Игорь Негатин – Миротворец (страница 50)

– Там не было столько тадд-мэрров.

– Там их вообще не было, – скривился Трэмп.

– Век бы их не видеть! – проворчал кто-то из гномов и даже сплюнул на землю.

Молнии сжигали на своем пути все – даже камни. Огромные валуны плавились от жара, как свечи. Да, магия – это страшное оружие. Жрецы Гуннэра знали свое дело и действовали наверняка. Днем раньше они сожгли двадцать наших пехотинцев, которые пытались срезать путь и подойти к лагерю со стороны озера. Парни превратились в большой костер, который долго чадил черным и жирным дымом.

– Мы возьмем их на себя и прикроем ваших людей, магистр!

Этот парень, который стоял рядом с нами, прибыл в лагерь две недели тому назад. Один из двадцати магов, присланных Азуром из Сьерра. Молодой маг смотрел на стены Гуннэра с такой ненавистью, что казалось, еще немного, и они рухнут, не выдержав его взгляда.

За день до штурма пошел снег. Он падал медленно, большими белыми хлопьями, словно укрывал саваном эту израненную землю. Потом снег растаял, превратившись в жидкую грязь, чавкающую под нашими сапогами. В походных шатрах становилось сыро и мерзко. Чадили светильники, покрывая копотью нашу одежду и лица.

Потом наступил тот день…

День, ради которого мы и пришли на эту землю.

Я впервые участвовал в штурме замка, не считая Мэша, но его можно в расчет не брать! Там не было высоких стен, на которые мы взбирались по приставным лестницам. Если честно, то все это сливалось в памяти в бесконечный кошмар. Рывок под стены, соленый пот, заливающий глаза, и длинные шаткие лестницы. Поверьте – было страшно. Очень страшно! Когда я забрался наверх, увидел трупы защитников, утыканные арбалетными болтами и стрелами. Бой уже шел в башнях. Мы еще пробивались вниз, а там уже раздавались торжествующие крики. Кто-то пробился первым и открывал северные ворота.

– Хэльдаа-а-аррр!!!

Наши воины хлынули внутрь, и началась резня… Несколько часов прорывались к центру, но каждый раз нас отбрасывали к воротам. Я никогда не видел ничего подобного, а все прежние бои по сравнению с этим казались простой кабацкой заварушкой.

К вечеру мы все же прорвались! Бои шли в галереях, примыкающих к входу в донжон. Надо отдать должное нашим врагам – они сражались храбро и сдаваться не собирались. Каменные плиты, покрывающие внутренний двор, были залиты кровью, и ноги бойцов скользили в жутком месиве из кишок и грязи. Кто-то уже лежал на земле под ногами сражающихся и умирал, а кто-то цеплялся за жизнь с такими дерзостью и напором, будто познал тайну Бытия и стал вечным.

– Хэльдаа-а-аррр!!!

Как же он был хорош, этот парень, выскочивший на меня! Не в плане внешности, мне наплевать, как он выглядит, но как же он был быстр и прекрасен в атаке! Окажись я чуть менее удачлив, он бы уже пришпилил меня к земле! Ах, тварь! Удар! Его клинок разорвал мою оборону, и я едва успел отступить назад. Удар! Еще один. Он даже не тратил времени на парирование, он бил сквозь удар, опережая меня на доли секунды, и мне приходилось крутиться как бешеному, чтобы не нахватать лишних дырок и не лишиться какой-нибудь части тела! Раздери тебя дьявол!

Пытался поймать момент, чтобы собрать мысли в кулак и вспомнить чувство, когда время замедляется. Черта с два! Он даже вздохнуть лишний раз не позволил! Стремителен, да так, что расплывался в неясный силуэт, когда наносил очередной удар! Еще немного, и он добился бы своего! Ему не повезло – поскользнулся на кровавой требухе и нарвался на мой клинок. Мне искренне жаль этого парня – он был прекрасным мастером и достойно умер. Боги встретят его с улыбками!

Дрались молча – без криков и ругани. Тяжелые хрипы, звон стали. Скрежетали доспехи, принимая тяжелые удары, рвалась броня, оказавшаяся мягче человеческой плоти.

Мы с Рэйнаром Трэмпом пытались прорваться по левой галерее. Шли сквозь последние ряды противников. Тяжело шли – вязко. Кроваво. Воздух был наполнен запахом смерти. Прорвались и вышли к проходу. Здесь столкнулись с еще одним отрядом. Перед нами стояло полтора десятка воинов Гуннэра, которые ощетинились алебардами и прикрывали своими телами арку. Рядом со мной появились мои парни, готовые снести эту последнюю преграду.

– Стойте! – раздался громкий и властный голос. – Остановитесь… Я приказываю!

В конце галереи стоял человек, которого я узнал бы в любом обличье. Ронг норр Гуннэр. Собственной персоной. Высокий, статный. Он совсем не изменился с тех пор, как мы встречались. Разве что сменил изящный камзол на рыцарские доспехи. Худощавое лицо, длинные черные волосы с проседью, заплетенные в тугую косу. Черные, презрительно прищуренные глаза и плотно сжатые губы. Ронг возник так неожиданно, что я даже не заметил его появления.

Он был так близко… Двадцать шагов по этим скользким от крови плитам. Так мало и так много. Когтистый блеск алебард. Хмурые, насмерть уставшие лица воинов в маслянистой грязи от копоти пожаров. Эти люди в плен сдаваться не собирались. Они уже сделали свой первый шаг в Вечность. Невероятная картина. Казалось, что время остановилось и замерло. Во дворе замка были слышны крики и лязг стали, а мы замерли как камни.

– Серж норр Кларэнс!

– Я к вашим услугам, норр.

– Поговорим?

– Что?! – Мне показалось, я ослышался.

– Поговорим? – спокойно повторил Ронг.

– Почему бы и нет?

– Прошу. – Он кивнул и сделал приглашающий жест.

– Прикажите своим людям сложить оружие, – предложил я.

– Зачем?

– Это сохранит им жизнь.

Он дернул щекой:

– Разве это так важно?

– Важно. Для меня. Потому что ваши воины хорошие бойцы. Я не хочу, чтобы мои люди гибли, пока мы будем обмениваться любезностями.

– Хорошо, будь по-вашему. Прикажите своим людям оставить в покое донжон. Штурм не имеет смысла. Мои люди не станут предпринимать попыток атаковать вас.

– Рэйнар! – не оборачиваясь крикнул я.

– Я здесь, Серж.

– Прикажи нашим людям остановиться, но будьте наготове.

– Слушаюсь!

Люди норра Гуннэра, повинуясь его жесту, подались назад и исчезли в проходе. Он стоял передо мной один, без охраны. Открыл боковую дверь и предложил:

– Здесь мы можем поговорить. Спокойно, и нам никто не помешает.

– Извольте…

Я сделал несколько шагов и вошел в залу. На стенах были развешаны доспехи и оружие. Большой камин в углу, несколько деревянных лавок, обитых зеленым бархатом, и высокие готические окна. Стекла в изящных свинцовых переплетах бросали разноцветные отблески на каменный пол. Стол с массивной столешницей из мрамора был уставлен бутылками и стеклянными бокалами работы эльфийских мастеров.

– Вижу, что вы удивлены? – спросил Ронг.

– Не скрою – да, удивлен. Думал, что вы уже спрятались в донжоне.

– Незачем. – Он отмахнулся и предложил: – Бокал вина?

– Если вы задумали меня отравить, то зря стараетесь – яды мне не страшны.

– Да, я уже знаю. – Он подошел в столу и разлил вино. – Присаживайтесь, норр!

– Благодарю. – Я подвинул стул и сел.

Ронг устроился напротив меня и поднял бокал:

– Дарре, норр Серж!

– Дарре, норр Гуннэр…

43

Мы молчали. Я пил вино и смотрел на своего врага. Странное чувство. Ненависть к этому страшному человеку исчезла, будто ее и не было. Нет, никакого волшебства не почувствовал. Не тот случай.

– Вы оказались сильным противником, Серж. Не думал…

– Я же обещал, что уничтожу вас.

– Почему же вы медлите?

– Есть вопрос, на который может дать ответ лишь человек, искушенный в черной магии.

– Вы говорите насчет болезни Гэральда? – Он посмотрел на меня и усмехнулся. – Да, это с моей помощью его отравили.

– Противоядие существует?

– Увы, но ему никто не поможет. – Ронг развел руками. – Наш венценосный старик гниет заживо и скоро сдохнет. Мне жаль!

– Вы так хотите стать королем?

– Я? – удивился Ронг. – Нет, норр Серж, увольте меня от этой дряни. Корона не для меня. Никогда не стремился занять место при дворе.

– Тогда кто же?

– Вы же умный человек, Серж! Подумайте.