Игорь Негатин – Лишнее золото. Наедине с мечтой (страница 40)
— Знаешь, я научился не запоминать лица убитых мною людей, — сказал он тогда. — Это важно — научиться ничего не помнить. Тем более в этом мире.
— И на твоей работе, — добавил я. Он посмотрел на меня, несколько секунд молчал и лишь потом кивнул.
— Ты прав. Именно на моей работе.
Правда, и у него есть слабости. Как и у каждого из нас. Он обожает фильмы и книги про любовь, которые хорошо заканчиваются. Если финал грустный, то это вышибает Снупи из колеи. Несколько дней будет ходить мрачным как туча и без малейшего повода придираться к подчиненным. Смешно, да? Человек, который постоянно живет на грани между жизнью и смертью, расстраивается из-за придуманных эмоций… Увы, но ничего не поделаешь — у каждого свои недостатки, у него еще не самые страшные. И еще он жуткий сладкоежка.
— Нам еще идти около двух дней, — выдохнул Снупи и устало вытянул ноги.
— Куда именно? — спросил я.
— В Лох-Ри.
— Какое название — такой и город, — хмыкнул Поль, привалился спиной к стене и, закрыв глаза, положил руки на автомат. Руслан хоть и посматривал в сторону «усыпальницы», но вскоре тоже лег на пол и уснул.
Мне и Максу, как всегда, повезло. Мы дежурим первыми. Я отложил пустую миску в сторону, вытащил сигарету из смятой пачки и закурил. Лох-Ри, значит… Слышал про этот городок. Бывать там не доводилось, но слухи доходили.
Небольшой городок Лох-Ри, а точнее — полузаброшенный поселок, расположен к северо-западу от Куинстона, неподалеку от западного побережья острова. Туда можно добраться двумя путями: на лодке по фьорду и по воздуху. Ну и пешком, конечно, если вы горите желанием свернуть себе шею на горных тропах. Название появилось из-за формы озера, соседствующего с этим поселком. Видимо, кто-то из первых поселенцев был родом из центральной части старосветской Ирландии и вот таким образом увековечил память о доме.
Некогда это было довольно оживленное место. Дело в том, что лет восемь назад здесь была обнаружена серебряная руда, и народ валом валил на эти неприветливые земли. Увы, но месторождение оказалось довольно скудным, и примерно четыре года назад рудник был закрыт. Лох-Ри пришел в упадок и жители начали покидать городок в поисках других, более удобных и прибыльных для жизни мест.
Если мне не изменяет память, то на данный момент там не больше ста человек. Промышляют натуральным хозяйством — охотой и рыбалкой, и спиваются. Вы уж поверьте — здешние ирландцы знают толк в выпивке.
Сам городок состоит из двух кварталов: Прибрежного и Горного.
Прибрежный — жилой район, построенный на берегу фьорда. Здесь обитает большая часть местных оборванцев. Горный — это небольшая кучка домов, выстроенных на горном склоне, неподалеку от закрытого рудника.
На берегу фьорда, рядом с пристанью, стоят несколько административных зданий. По большей части — заброшенных. Банковское отделение и телеграф были закрыты год тому назад. Судя по всему, это не очень расстроило местных жителей.
Откуда это знаю? Торговцы рассказывали. Раньше они часто ходили в эти края. Потом город захирел и практически исчез с лица Нового мира. На некоторых картах он даже не указан. Если честно, то я даже не представляю, как там живут люди.
— Ну и дыра… — протянул я, когда мы добрались до города.
Несколько пустых ангаров, зияющих дырками оторванной обшивки. Местные жители уже, видимо, подсуетились и сняли куски жести для личных нужд. Два или три дощатых сарая неподалеку от пристани и развалы пустых бочек от дизельного топлива — вот и вся местная архитектура. Ну и дома гражданских, которые напоминали африканские лачуги. У пристани несколько моторных лодок, разбитый вельбот и гусеничный трактор с пятнами ржавчины на некогда желтых боках.
— Не самое приятное место, — поморщился Нардин, когда мы вышли к озеру. — Как здесь со связью?
— Здесь можно достать моторную лодку, — сказал Снупи. — Насчет связи… Сомневаюсь.
— Плохо.
— Плохо, но ничего другого на ум не приходит, — отозвался Тревельян. — Тем более что идти в Куинстон вот с этим, — он кивнул на Руслана Вараева, — совсем нежелательно.
— Что-то твой Роберт не спешит к нам на помощь, — тяжело дыша, сказал я. Сплюнул и добавил: — Я бы не отказался от вертолета.
— Тебе бы и медик не помешал. Рану глянуть, — увел разговор в сторону Тревельян.
— И что там смотреть? Можно подумать, что он огнестрельных ранений не видел. Кость не задета — и ладно. Заживет.
— Нечего здесь стоять. Выстроились, понимаешь, как…
— Три тополя на Плющихе, — сказал Максим и толкнул Руслана. — Иди давай, химик, мать твою так… Шевели копытами!
Мы начали спускаться с холма и через полчаса вышли к окраине поселка. Рядом с одной лачугой сидели несколько потасканных жизнью мужиков. Они смерили нас хмурыми взглядами, но ничего не сказали. Даже не кивнули. Оружие? Конечно, они были с оружием. В этих местах без него не бродят. Вели себя спокойно, на пулю не нарывались, и потому мы спокойно миновали этих мизераблей и вышли на берег.
— Неприветливо здесь чужаков встречают, — хмыкнул Нардин и поправил оружейный ремень.
— А ты надеялся, что тебя встретят криками радости? — усмехнулся Снупи.
— Мы здесь уже бывали, — покосился Максим и поморщился. — Поганое местечко. Того и гляди, в спину шмальнут. В прошлый раз, когда здесь…
— Подвяжи язык, боец! — неожиданно рявкнул Эдвард.
— Да, сэр!
— Нормальные люди везде есть, — наставительно добавил Снупи.
— Только их мало осталось, — тихо пробурчал Максим Селезнев и умолк, перехватив злой взгляд Тревельяна. Да, субординация — вещь полезная. Тем более — в нашей ситуации. Но все равно мне стало интересно: какого дьявола наш Эдвард делал в этой дыре? Ее даже на карте Нового мира и то не всегда найдешь.
Снупи упрямо шел вперед и, судя по его уверенности, бывал здесь не один раз. Мы вышли к заброшенной пристани и повернули направо. Там, рядом с каменным зданием, где, судя по остаткам вывески, некогда размещался банк Ордена, стоял небольшой двухэтажный дом. Я, когда присмотрелся, даже присвистнул от удивления.
Этот дом был слишком «ухоженным». Только это выражалось в совершенно непонятной форме. То ли хозяин окончательно сошел с ума, то ли чувства мутировали и превратились в странные инстинкты.
— Вот где надо фильмы снимать… — удивленным тоном сказал Поль.
— Про апокалипсис, — добавил я.
Судите сами — этот дом словно слеплен из разнородных заплат, тщательно пригнанных друг к другу. Кусок ангарной жести соседствовал с толстым листом корабельной обшивки. Одна стена была выложена из кирпичей, а другая — из потемневших от времени бревен, которые некогда использовали на руднике. Перила веранды сварены из железных труб, а ступеньки выложены из огромных шестеренок, собранных на развалинах рудника. И все это было так аккуратно и тщательно собрано и пригнано, что дом казался монолитно цельным. Даже несмотря на аляпистость и разнородность материалов.
— Здесь живет горный мастер, — пояснил Макс и распахнул калитку в ограде.
— Бывший горный мастер, — уточнил Снупи и втолкнул Руслана во двор.
Мы не успели пройти и нескольких шагов, как открылась дверь и наружу вышел хозяин. Что я могу сказать… Он выглядел под стать своему дому. Такой же старый, истрепанный и разноцветный. Одежда сильно поношенная, но чистая. На локтях выцветшей зеленой куртки чернели заплаты. Потрепанные джинсы и сапоги из желтой кожи с короткими голенищами. Такие любят носить рыбаки и охотники за морским зверем. Клетчатая рубашка из толстой байки с затрепанными до бахромы манжетами. Невысокий, худощавый. Судя по всему — еще и близорукий. Разговаривая с собеседником, он постоянно задирал подбородок и щурился.
Ему семьдесят пять, не меньше. Седая, уже пожелтевшая борода, длинные волосы. На голове коричневая ковбойская шляпа с обвисшими и захватанными полями. Не человек, а какой-то персонаж из техносказки. На брезентовом ремне — кобура с вытертым до белизны револьвером. Вместо «тяжелой артиллерии» — короткоствольный дробовик, который он держал с каким-то привычным изяществом. Будто английский лорд, который выбрался из столицы, чтобы пострелять фазанов в своем родовом поместье.
Его звали Освальд. Освальд Брен по прозвищу Мышонок. Не знаю, кто именно и по какой причине наградил старика эдакой странной кличкой, но она ему подходит. Он и правда был похож на небольшого, но очень шустрого грызуна.
Наш Тревельян отвел старика в сторону, и они долго разговаривали. Мы стояли во дворе, держа автоматы наперевес, и осматривались по сторонам. Людей не было видно. Городок словно вымер.
— Все плохо, — сказал Тревельян, когда вернулся к нам.
— Что случилось? — спросил я, но он не ответил. Хмуро посмотрел по сторонам и сплюнул себе под ноги.
— Снупи, не молчи! Когда ты долго молчишь, нам становится страшно.
— Тебя напугаешь… — пробурчал он, но объяснил: — В общем-то ничего страшного. Просто парень, на которого я рассчитывал, вернется только послезавтра.
— Есть и другие лодки… — подал голос Руслан, но смешался под нашими взглядами и замолчал.
— На этих дырявых гробах, — миролюбиво заметил Снупи и чертыхнулся, — мы далеко не уйдем. Нам просто необходимо добраться до побережья Новой Англии. Потому что в любом другом месте, мистер Вараев, вас просто убьют. Мне бы этого не хотелось.