Игорь Негатин – Лишнее золото. Без права на выбор (страница 23)
— Так… И как это прикажете понимать, господа?!
— Это ты у меня спрашиваешь? — прищурился я.
Мы сидели в нашей комнате. Мы — это я, Эндрю, Карим и Джек Чамберс. Окно было настежь распахнуто, а на подоконнике лежал Рино. Рядом с ним стоял Карим и задумчиво курил, аккуратно пуская дым в окно. На плацу, расположенном неподалеку, раздавался рычащий крик сержанта. Обычное армейское утро. Мимо нашего домика, подыхая от утренней жары, пробежал взвод. Парни в промокших от пота футболках наматывали круги по гарнизону, поднимая клубы красноватой пыли. Она оседала медленно, словно нехотя.
На небольшом журнальном столике, заботливо застеленном куском брезента, лежали наши ночные находки. В количестве трех единиц, не считая пистолета, кинжала и разной карманной мелочи. Сбоку сиротливо примостилась пустая кружка кофе и пепельница.
— Бред какой-то…
— Да, идея, конечно, бредовая, — согласился Эндрю. — Исполнение тоже не лучше. Но она, позволю себе заметить, вполне работоспособная. Если бы эти игрушки не обнаружили, то на месте нашего ангара была бы большая куча мусора. Вперемешку с запасными частями и банками консервов из запасов экспедиции.
— И венцом была бы твоя шляпа, Джек! — усмехнулся Карим. — Как символ этого мира и памятник первопроходцу.
— Философ, твою мать… — буркнул Чамберс и дотронулся до шляпы. Словно проверил, крепко ли она держится.
— Пластиковая взрывчатка — это хорошая вещь, — кивнул Шайя. Он старательно потянулся и зевнул. Потом провел рукой по лицу и продолжил: — Это «Си-четыре». Миндалем пахнет. Взрыватели, как говорится, входят в комплект. Натяжные, мгновенного действия.
Джек ничего не сказал. Он молча курил, рассматривая трофеи. Не дождавшись от него реакции, Шайя продолжил:
— Машины, по рассказу Нардина, были соединены в одну цепочку. Если бы первую машину решили выгнать из гаража, то рванули бы все сразу. Простенько и без затей. Но идея мне нравится. Дешево и сердито. Надо будет взять на заметку.
— Лезть на охраняемую территорию, чтобы зарядить эти подарки, — Джек недоверчиво покачал головой, — по меньшей мере глупо. Это можно было сделать в Порто-Франко или во время пути. Мы до форта шли четверо суток! У них что, думаете — свободной минутки не нашлось, чтобы эти подарки подвесить?
— Ничего удивительного нет, — возразил я. — Это значит, что ребятки шли не в нашем конвое. Причем надо вам напомнить, сэр, что мы на охрану не особо полагались — сами тоже работали. Это кто-то из местных. Кто и почему? Как любит говорить Козин, — хрен его знает. Может быть, есть еще одна причина. Одним выстрелом убить двух зайцев…
— Не тяни, Поль!
— Взорвись машины по дороге — это одно. Еще одно дорожное несчастье, которым мало кого удивишь. А вот если бы машины взорвались здесь… Джек, это послужило бы хорошим поводом для служебной проверки. Кто знает — может, наш бравый полковник кому-нибудь мешает? Мужик он прямой как столб и незатейливый как приклад. Ляпнул кому-нибудь на Базе, не разбирая чинов и должностей. А тут такой инцидент… Уничтожена целая экспедиция! Самог
— Идея про полковника, на мой взгляд — бредовая. Хотели бы убрать — давно бы сняли с должности.
— Не тупи, Джек! Это означает одно — те парни не такие уж сильные. Думай… Сядьте вместе с полковником и подумайте. Хорошо подумайте: кому мы мешаем?
— Когда тут думать, Поль? Завтра утром уходим!
— Вот до завтра и думайте. А мы займемся делами.
Чамберс поправил шляпу, недовольно хмыкнул и, развернувшись на каблуках, вышел из комнаты. Хлопнула входная дверь.
Весь день мы с парнями провели в ангаре. Копались с техникой, устраняя некоторые мелочи и дефекты, на которые вечно не хватало времени. Наши коллеги тоже не лентяйничали. Каждый занимался своим делом. О вчерашнем происшествии не спрашивали. Козин пытался завести разговор на эту тему, но мы отговорились, что это дела военных и к нашей поисковой партии отношения не имеют. Не рассказывать же им про взрывчатку, подвешенную под наши машины… Зачем портить людям нервы перед выходом? После обеда в ангар заглянул Джек. Я поймал его взгляд, вытер ветошью руки и вышел наружу.
— Идем поговорим. — Мы отошли в сторону и присели на ступеньках общежития.
— Рассказывай…
— Значит, так. — Джек недовольно поморщился и достал трубку. Долго ее раскуривал, а потом неторопливо начал рассказывать: — Я разговаривал с Бирсфордом. Он злой как черт. Рвет и мечет. Второй отдел уже двенадцать часов «в поле».
— Что-нибудь удалось выяснить?
— Полезного? Почти ничего. Личность убитого установили, но это нам мало поможет. Он из новых переселенцев, и его нет в черном списке. В Новый мир попал около двух месяцев назад. В форт прибыл три недели назад, с прошлым конвоем. Обычный новичок, каких сотни. Бабами не интересовался, друзей-приятелей не заводил. Жил в кабаке рядом с гарнизоном. Ни с кем не приятельствовал. Так… ни рыба ни мясо. Да, кстати, он скорее всего — мусульманин.
— С чего ты взял? В штаны ему заглянул? Он что, обрезанный?
— Один бармен рассказал, что убитый не ел свинину. Ну… мясо местных хрюшек.
— Не факт, — я покачал головой, — может, просто свинину не любил. Карим — настоящий мусульманин, но свинину жрет так, что за ушами трещит. Вот еще что… Виктор. С ним не пытались связаться?
— Связывались. Тоже ничего нет. Они попытаются проверить связи нашего террориста за «ленточкой», но для этого, сам понимаешь, необходимо время. Мы же не будем сидеть здесь и ждать, пока что-то прояснится…
— Да, ты прав, Джек. Знаешь, в одном я уверен… Здесь этот парень был не один. Есть еще кто-то. Один или два человека.
— Ты думаешь?
— Я в этом уверен. На такое, пусть и простое, задание одного человека не отправят. Слишком рискованно. На супермена он тоже не похож. Одноразовый исполнитель, не больше. Причем он мог погибнуть по дороге к форту. Его могла укусить какая-нибудь местная гадина. Так что сообщники у него были. Были и есть. Сколько человек прибыло сюда с прошлым конвоем?
— Немного. Восемьдесят три гражданских лица. Половина из них еще здесь. Часть разбрелась по окрестностям. Около двадцати человек ушли далеко на запад. Пионеры, мать их так… Кстати, я говорил с Реем насчет нашего выхода. Он сказал, что прикроет наши задницы. Отправит дежурную смену на двух джипах. Они будут нас сопровождать за пределами форта. Где-то километров тридцать, не больше. Потом начнутся дикие земли — и конец географии. Вот такие дела, Поль.
— Веселые дела…
— Какие есть. Ладно, прорвемся. Кто будет дежурить в ангаре?
— Три парня из охраны гарнизона и Эндрю. Через два часа я его сменю.
— Пойду поужинаю. Если что-то будет нужно — я в столовой.
— Джек! Погоди немного, — я догнал Чамберса.
— Что еще?
— Слушай, Легенда… Ты ничего не хочешь рассказать?
— Что ты имеешь в виду, Поль?
— Ничего. Просто мне кажется, что ты что-то не договариваешь.
— Ты ошибаешься.
— Уверен?
— Иди к дьяволу, Нардин! Если бы я понимал, что происходит вокруг нашей партии, то поверь мне на слово — ты узнал бы первым! И займись делами, черт бы тебя побрал! Завтра уходим.
Через час мы с Каримом отнесли наши рюкзаки в джип. Потрепались с Эндрю, развалившимся в ангаре на ящиках, и пошли ужинать. В гарнизонной столовой столкнулись с Анастасией и Еленой. Нет, мне определенно сегодня не везет… Хотел выбрать столик подальше от них, но Настя стала махать руками, и нам пришлось присоединиться.
— Карим! Поль! — Она счастливо улыбнулась. — Мальчики мои, вы очень вовремя. Еще несколько минут — и сюда придет Джерри. Боже мой! Он так слащав, что меня начинает мутить. Рассыпает нам с Леной старомодные комплименты, похожие на сахарную вату с нафталином. Не люблю таких типов.
— Зачем же вы так жестоко? — пожал плечами я. — Может быть, у вашей подруги другие вкусы? И ей нравится сахарная вата… На вкус и цвет, как известно…
— Приятного аппетита, господа! — оборвала меня медик. Как и следовало ожидать — с каменным выражением лица. Шайя покосился в мою сторону и весело хмыкнул.
В общем, ужин прошел мило и благодушно. Все были вежливы и предупредительны. Как на поминках. Через двадцать минут женщины закончили ужинать и, пожелав нам спокойной ночи, отправились в общежитие.
Я прицелился в Карима вилкой и предупредил:
— Даже не начинай!
— Боже меня упаси, Поль! — Шайя взмахнул руками и опять ухмыльнулся. — Вы с такой теплотой друг друга ненавидите, что это меня просто умиляет. Еще немного — и расплачусь. Пущу скупую мужскую слезу. Поверь, я с такой нежностью наблюдаю за вашими обоюдными шпильками, что даже аппетит повышается. Нет, ты скажи, она тебе правда так не нравится или вы конспирируетесь? Рассказывай, Медведь! Признайся своему старому боевому другу! Не тяни кота за все подробности! У вас ведь любовная интрижка?
— Дьявол…
— Молчу… Что там с нашим убиенным? Есть что-нибудь?
Между десертом и компотом я коротко пересказал наш разговор с Чамберсом. Через десять минут мы разделались с ужином и не торопясь вышли на улицу. Карим закурил очередную сигарету и, прищурившись, осмотрелся.