Игорь Негатин – Экспедитор (страница 33)
– Мартин… Скажи мне одну вещь…
– Что ты хочешь узнать?
– Неужели ты впутался в эту заварушку лишь для того, чтобы отомстить за смерть Джила Лангара и свое заключение в Анхело-де-Сорр? Или причиной послужило золото?
– Разве этого мало?
– Это на тебя не похоже, приятель.
– Ты неглуп, Серхио Чатров.
– Хотелось бы надеяться, – кивнул я. – Итак?
– Что ты хочешь услышать?
– Правду, и ничего, кроме правды. Джил Лангар часто рассказывал о своих близких. Он гордился своими предками и очень сожалел что остался один на белом свете. Ни родных, ни близких. Парень любил поболтать, но никогда не вспоминал, что у него есть дядя, который служит в таможне Базалет-де-Энарьо. И еще, сеньор Мартин Вильяр… – Я немного помолчал, потом поднял голову и посмотрел на него. – Ты не похож на простого таможенника…
– Хм… И это говорит человек, который рассказал мне совершенно невероятную историю о своем появлении в этом мире?
– Что-то мне подсказывает, что твоя настоящая история не менее интересна.
– Хорошо, – кивнул он. – Она не имеет отношения к золоту. Тебе этого достаточно?
– Она имеет отношения к алтарю, который находится в подземелье сторожевой башни?
– Алтарю? – переспросил Мартин. – Пусть будет так.
– Ты знаешь, что это такое?
– Серхио, ты сам рассказал мне о тайне этой башни.
– И ты не был удивлен, – усмехнулся я. – Итак… Позволь повторить свой вопрос: кто ты такой, Мартин Вильяр?
Он поднял голову, и я вдруг увидел перед собой совершенно неизвестного мне человека. Нет, его внешность не претерпела никаких изменений, но он стал другим. Мартин посмотрел на меня и прищурился:
– Позвольте, сеньор Чатров, отвечу на ваши вопросы, когда мы окажемся на свободе.
– Как скажете, сеньор Вильяр. Как скажете…
29
Седовласый и упитанный шкипер, с которым нас познакомил Док, был дьявольски похож на знаменитого Джошами Гиббса из набивших оскомину «Пиратов Карибского моря». Такой же широколицый, с пышными «собачьими» бакенбардами и сеткой куперозных прожилок, усеявших загорелую кожу. Строгий темно-серый сюртук, белоснежная рубашка с тесным воротничком-стойкой, отчего щеки казались еще толще, а загар – гуще. Черный шелковый галстук с алмазной заколкой. Камень был слишком велик для настоящего, но кто его знает? Я никогда не разбирался в драгоценных камнях. Он разговаривал на английском языке, пересыпая речь испанскими словечками, что было частым явлением для здешних мореходов. Каким же было мое удивление, когда этот моряк представился:
– Меня зовут Джошами Гиббс, джентльмены!
Наверняка мое изумление было написано на лице – он прищурился и спросил:
– Мы с вами уже встречались?
– Нет, сэр, но вы очень похожи на одного моего знакомого.
Он несколько секунд разглядывал мою физиономию, а потом кивнул и переключился на обсуждение деталей нашего побега. Если отбросить в сторону непомерно высокую цену за эту услугу и риск быть пойманными, все выглядело довольно просто и убедительно. Как и утверждал доктор, шкипер был готов вытащить нас из этого проклятого места. Доставить в один из соседних портов отказался. Отказался, позволю себе заметить, довольно резко.
– Пять сотен морских миль, джентльмены, и мы распрощаемся! – Джошами развел руками, словно извинялся за причиненные неудобства. – Не переживайте! Я высажу вас в тихом и безопасном месте, где красномундирников никогда не было и не будет!
– Почему же не доставить нас прямо в Сантьяго-де-Лион?
– На моем судне не бывает пассажиров! Временные попутчики, не более того!
– Ваш бизнес, как понимаю, не терпит свидетелей? – спросил Мартин.
– Мой бизнес не любит досужих бесед, сэр! – коротко отрезал Гиббс.
– Успокойтесь, – встрял я, – никто не собирался вмешиваться в ваши дела!
– Так-то лучше! Что скажете, джентльмены? – спросил он и вздернул мохнатую бровь.
– Мы согласны.
– Вот и прекрасно, – пробурчал шкипер и покосился на моего приятеля. Повернулся к доктору и уважительно склонил голову. – Я сообщу вам, сэр, когда закончу погрузку и буду готов принять ваших… Ваших постояльцев…
В прежние времена я только усмехнулся бы, вспоминая персонажей, которые тщательно перечисляли запасы, доставшиеся им в качестве хабара. Вещизм попаданцев неистребим, и даже здравый смысл пасует перед неукротимой фантазией авторов. Сейчас я был вынужден уподобиться этим людям, чтобы заказать все необходимое для дороги.
Увы, нам не довелось прогуляться по торговым лавкам. Этим занялся Док. Мартин выдал ему деньги, предупредив о необходимости быть осторожным и бережливым. Ценности, найденные в тайнике Себастьяно, подходили к концу. Нам едва хватало средств, чтобы рассчитаться с мистером Гиббсом и оплатить проезд Эрнесты Вильяр на одной из здешних каботажных посудин, которые ходили до Сантьяго-де-Лион.
Скудный запас провизии – немного круп, соли и вяленого мяса. Одежда, порох, свинец для литья пуль и несколько картонных коробок с капсюлями. На ружья денег не хватило, так что пришлось довольствоваться парой револьверов, которые нам принесла Эрнеста. Медный котелок, топор, ножи и разная походная мелочь вроде кусков штопаной, в разномастных заплатках парусины, из которых при определенной сноровке можно было поставить шатер.
Климат, как я уже говорил, не самый приятный. Особенно когда начинался сезон дождей. Стопроцентная влажность и духота, изматывающая и душу, и тело. Какая-нибудь пустяковая царапина, на которую никто не обратит внимания, заживает пару недель, а то и месяцев! Она будет гнить и воспаляться, пока инфекция не свалит вас с ног, а хищники не разделают на части. Заживо. Райское место. Для самоубийц и беглых каторжников.
Не прошло и недели, как Эрнеста села на судно и отплыла в Сантьяго-де-Лион. Из окон кабинета была видна гавань, и Док разрешил Мартину взглянуть на уходящее судно. Еще через три дня капитан Гиббс закончил грузить шхуну и приказал быть готовыми…
В ожидании прошла еще одна ночь. Удивительно, но бессонницы не было. Я спал, как умеют спать лишь охотники и экспедиторы – чутко и настороженно. Это даже не сон, а некая полудрема, в которой отдыхало только тело, а мозг продолжал работать, выхватывая из окружавшей тьмы бесчисленные шорохи и звуки.
Джошами Гиббс и один из его подручных головорезов пришли за нами около полуночи. Внизу нас ожидала повозка, запряженная какой-то полудохлой клячей. Скажу честно – я не предполагал, что мы отправимся в порт так открыто. Все оказалось довольно просто – на повозке лежали пятеро мертвецки пьяных матросов. С двух из них стянули моряцкие куртки и подали нам. Когда мы напялили эти робы, Джошами вытащил бутылку рома и протянул мне.
– Вот, хлебните немного. У портовых стражников чертовски хороший нюх, а вы должны быть похожими на этих морских бродяг, черт бы их побрал!
– Как скажете, капитан! – усмехнулся я и приложился к бутылке.
Надо заметить, что стражники, о которых предупреждал шкипер, не так уж и старались. Тем более что Джошами Гиббс сунул им по паре монет, чтобы повозку не досматривали, и все прошло вполне благополучно. Когда один из пьянчуг свалился с повозки, едва не размозжив себе голову, охрана и вовсе расслабилась – весело скалила зубы и давала советы по переноске пострадавшего, который даже не проснулся.
Шхуна и душный трюм, забитый ящиками и тюками. Нам приказали помалкивать, а потом запихнули в какой-то закуток и закрыли лаз. Выпустили через три дня, переселив в небольшую каюту. Кормили прилично. Мы выполняли свою часть уговора, а капитан Гиббс – свою. С погодой нам повезло. Дул попутный ветер, и судно быстро добралось до намеченной на карте точки.
Потом… Потом была шлюпка, куда сбросили наши небольшие баулы, полоса прибоя и золотистый песчаный пляж, за которым поднималась стена непроходимых джунглей. Редкие скалы, разномастный мусор, выброшенный волнами на берег, и тишина, которую разбавляли звуки дикого мира.
– Я выполнил свою часть договора, джентльмены, – сказал Джошами перед тем, как мы сошли на берег. – Надеюсь, мы с вами больше не встретимся. Прощайте.
На горизонте еще были видны паруса, когда мы с Мартином разбили на берегу лагерь. Сгущались сумерки. В этих широтах ночь наступает быстро.
– Итак? – Я подбросил в костер несколько сучьев и посмотрел на приятеля.
Мартин, судя по взгляду, прекрасно понял, каких жду объяснений, но усмехнулся и взялся за котелок, в котором мы варили похлебку.
– Спрашивайте, Серхио Чатров, спрашивайте…
– Кто ты такой, Мартин Вильяр?
– Я – монах.
– Кто?!
– Служитель церкви, если так будет понятнее. Тебе доводилось слышать о Вселенской инквизиции, которая охраняет доктрину нашей священной веры?
– Ты что, инквизитор?!
– Служитель Верховной Священной Конгрегации Римской и Вселенской инквизиции.
– Это одна из самых старых и могущественных курий, если не ошибаюсь?
– Да, – Мартин поджал губы и кивнул, – ты совершенно прав.
– Ну и дела… – пробормотал я. – Церковник, значит… Никогда бы не подумал.
– Почему?
– Ты не похож на служителя церкви. Слишком хорошо владеешь оружием.
– Иногда нам приходится сражаться не только словом Божьим.