложенному камню.
Великий Архилич Сайлон, угроза невероятного масштаба, с изяществом падающего мешка с картошкой шлёпнулся на тротуар прямо в лужу. Его тёмные, пускай не величественные, но чистые одежды мгновенно вымокли и выпачкались в грязи.
На площади воцарилась мёртвая тишина. Десятки глаз уставились на него.
— Смотри-ка, важный тип… а в грязище, как все мы… — прошептал кто-то в толпе с тихим смешком.
— Тихо ты, он не простой человек, свиту не видишь что ли? — тут же одёрнул его сосед.
Сайлон медленно поднялся. Его лицо, обычно выражавшее лишь холодное презрение, исказила неподдельная, чистейшая ярость. Он не чувствовал боли. Он чувствовал оскорбление.
Это невозможно! — прошипел он мысленно, сжимая при этом кулаки. — Камень⁈ Какого чёрта⁈
Его взгляд, полный подозрения, скользил по толпе, и люди поспешно отворачивались. А пока он пытался осмыслить это унизительное невезение, невидимый виновник его падения уже был далеко, перенося своё внимание на очередную потенциальную жертву в этом постепенно сходящем с ума городе.
Прошло несколько часов после нашего заключительного обсуждения плана атаки. Более пяти, если точно. Мы с Анорой даже успели потренироваться вместе, но в этот раз без поебушек, чисто продуктивная тренировка и прокачка моих, да и её навыков.
А сейчас я сидел на своём каменном троне, вглядываясь в системные окна.
Всё сделано, — заключил я. — Сата справилась блестяще.
Она не только создала и улучшила лучников до четвёртой ступени эволюции, но и смогла сэкономить. Остаток очков власти позволял мне купить два «ускорителя», которые могут пригодиться для объявления войны.
К данному моменту все три логова вассалов были обнаружены. Они расположены в полудне пути отсюда и примерно на таком же расстоянии друг от друга, что для нас несомненно приятная новость.
Всё просчитано, всё готово.
И раз мы решили, что отряды выйдут утром, то есть прямо сейчас, то… пора.
Я закрыл все системные вкладки, и поднял взгляд.
Передо мной в главном зале, выстроившись в три отдельные группы, стояла моя маленькая, но смертоносная армия.
Слева — отряд Ольхи и Кости, готовящийся к штурму гнезда гарпий. В центре — грозная колонна под командованием Аноры, что должна была сломить Хисанов. И справа — отряд Дуллахана, который сам по себе достаточно умён, но Сата будет следить за ним и направлять его на всякий пожарный, чтобы он надрал жопы сновудам.
Предварительная разведка местности была проведена вдоль и поперёк. Казалось бы, всё под контролем, но на душе было чертовски неспокойно. Было ощущение, будто я отпускаю детей в школу в первый класс, но при этом путь им предстоит не через двор, а через лес, кишащий змеями, пауками и хрен знает чем ещё.
Я вздохнул и украдкой глянул по сторонам.
Слева от меня стояла Балия, и в уголках её губ играла хитрая улыбка — ей явно уже мерещились новые пленники. Она уже, кстати, успела мне пожаловаться на их скудные остатки в тюрьме.
Справа находилась Сата. Её костяные пальцы перебирали по посоху, но взгляд был заострен на нескольких системных окнах, она что-то изучала. Рядом с Сатой стоял еще кое-кто, но об этом позже.
Тишина в зале казалась оглушительной. Лишь потрескивали факелы да слышался приглушённый лязг металла и поскрёбывание когтей по камню.