Игорь Негатин – Экспедитор (страница 18)

   Зашипев от боли, я привалился спиной к камню и провел ладонью по раненому плечу. Здорово меня задело… Рука тяжелела, а рукав набухал от крови. Как же все это не вовремя! Зарядов в револьвере уже не было – барабан пуст. Остался заряд в карабине. Если полезут… Думать, что может случиться, не хотелось.

   Прошло несколько минут. Убитые разбойники, лежащие в нескольких шагах от меня, уже остывали. В наступающих сумерках пятна крови казались черными. Как ни прислушивался, никаких посторонних звуков не было. Неужели их только двое? Дай-то Бог…

   Выждав еще минут двадцать, я перезарядил револьвер и начал выбираться на дорогу. Вы пробовали заряжать капсюльный револьвер в потемках? Нет? А если еще раненой рукой, то и вовсе чудесные впечатления! Не советую.

   Запасного снаряженного барабана, который должен был находиться в подсумке, не было. Антропологи! С другой стороны – чем я лучше? Не позаботился. Расслабился на пленэре. Экспедитор…

   Найденное на трупах оружие отбросил в сторону. Трофеями займусь позже. Еще одно тело нашел в кустах, на другой стороне дороги. Безусый юнец, словивший от меня пулю, умер почти без мучений. На его грязном лице сохранилось выражение легкого удивления. Ну да, так всегда и бывает… Мол, меня-то за что? Романтики, мать их так, с большой дороги. Сначала рубашку на груди рвут, а потом кровавые сопли по щекам размазывают.

   Жеребец был еще жив. Он таращился остекленевшим, обезумевшим от боли взглядом и хрипел. Жаль. Я поморщился, подошел и выстрелил ему в ухо. Нечего животине мучиться. Не человек, чтобы попусту страдать… Он не заслужил такой доли.

   Судя по всему, разбойники были теми самыми беглыми рабами, о которых предупреждал Федерико Линарес. Не повезло ребятам – они выбрали не самую покладистую жертву. Я небольшой знаток здешних традиций, но рубцы на лодыжках и запястьях были оставлены железными браслетами. На плечах и спинах виднелись рваные шрамы. Здесь, как я погляжу, с этими господами не церемонились. Самое удивительное, что они не были неграми. Самые что ни на есть европейцы.

   С другой стороны – чему удивляться? Первыми рабами, которых привозили в Америку, были так называемые «законтрактованные», или кабальные, слуги. Рабы, о которых все стыдливо умалчивают, – ведь эти невольники привозились не из Азии или Африки, а из «культурной и просвещенной» Англии. Да, я не люблю Англию. На руках ее венценосных правителей столько крови, что и представить страшно. Куда там Гитлеру… Он, по сравнению с британцами, белый голубь мира!

   Перетянул тряпкой раненую руку. Мушкетон был заряжен дробью, так что мне здорово повезло. Попади разбойник немного правее – угодил бы в тело, и все, пишите письма мелким почерком. До востребования. Ладно, не будем о грустном. Займемся обыском…

   Все попаданцы, в какой бы мир их ни забросило, обожают собирать трофеи! Тяга к халяве неистребима! Они скрупулезно перечисляют найденные на трупах вещи, подобранные таким образом, чтобы максимально облегчить жизнь путешественника между мирами. Количество хабара ограничивается лишь грузоподъемностью персонажа. Он бы и больше «нашел», но уже не поднять.

   Мне с этим не повезло. На мою долю пришелся двуствольный капсюльный пистолет и ржавый клинок, который напоминал австро-венгерский тесак образца 1858 года. Конечно, по исчислению нашего мира. Подобрал и ружье, а если быть точным, то бландербасс с латунным стволом, расширяющимся вроде дудки. Похож на английский морской мушкетон, который я видел в одном из музеев, но тот был с кремневым замком. Начало девятнадцатого века. После недолгих раздумий отложил ружье в сторону. Спрячу. Может, и пригодится. На коротких дистанциях очень хорошая вещь. Эдакая «окопная метла». Жаль, что однозарядная.

   Что еще нашлось?

   Два дешевых и тупых ножа, напоминающих навахи, и мешочек сухарей в полотняной котомке. Порох, капсюли, пули. Несколько кусков свинца и пулелейка. Не густо. И все-таки мне повезло! На поясе одного из убитых нашел приятно звякнувший кошелек. Несколько золотых монет, золотая цепочка и часы с разбитым стеклом.

   Подкинул кошелек на ладони и задумался. Отдавать это золото я не собирался. Вот еще! Зря, что ли, под пулями здесь кувыркался, чтобы расставаться с законным трофеем. Не знаю, что по этому поводу гласят местные законы, но эти побрякушки мне и самому пригодятся. Тем более сейчас, когда появилась надежда найти портал, находящийся по ту сторону океана. Я спрятал кошелек за пояс и задумался.

   В лагерь сегодня не попаду. Обстреляли меня где-то в километре от Базалет-де-Энарьо, так что умнее вернуться назад и переночевать у городских стен. Ворота будут уже закрыты, но если сообщить караульным о нападении и смерти разбойников, то они могут позволить переночевать рядом с их внешним постом, где часто останавливались припозднившиеся путники. Заодно и свой тайник проведаю, хоть и не хотелось. Надо перевязку нормальную сделать.

   Я обвел взглядом окрестности, на которые уже опускались тяжелые сумерки, и повернул в сторону города. Раздери тебя дьявол, капитан Шатров… У тебя просто талант впутываться в неприятные истории!

16

   – Серхио, ты просто дьявольски везуч… – пробурчал Федерико. Он смерил меня тяжелым взглядом, задержался на перевязанной руке и кивнул. – Уцелел, но погубил жеребца. Знаешь, сколько он стоил?

   – Я выполнял ваше поручение, сеньор.

   – Разве я приказывал тебе задерживаться в городе до вечера? – Он изобразил удивление, а потом набычился. – Или ты будешь оправдываться?!

   – Нет, сеньор, не буду.

   – Это правильно. Ступай. О величине штрафа тебе сообщит Себастьяно.

   В лагерь я вернулся на следующий день, около полудня. Пришлось не только рассказать капралу о нападении, но и показать все на месте. Пятеро красномундирников, прибывших вместе с ним, погрузили тела на повозку и увезли их в город, оставив меня на дороге. Трофеи тоже забрали. Кроме мушкетона и золота, которых я благоразумно не показывал. Оставил в своем тайнике. Хотели забрать и седло, но тут уж я возмутился. Капрал что-то недовольно буркнул, сел на лошадь и уехал.

   В общем, люди здесь добрые. Отзывчивые. Хоть к заднице прикладывай.

   Хорошо, что меня нагнал знакомый торговец, который за несколько медяков согласился подвезти до лагеря, где я и нарвался на хмурого, вечно недовольного Линареса. После такого приема я плюнул и решил устроить себе выходной. Ушел в палатку и завалился на койку. Где-то с неделю из меня хреновый работник.

   Федерико заявился через несколько часов. Судя по крикам на улице, успел врезать кому-то по зубам, выпустив накопившийся пар. Вошел, поморщился, отряхнул пыль с сюртука и присел на пустой ящик, который заменял нам стол.

   – Что ты собираешься делать, Серхио?

   – Поправиться и работать дальше, если вы не будете против.

   – Я-то не против, но ты целую неделю будешь бездельничать… – протянул он.

   – Увы, работать в полную силу не смогу.

   – У тебя ранена левая рука. Это значит, что ты можешь писать.

   – Почерк у меня, – я покачал головой, – не самый красивый.

   – Будешь заполнять графики работ и наблюдать за их исполнением. И благодари Господа Бога, – Линарес прицелился в меня пальцем, – что я не вышвырнул тебя из лагеря!

   – Как скажете, сеньор.

   Он немного помолчал, потом прищурился и посмотрел на меня.

   – Сколько их было?

   – Трое. Один из них совсем мальчишка.

   – Туда им и дорога! Мне больше жалко убитого жеребца! Ладно, Серхио, сегодня, так уж и быть, можешь немного передохнуть, а завтра займись делом.

   – С чего начать?

   – Пройдешься вдоль найденного вала, – он кивнул, – в сторону побережья. Посмотри, что нужно сделать, чтобы эти бездельники могли начать работать.

   – Хорошо.

   – И постарайся не влипать в неприятности! Ты мне еще нужен. Ты ведь не забыл про Америку? Там сможешь хорошо заработать, если не станешь валять дурака.

   – Я постараюсь.

   Рана, слава богу, не воспалилась. Дробины, засевшие в мясе, я выковырял сам. Рука еще болела, но терпимо. Конюх помог. Тот самый увечный старик. Заявился вслед за Линаресом и, осмотрев рану, вытащил из-за пазухи мешочек с травами. Уверял, что, если эти снадобья подходят его лошадкам, значит, и людям вреда не будет. Сомнительная реклама, но делать нечего – пришлось довериться местной медицине. С этим мне сильно не повезло. Будь я немного удачливее – провалился бы сюда вместе с рюкзаком, в котором была аптечка со всем необходимым.

   Вместо погибшего жеребца выдали полудохлую клячу, которая одинаково неторопливо возила и наездника, и бочку с водой. Подгонять эту развалину плетью рука не поднималась. Так что несколько дней я бродил по окрестным холмам, которые некогда были городскими стенами. Делал пометки в истрепанном блокноте и держал ухо востро. Попадать в еще одну передрягу не хотелось. Револьвер, кстати, Линарес мне оставил. Временно.

   Работа просто на загляденье! Это не кайлом махать, срывая глотку на бездельничающих рабочих. Знай сиди в седле, глазей на окрестности и думай… Думай, Сергей Владимирович! Думай, как обнаружить этот чертов портал, находящийся по ту сторону океана. Ты обязан вернуться в наш мир. Потому что есть в этой истории одна неприятная мелочь. Нехорошая и опасная. Гораздо опаснее всех параллельных миров. Всех, вместе взятых…