Игорь Негатин – Миротворец (страница 12)

Когда Торри наконец ушел, я неторопливо докурил трубку, выбил пепел и отправился в конюшню. Мне всегда нравилось здесь бывать. Лошади – одни из самых умных и преданных существ. И одни из самых чистоплотных. Можете со мной не согласиться, но что мне до ваших возражений?

Найда, стоящая в стойле, узнала мои шаги и тихо заржала. Я взял из корзины несколько морковок и угостил свою вороную подружку. Она благодарно выдохнула и аккуратно взяла угощение с ладони. Несколько секунд похрумкала и опять ткнулась мордой в ладонь.

– Тебя Мэриан когда-нибудь прибьет, – позади меня послышался Димкин голос.

– За что?

– За вечное отсутствие.

– Это Асперанорр, – пожал я плечами. – Здешние женщины прекрасно знают, что любить и быть рядом – это разные вещи. Их дело хранить очаг, а не устраивать мужьям истерики. Тем более что Мэриан сейчас не до меня. У нее свой «орден» образовался.

– Ну да, конечно. Клуб рыцарских жен и молодых мамаш, – усмехнулся Воронов.

– Поехали, прокатимся, – предложил ему. – Поговорить надо.

– Что-нибудь серьезное? Монах принес на хвосте?

– Ничего страшного, – отмахнулся я, – но он подал одну очень интересную идею…

– Поехали, – кивнул Димка. – Только охрану надо взять.

– Скоро без них из замка не выедешь.

– Кто бы говорил… – буркнул он. – Тот, который прямо в замке арбалетный болт поймал?

– Бывает…

– Еще болит?

– Побаливает. – Я поморщился и повел плечом. – Никогда не думал, что буду чувствовать любую перемену погоды. Как столетний старик, ей-богу.

– Ты счастливчик, Серега. После таких ранений мало кто выживает. Тем более что там и яд присутствовал. Ладно, седлай свою красавицу и поехали.

Через полчаса мы собрались и небольшой кавалькадой выехали из замка. Позади нас ехали десяток гномов, два моих телохранителя и несколько парней из отряда Рэйнара. Мы спокойно прошли по улицам Кларэнса и добрались до городских ворот. Еще немного, и перед нами раскинулись просторы Асперанорра, освещенные полуденным солнцем. Перебрались вброд через мелкую речку и пустили лошадей галопом. Слава богам, которые создали этот мир! Безбрежный, чарующий, чей воздух пьянил не хуже камбарских вин. Проскакав несколько лейнов, мы придержали лошадей и пошли шагом.

– Охренеть… – подвел итог Димка, когда я закончил пересказывать новости, услышанные от монаха.

– Как вы изысканно выражаетесь, мой друг! – усмехнулся я. – Просто кладезь мудрости, а не цепной пес кровавого режима.

– Я бы попросил!

– Просите и дано будет. Ищите и обрящете.

– Тьфу…

– Что тебе не нравится? Лучше скажи, что думаешь по этому поводу?

– Нет, идея в общем хорошая, – задумчиво протянул Димка. – Очень хорошая.

– Главное, – я щелкнул пальцами, – создавая эту гвардию, не совершать тех же ошибок, которые были сделаны в нашем мире.

– Что ты имеешь в виду?

– Не превращать гвардию в свору бездельников и дармоедов.

– В общем, – улыбнулся Воронов, – не баловать молодежь.

– Вот именно. Тем более что из этих сирот можно вырастить не только воинов.

– Дельная мысль, – кивнул он. – Из янычаров в свое время растили не только бойцов, но и финансистов и дипломатов.

– Янычары это захваченные в плен дети, а в монашеском приюте живут сироты. Если бы не наши дюнки, то их судьбы закончились бы эшафотом. Не мне тебе рассказывать, что из таких малышей вырастает.

– Да, знакомо. Когда уничтожали бандитские притоны в Кларэнсе, насмотрелся.

– Вот именно.

– Серега, и ты хочешь отдать их под власть маленького Андрея? Не рановато?

– Никто никого не отдает. Как выяснилось, Андрей с Арруаном частые гости в приюте. Видимо, их тянет к этим детям. Их судьбы схожи, им не хватает общения со сверстниками, и они знают, что такое потерять близких. Пусть и дальше общаются с детьми. Со временем у них появятся близкие друзья. Разве это плохо?

– Это прекрасно.

– Да, мне тоже так кажется. Как ни крути, но мы с тобой не вечные, а молодым еще жить и жить. Не хотелось бы их оставить в одиночестве и без ближнего круга.

– Сколько детей в приюте?

– Точно не знаю, но не меньше пятидесяти. Самое главное – десять из них пришли сами.

– Сами?!

– Димыч, а чему ты так удивляешься? Люди не слепые и видят, как живут воспитанники в приюте. Нескольких детей привели матери, которые не могут прокормить семьи.

– Отдали своих детей?

– Если быть точным, то продали. За пять даллиноров.

– Никогда к этому не привыкну… – поморщился Воронов и сжал зубы.

– Не нужно привыкать. Нужно этим пользоваться.

– Ты жесток, Сергей.

– В чем? В том, что хочу дать этим сиротам шанс? Шанс вырасти здоровыми и крепкими людьми? Людьми, за которыми будет стоять рыцарский орден?

– Может, и так… Но не все из них станут воинами.

– Пусть становятся ремесленниками или торговцами. Разве это так важно? Главное, что эти люди будут преданы нашему Андрею.

– Главное, Сергей, успеть все это претворить в жизнь.

– Ты спешишь жить?

– Нет, но ты заметил, как этот «неспешный» мир ускоряется? И слабый ветерок событий грозится превратиться в бурю. Смотри, как бы нас не зацепило.

– Ты имеешь в виду королевское поручение?

– Я имею в виду будущую войну. Задницей чувствую, что мы хлебнем по полной.

– Поживем – увидим. Домой?

– Пожалуй, – задумчиво кивнул Воронов.

– Наперегонки?

– Ты проиграешь! Мой Филька сильнее Найды.

– Сильнее, это не значит быстрее, – усмехнулся я. – Ставлю десять даллиноров.

– Ну что же… Принимаю. – Он важно кивнул, а потом неожиданно пришпорил жеребца и вырвался вперед. – Хэйс!

– Хэйс!

11

Димка прав – жизнь становится все быстрее и быстрее. Времени не хватает. Я уже не говорю про гулянки и праздники. Пожрать нормально, без вечной спешки, и то не всегда получается. Мэриан вот-вот должна родить, а у меня дел по горло. Нет, она не обижается, не дуется, не устраивает сцен и истерик. Это Асперанорр, господа.

Мэриан умна и все прекрасно понимает. Нет, это не значит, что мы стали меньше любить друг друга. Настоящая любовь не требует слов. Иногда достаточно одного взгляда и легкого поцелуя. Одного, но такого, от которого сбивается дыхание и хочется кричать от счастья… Пафосно? Может, и так. Поэтому наши отношения я оставлю для нас двоих, а вам буду рассказывать о делах обыденных и, возможно, более интересных.