Игорь Негатин – Право вернуться (страница 54)
Выстрел! Черт побери! Промазал! Еще один выстрел! Опять мимо!
Парень пригнулся еще ниже, почти сливаясь со своей лошадью. Еще немного — и ведь уйдет! Уйдет, сука! Свернет на боковую улочку, нырнет в спасительную тень — и уйдет!..
И тут выстрелил кто-то еще!
Невидимый, но очень меткий…
Беглец даже не вздрогнул, а просто сполз на бок и скатился на землю. Еще несколько метров его волокла за собой лошадь — сапог зацепился за стремя. Лошадь замедлила бег и наконец остановилась, недовольно скалясь, выгибая шею и переступая на месте.
Я даже не знал, как реагировать на этот выстрел. Все произошло слишком быстро! Вжался в стену и замер. Стрелка не видел, но, что он здесь и никуда не ушел, знал. Чувствовал. Кожей чувствовал. У меня даже волосы на затылке встали дыбом, как у волка, на которого открыли охоту.
— Мистер Талицкий!
— Какого черта… — только и мог вымолвить я.
Нет, этого не может быть! Этот голос ни с кем не спутаешь! В стылом, морозном воздухе он звучал как серебряный колокольчик. Еще мгновение, и от соседнего дома отделилась человеческая фигура.
— Катрин?!
— Да, это я. Будьте так любезны, Алекс, не начните стрелять…
— Какого черта… Что вы здесь делаете?!
— Дышала свежим воздухом. Добрый вечер, Алекс! Добрый вечер, мистер Грин!
— Добрый вечер, мэм… — Судя по голосу старика Роберта, он был поражен не меньше.
На веранду поднялась Катрин Фишер. В мужском костюме и с винчестером в руке. На поясе висел широкий патронташ с револьверной кобурой. Ничего себе вечер начинается…
— Не волнуйтесь вы так, господа! — сказала она и улыбнулась. — Поверьте, я не собираюсь стрелять или брать вас в заложники. Меня… Меня попросили присмотреть на вами.
— Присмотреть?!
— Понимаю: это, возможно, звучит для вас не слишком приятно. Вы фраппированы? Ну же, Алекс! Не будьте таким букой! Право слово, это сейчас выглядит совершенно излишним.
— Вы кто? — выдавил я.
— Алекс… Это звучит даже неприлично. Катрин Фишер-Бестужева, если запамятовали.
— Но…
— Давайте оставим разговоры на потом, хорошо? Когда все закончится. Алекс, вы, если не ошибаюсь, собирались навестить моего дядюшку?
— Да… — кивнул я и даже охрип от удивления.
— Вот и прекрасно. Ступайте, а мы с мистером Грином пока уберем весь этот беспорядок.
— Лошадей…
— Разумеется. Лошадок мы поставим в конюшню Там, если не ошибаюсь, еще есть места.
Больше слов у меня не нашлось. Да и откуда взяться этим словам, если за последние несколько часов произошло столько, что другому на целый год хватит? Поэтому я не стал терять времени, подхватил две винтовки и совершенно автоматически прикоснулся рукой к шляпе:
— Миссис Катрин… Мистер Грин… Благодарю вас.
В каждом мире — свои привычки и традиции. Когда-то в банк входили несколько человек в масках и опустошали сейфы под выстрелы и жалобные крики посетителей. Делали это почти не таясь и не заботясь о возможных последствиях. Дело простое, привычное, хоть и довольно рискованное. Грабители вели себя попросту, можно сказать, без фантазии. Не было нужды взрывать сейфы, рискуя повредить содержимое, если кассир еще жив. Если он хотел таким и остаться, то сам открывал сейф. Молча…
Это уже потом стали грабить по ночам, делая подкопы или разнося стены в клочья, подложив приличное количество динамита. В нашем мире эти методы канули в Лету, и банки теперь взламывают компьютерные гении. К счастью, наша реальность осталась по ту сторону невидимого барьера. Здесь грабят по старинке, и грабители скорее всего заявятся завтра, на рассвете.
Банк начинает свою работу в восемь часов. Бьюсь об заклад, что мальчики будут точны как хронометр! Да, здесь не принято грабить ночью — из города уходить слишком сложно, а спрятаться негде. Тем более что Брэдли перед самым отъездом распустил слух, что завтра вечером в город приедут мальчики мистера Джекобса, чтобы помочь мне с охраной города… Так что… или завтра утром, или никогда!
Я шел по улице и шалел от пережитого этим вечером. В голове царил совершеннейший бардак. Скрипел под ногами снег. Полнолуние… Длинные черные тени вместе с этим серым, предзимним сумраком, который растекался по опустевшим улочкам. Он был похож на мистическое существо из потустороннего мира. Будто из темноты сочилось что-то ужасное.
Характер города раскрывается не только в его жителях. Именно в пустоте его настоящая сущность. Вот и здание банка… Я обернулся и свистнул. Из соседней подворотни вышел человек.
— Привет, Алекс!
— Привет, Крис. Как дела?
— Пока все тихо.
— Все верно, — кивнул я, — здесь банки по ночам не грабят.
— Я слышал выстрелы. Если бы не твой приказ…
— Ты все сделал верно. Ты готов?
— Еще бы! Замерз уже от этой готовности. Что случилось?
— Ничего особенного. Наш старый мистер О'Хара завтра получит трех новых клиентов. Пошли, нечего время терять. Где Моретти?
— Уже на месте.
48
Щелк… Щелк… Щелк… Сержио сидел по левую руку от меня и задумчиво крутил барабан револьвера. Спокойно, неторопливо, будто четки перебирал. Мы засели в коридоре, который ведет в банковское хранилище — укрепленную комнату с мощной блиндированной дверью и большим штурвалом. Три замка и потемневшая от времени латунная пластинка с надписью: «Patterson & Son Company».
Коридор прямой и довольно широкий — около двух с половиной метров. Посередине есть две двери, ведущие в небольшие кладовые, которые используют для хранения ценных вещей и документов. В конце коридора, рядом с сейфом, лестница на второй этаж, где находится кабинет управляющего. Если что-то пойдет не так, то сможем там укрыться. Надеюсь, что до этого не дойдет и наш план сработает. Иначе этот коридор превратится в усыпальницу для трех самонадеянных безумцев.
Обычный, ничем не примечательный банк. Единственное, что недавно появилось в этом заведении, — мешки, наполненные песком. Вот за этими мешками мы с Сержио и устроились. Крис сидит рядом с дверью, которая ведет в зал. В банке Ривертауна всего два окошка для обслуживания, но сегодня одно из них закрыто. Может, наш план и не самый лучший, но другого у нас нет. Медленно тянулось время. Очень медленно.
Не знаю, можно ли это назвать везением, особенно если учитывать возможные жертвы, но все началось именно так, как мы и предполагали. Послышался лошадиный топот, и через мгновение, дребезжа стеклами, стукнули входные двери. С небольшим опозданием звякнул дверной колокольчик. Кожаный шнурок слишком длинный, вот он и звенит чуть позже, чем положено.
— Всем стоять! Это ограбление!
Невидимый грабитель рявкнул так громко, что я чуть не вздрогнул. Началось! Сержио Моретти оскалился и положил ствол винчестера на мешок с песком. Крис прильнул к стене, рядом с дверью. Только бы успеть, только бы успеть…
— Куда ты дернулся, тварь? Стоять!
— Да, сэр…
— Ты что-то не понял? Деньги и ключи от сейфа! Быстро!
Еще несколько голосов. Грубые мальчики. Нам повезло, что в начале дня клиентов почти не бывает. Люди приходят позже, часам к девяти, а то и десяти. Голос клерка… Парень он умный и, как выяснилось, очень смелый. Смелый, будто бессмертный. Прав был Шварц: «Слава безумцам, которые живут себе, как будто они бессмертны, — смерть иной раз отступает от них!» У меня бы поджилки тряслись от страха, а он играет свою роль четко, как по нотам. Давай, парень, не зли бандитов! Веди к сейфу, мы их встретим! Еще немного. Кто-то выругался. Дверь распахнулась.
Крис, стоящий за дверью, схватил клерка за сюртук и дернул его в сторону, уводя с линии огня. Выстрел! Еще один! Два наших выстрела — мой и Сержио — слились в один залп. Бандит, застывший в проеме, даже ничего не понял. Он умер. Упал как подкошенный. Крис выстрелил куда-то в зал и поволок клерка за ящики.
От дверей до нашей импровизированной баррикады около трех метров. Мы с Моретти стреляли в проем, отгоняя ничего не понимающих бандитов. Они быстро пришли в себя, и раздались ответные выстрелы. Несколько пуль ударило в мешки.
Заржали лошади. Раздался чей-то удивленный крик, и началось… Снаружи послышались выстрелы. Их было слишком много для этой кучки оборванцев. Это значит… Это значит, что мистер Брэдли с парнями включились в игру. Наше дело сделано. Почти.
Главное — не лезть под пули и не пропустить бандитов в коридор. У них теперь только две дороги — сидеть в зале, рискуя получить от нас пулю, или пытаться вырваться наружу, где их вежливо примут шериф с ребятами Темпеста. Добро пожаловать в ад, парни! Не знаю, сколько продолжалась перестрелка. Полчаса? Нет, пожалуй, меньше. Она то вспыхивала с новой силой, то замирала, чтобы через мгновение взорваться новыми выстрелами.
Глупо описывать перестрелку. Это драка. Ты стреляешь — в тебя стреляют. В этом нет и не может быть ничего привлекательного. Наконец все крики и выстрелы стихли. Наступила тишина, но ее сложно назвать мирной. Иногда раздавался жалобный стон, медленно переходящий в предсмертный хрип. Он затухал, и опять становилось тихо. Противное чувство. Будто весь мир замер и с напряжением ждет очередных выстрелов, страданий и смерти.
Через несколько минут послышались тяжелые шаги. Кто-то вошел в банк. Хрустнули осколки разбитого стекла. Еще несколько секунд, и раздался голос Марка Брэдли. Черт побери, как же я был рад его слышать!
— Парни, вы там как, живы?! Хватит бездельничать!