Игорь Негатин – Лишнее золото. За гранью джихада (страница 48)
Вот с такими мыслями и шли. Еще немного – и я начинаю жалеть, что до сих пор не бросил курить. Отхаркиваюсь желто-зеленой слизью, задыхаюсь и ненавижу горы. Рюкзаки у нас небольшие, «трехдневные», но и они уже плечи оттянули.
Сейчас мы находимся к юго-востоку от Шангарской долины. Так себе местечко, если честно. Народ здесь попадается редко, а если и встретится какой-нибудь чабан, то, как правило, – дикий. Из тех, кто стреляет без вопросов и размышлений. Любой чужак, попавший в эти края, обречен быть убитым или взятым в рабство. Если не убьют местные жители, то звери постараются исправить упущение и переведут человека в состояние фарша. Что им всем до законов, если до ближайшей цивилизации – неделя пути? Набившая оскомину фраза: «Человек человеку волк», – очень точно отражает местные нравы.
К известным неприятностям добавляются не известные науке твари. Это я, тьфу, про наш вчерашний привал вспомнил.
Юрка и его проводник спали, а мы с Полем сидели у входа и наблюдали за местностью. В какой-то момент я отвлекся, а когда поднял взгляд, то увидел, что глаза Поля становятся похожими на две золотые долларовые монеты. Я такие в музее видел. Проследив за его взглядом, замер – и мысли завертелись в другую сторону.
Метрах в пятидесяти от нас виднелась узкая расщелина. Рядом с ней лежал огромный валун, обросший ползучим кустарником. И вот, неподалеку от этого камня, появилось Нечто. Нечто, совершенно непохожее на привычных нам хищников с равнины. Больше всего эта тварь была похожа на необычайно крупного медведя. Или гориллу. Конечно, если бывают такие огромные гориллы, под три метра ростом.
Пока мы сидели, открыв рты, эта тварь поднялась и неторопливо подошла к валуну. Она уверенно двигалась на двух ногах. Шла неторопливо, немного наклоняясь вперед. Длинные сильные руки. Шерсть бурого цвета, по бокам свисавшая длинными космами, слипшимися в толстые колтуны. Нет, это правда не медведь. Даже отдаленно не похоже. Тварь шумно вздохнула и потерлась спиной о камень. Про выражение ее морды не скажу – ракурс неподходящий. Поверьте – я этому не расстроился. У меня нет желания смотреть этой твари в глаза, нащупывая автомат и лихорадочно пытаясь сообразить: свалит ее очередь из «калашникова» или тут нужен калибр помощнее?
Зверь почесался о камень и глухо заворчал. Не знаю, что этой твари не понравилось, но выглядела она жутко недовольной. Может, камень мягковат оказался, а может, дождь надоел. Кто ее знает, эту лохматую скотину?
Через несколько минут зверь повернулся и неторопливо побрел к выходу из ущелья. И шла эта тварь на двух ногах. Привычно. Неторопливо. Уверенно.
Я осторожно выдохнул и перевел взгляд на Поля.
– Что… это… было?!
– Понятия не имею. На одичавшего местного жителя не похоже.
Когда Юрка проснулся, мы с ним поделились нашим «открытием». К нашему удивлению, он отреагировал спокойно. Словно видит таких тварей каждый день. Его проводник тоже не удивился.
– Бывает, – сказал он и пожал плечами.
Мы с Полем переглянулись. Веселая у нас прогулка, ничего не скажешь. Что ни день, то открытие…
С Юркиным планом мы познакомились через два дня. Когда оказались на одной точке, подготовленной для отдыха. На рассвете, сочно приправленном дождем и туманом, мы подошли к хижине, расположенной на горном склоне. В таких глиняных домах ночуют местные пастухи. Многие жители, попавшие в Новый мир, не отказались от своих привычек и продолжают выращивать овец. Есть породы, завезенные из Старого Света, а есть и местные, одомашненные. У местных овец, обнаруженных в этих местах, шерсть тонкая и качественная. Ее с большим удовольствием покупают торговцы с евросоюзных территорий.
Рядом с домом – загон для овец, сбитый из толстых неошкуренных жердей. Внутри хижины всего одна комната и грубый очаг, сложенный из плоских камней. Лежаки из плохо обработанных досок и колченогий стол. На деревянном, вбитом в стену крюке висит зеленая керосиновая лампа. Армейская, со складов Ордена. Такие лампы вы можете встретить в любом доме Нового мира. Закопченное стекло дает слабый свет, освещая это убогое жилище. В нескольких метрах от дома – ручей. Вода стекает по склону и собирается внизу, в большой каменной чаше. Причудливое творение местной природы.
На первый взгляд – очень мирное сооружение. Пришел, переночевал и ушел. Но с этим домиком не все так просто. Он построен над входом в пещеру. При необходимости можно воспользоваться замаскированным люком и скользнуть вниз. Узкий туннель уходит глубже, превращаясь в большую подземную галерею. В самом плохом случае (если лаз будет обнаружен и надо оторваться от преследования) есть возможность взорвать часть туннеля и завалить вход.
– Неплохо твои мальчики поработали, – сказал я, когда мы осмотрелись и начали устраиваться на отдых. – И много у тебя таких убежищ?
– Хватает.
– Твое красноречие, Джебраил ибн Как-вас-там, меня просто умиляет.
– Позже поговорим.
– Как скажешь, – кивнул я и вытер мокрое от пота лицо. – Как скажешь.
После того как мы закусили, Юрка вышел наружу и через несколько минут вернулся с каким-то брезентовым мешком. Внутри оказалось несколько папок.
– Изучайте.
– Какой вы предусмотрительный, амир, – усмехнулся я, но одну папку взял. Поль не раздумывая забрал две оставшихся, и мы развалились на лежаках. Ненавижу бумажную возню. Сколько мы с Полем ни работали, он всегда брал эту «радость» на себя. Потом пересказывал в нескольких словах, и все – мне хватало.
Бумаги, бумаги, бумаги… В непромокаемом пакете лежит несколько надписанных конвертов, с фотографиями. Некоторые из них сделаны скрытой камерой, и их качество оставляет желать лучшего. Ничего, не ошибемся. Старика Ахлакова я знаю в лицо. Мистера Хантера видеть не доводилось, но в конверте есть хорошее фото. Судя по всему, переснятое из личного дела.
Через несколько часов мы закончили читать и вернули папки Юрке. Он растопил очаг – и документы превратились в белый дым.
– Мысли есть? – спросил у нас Юрка.
– А ты что, собрался сюда неподготовленным? Судя по всему, план ты составил заранее, и осталось привести его в действие. Говори, мы послушаем.
– Идеи у меня есть. Но хотелось бы услышать и ваше мнение.
– Обязательно услышишь. Когда выслушаем твое.
Джебраил хмыкнул и начал рассказывать. Минут пятнадцать говорил, не меньше.
– И ты хочешь сказать, что встреча пройдет, – я ткнул пальцем в карту – вот здесь?
– Это подтвердили три независимых источника, – сказал Юрка. – Надеюсь, что эти парни не ошиблись.
– Я тоже. Иначе мы зря здесь гуляем.
– Перестань валять дурака, Шайя.
– Даже не пытался.
– Если они ошиблись, то нас ждет пустышка. Или засада, что не лучше, – предположил Поль. – Как вам такой вариант?
– Вполне возможно, но сомневаюсь. Место встречи выбиралось очень долго.
– Вы жалкие и никчемные люди, парни. Оптимисты! – усмехнулся я и вытащил из пачки очередную сигарету. – Тем не менее я слушаю и наслаждаюсь. Вашими буйными фантазиями. Увы, но в плане столько шероховатостей, что проще переписать все заново, чем пытаться претворить его в жизнь.
– Перестань, Карим… – Юрка недовольно поморщился.
– Уже перестал, – я выставил перед собой ладони, – но это не изменит моего мнения. Согласись, ты не один туда направляешься, а подставлять свою шкуру под пули мне совершенно не хочется.
– Пули будут в любом случае.
– Конечно. Но есть небольшая разница в их количестве. Не хочется давать лишние шансы нашим оппонентам.
– У тебя есть предложения?
– Есть. Давай просто войдем и убьем всех, кого найдем в этой усадьбе.
Поль задумчиво провел рукой по подбородку, прикрывая нижнюю часть лица, но по глазам было видно, что он ухмыляется. Да, я всегда был сторонником радикальных решений. Во всем. И в любви и на войне. Да, фраза «не мудрствуя лукаво» – это про меня.
– На мой взгляд, это будет гораздо проще, чем изображать из себя хирургов, – продолжил я. – Как бы ты ни старался, но мясником быть легче и проще. Конечно, скальпель точнее, чем разделочный топор, но у последнего есть свои преимущества.
– Например?
– Не промахнешься. И когда я слышу стандартные фразы вроде: «В этот момент объект будет выдвигаться на точку, сопровождаемый…» – мне хочется разрыдаться и уйти в монастырь. Чем план сложнее, тем труднее его выполнить без потерь.
– А ты какие фразы предпочитаешь?
– Простые. Из серии «davai zakataem ih v asfalt!».
– Тоже неплохо. Главное, что просто и незатейливо. Есть в этом что-то…
– …элегантное, – любезно подсказал я.
Лившиц не ответил. Вместо этого он скорчил рожу, которая могла выражать все что угодно.
И кто бы мог подумать, что в этом неприметном доме, расположенном на самой окраине аула, произойдет встреча двух не самых последних людей в Новом мире? Нет, я не буду утверждать, что от них зависят судьбы народов, но и мирными переселенцами этих деятелей не назовешь.
Мы прибыли в этот район вчера вечером, на закате. Осторожно зацепились взглядом за цель и ушли искать место для привала. Проводника с нами не было. Он оставил нас два дня назад, и сюда мы шли (по Юркиному выражению) без няньки.
Вариант выбранного Лившицем укрытия, в двух километрах от аула, отбросили. Нет, оно было неплохим, но что-то не давало покоя. Сомневаешься – смени позицию. Следуя этому нехитрому правилу, мы решили не рисковать и найти что-то более подходящее для наших задниц.