Игорь Негатин – Под созвездием Чёрных Псов. Трилогия (страница 19)

— Я даже позавтракать не успел, — вспоминал Рэйнар и виновато улыбался, глядя на огонь костра. — Отец положил в чересседельную сумку краюху хлеба и бурдюк с вином. Ну и деньги.

— И много было денег?

— Два даллинора и три мюнта. На первое время хватило бы. Правда, за воротами меня поджидала старуха-кормилица. Видимо, услышала, что меня гонят из дому. Она была добрая женщина. Благословила и сунула еще два даллинора. На счастье.

Вот так и началась взрослая жизнь Рэйнара Трэмпа. С тех пор он бродил по Асперанорру. Был оруженосцем у одного норра. Когда господина убили, завербовался в войско виернорра. Шла война, и брали всех подряд. Даже неоперившихся юнцов, у которых и борода-то не росла. Воевал с южными соседями, когда те вторглись на территорию королевства. Потом служил другому виернорру. Где-то на юго-западе. Когда война закончилась, наемников освободили от «слова», и парень остался без работы. Хотел попасть в личную охрану правителя, но, увы — желающих оказалось слишком много.

Кстати, надо упомянуть о таком местном понятии, как «слово». На здешнем это звучит — «оррэт». Наемник, поступающий на службу, не произносит никаких клятв. Он подходит к нанимателю и, держа свое оружие перед собой, произносит: «Оррэт!» Это значит, что он дает слово служить и быть верным своему господину. Если господин не нуждается в наемнике, он платит ему причитающееся и произносит: «Ду фриэт!» Мол, ты свободен от своего слова и можешь топать, куда тебе заблагорассудится.

— Чтобы попасть в эту охрану, надо было понравиться не только начальнику стражи, но и жене виернорра. Она сама отбирала воинов, которые охраняли их семью. Вы ведь понимаете, Серж… Иногда нужно быть не бойцом, а сладкоголосой птицей и нежным жеребцом. Я так не умею. В общем, она меня невзлюбила. В северянах никогда не было этого южного лоска, который так нравится женщинам. По ее словам, мы слишком грубы и неотесанны.

— Ну да, конечно. Догнал, завалил — твоя!

— Что? — не понял Рэйнар.

— Да это я так. В общем, пришелся ты не ко двору.

— Да, именно так.

— Не переживай.

— Слава богам! Я особо не переживаю, — отмахнулся он. — Были бы руки целы и голова на месте, а остальное приложится.

— Жизнь при дворе слишком скучна для настоящего воина.

— Да. Но там есть служанки. Эдакие. — Он изобразил руками формы дворцовых служанок, и мы дружно расхохотались.

— Ладно, Рэйнар, давай спать. До ближайших служанок еще два дня пути. Ты отдыхай, я посижу немного.

— Вы просто как наши северные совы! Любите ночное время, — усмехнулся парень. После этого он ушел в развалины и, завернувшись в свой зияющий прорехами плащ, уснул.

Да, солдатские привычки неизменны! И в этом мире, и в нашем. Солдат спит, а служба идет.

Я немного посидел у потухающего костра, потом пристроился у входа в дом, завернулся в плащ и задумался. Заснуть не боялся. Рэйнар прав — я из тех, кого можно назвать совами. Легче вообще не ложиться, чем подниматься на рассвете и хмуро смотреть на окружающий мир, пока не выпьешь чашку кофе и не выкуришь сигарету. А с сигаретами здесь труба… Нет табака. И картошки тоже нет…

Через несколько часов стемнело. Встал, потянулся и прошелся вдоль развалин. Далеко не уходил, чтобы не влететь в какую-нибудь яму, замаскированную местной флорой. Тучи разошлись, и в небе показались три ночных светила. Как уже говорил — в этом мире три луны. Самая большая — золотистого цвета. Рядом с ней — красный карлик. Раза в три меньше, чем золотая. Еще одна — нежно-розовая с причудливыми оранжевыми пятнами. Светят ярко. Конечно, это не питерские белые ночи, но тоже прилично.

Прошел к донжону и, привалившись к стене, смотрел на звезды. Красиво! Уже собрался возвращаться назад, но вдруг почувствовал легкую дрожь, идущую от гранитной стены. Я дернулся, но мир замер, а тело стало тяжелым. Словно к рукам подвесили пудовые гири. И я услышал мерный стук своего сердца, который становился все громче и громче… Он гремел в ушах, как паровой молот. Дья-я-явол!!! И вдруг все стихло…

Послышались звук волынок, гром барабанов и ржание коней. Лязг стали, крики, стоны, проклятия! Хэльдар-р-р!!! Я слышал шум сражения, бушевавшего на этой земле много лет назад. Так ясно, что ощутил запах дыма и жар горящих домов. Видел, а точнее, чувствовал настроение нескольких защитников, которые приняли свой последний бой в этой крепости. Что это?!!

Каким странным было это чувство! Чувство сожаления, боли, обиды и ненависти. Руки непроизвольно сжались, словно искали призрачный меч. Я чувствовал тяжесть доспехов и холод стали.

Пропало… Видение пропало, и так резко, словно его и не было. Ноги дрожали, словно я мешки таскал, а не на звезды пялился. Сел на землю, провел рукой по лицу и почувствовал под рукой холодный пот. Что-то многовато для меня новых ощущений. Слишком много.

С трудом поднявшись на ноги, я осмотрелся. Тихо, мирно. Ни драк, ни сражений, ни троллей. Обычные древние развалины. Постоял немного у стены и уже собрался поворачивать назад, когда на берегу озера, сразу за мостом, сверкнул огонек.

— Это еще что такое?!

Огонек приближался. Медленно, но уверенно. Не скажу, что я испугался, но после всех этих оборотней, видений и рассказов о троллях стало немного не по себе.

Я оглянулся на развалины, где мирно спал Рэйнар. Потом осторожно вытащил из ножен кинжал и замер, прижимаясь плечом к стене. Нервы, нервы! Черт бы меня побрал! Нервы! Как натянутые струны. Тронь — звенеть начнут!

Нет, это не тролль. Хотя откуда мне знать, как выглядят эти твари? Огонек мерцал, приближаясь к острову, и по моей спине скатилась холодная капля пота. От воды потянуло промозглой сыростью. Огонек добрался до ворот и замер. Послышалось какое-то кряхтение. Словно старик, которого беспокоит ревматизм. Только звук был более низким. Эдакий бас…

17

— Уф-ф, — голос был низким, словно не человек, а медведь ворчал, — слава богам…

Я чуть было не повторил следом, что да — слава! И что, черт бы меня взял, слава именно богам! Не повторил, но вздохнул с большим облегчением! Значит, это человек, а не тролль! Но кто он? Откуда? В этой глуши! Опять послышался треск веток, и я решил выглянуть из-за угла.

Рядом с входом в донжон стоял невысокий мужчина. Нет, не гном. Обычный мужик. Ростом невелик, около метра шестидесяти, не больше. Но плотный, да. Мощная шея, плечи. Одет в какую-то кожаную безрукавку. Да уж… Ручки у дяди впечатляющие. Дай такому оглоблю в руки, так он весь базар разгонит и даже не взопреет. Тут и гномья броня не поможет. Черные волосы. Длинные, всклоченные. Но борода шикарная. Эдакий веник. Малость до груди не достает. Лица не видно.

Мужчина тяжело вздохнул и простуженно шмыгнул носом. Потом положил на землю мешок и пророкотал:

— Жрать охота… Но это ничего… Ничего… Уф-ф…

— Что же ты еды не захватил, странник, — сказал я и вышел из тени.

— Ты кто? — Он удивленно охнул и сделал шаг назад.

— Странник. Такой же, как и ты.

— Как я?!

— Тебя как зовут-то?

— Имя?

— Ну да…

— Ах ты, нечисть!!! — заревел он и бросился не меня.

Мужик летел как тяжелый снаряд. Я едва успел уклониться в сторону и развернуться. Куда там! Он неожиданно возник прямо передо мной и двинул мне в грудь.

— Зашибу!

Первый удар я отбил. Зря старался! Последовал еще один, и гораздо сильнее первого! Вот дьявол! Искры посыпались из глаз, кинжал улетел в одну сторону, а я в другую. В те самые кусты, растущие у входа в башню. Тут же навалился этот придурок и схватил меня за горло.

— Придушу, твар-рь!!!

Ну и здоровый же он! Руки как тиски! У меня в глазах потемнело. Изловчился и ударил его по лицу. Раз! Еще! Хоть бы он двинулся, зараза! Даже не почувствовал! Блин, я вроде и сам немаленький, чтобы моего удара не заметить.

Бом!!!

Не знаю, может, это прозвучало и несколько иначе. Но звон я слышал. Словно ударили в большой медный колокол. Мужик хрюкнул, потом медленно закатил глаза и ткнулся мордой в мое плечо.

— Слава богам!

— Слава богам, — просипел я. Потом с огромным трудом свалил эту тушу набок и увидел испуганного Рэйнара.

— Серж, это тролль?!

— Вроде нет. — Я отмахнулся и попытался навести резкость. Получилось. Со второго раза. Лишь сейчас, поднявшись на ноги, увидел бревно, которое держал в руках Трэмп. Бревно не бревно, но дубина знатная. Подобрали на берегу, когда дрова искали. Дрын метра полтора длиной и толщиной сантиметров десять. Таким убить — раз плюнуть.

— Давай его свяжем… Пока… Пока он не очнулся, — пытаясь отдышаться, сказал я. — Потом можем и не справиться.

— Хорошая мысль.

Рэйнар принес веревку, и мы плотно спеленали громилу. Потом, хрипло ругаясь, отнесли поближе к нашей стоянке. Последние метры не несли, а перекатывали. Подбросили дров в затухающий костер, и когда огонь разгорелся, смогли разглядеть это чудо.

Мужчина лет сорока. Рост примерно метр шестьдесят, не больше. Плечи… Широкие плечи и мощные руки. Одет в какие-то лохмотья. В общем — классический оборванец. Потрепанная безрукавка. Штаны, едва доходящие до колен. Изорванные сапоги подвязаны веревками. Оружия не видно. Ну да, конечно. Зачем такому громиле оружие? Ему дай бревно, и можно на дракона посылать. В один миг крылья обломает и запихнет в… В общем, глубоко запихнет. Так глубоко, что сразу и не достанешь. Лицо грубоватое, но видно, что мужик он не злой. Такие здоровяки редко бывают злыми.