Игорь Маревский – Проект: "Возмездие" Книга 8 (страница 31)

— Неплохая идея, Фи, — спокойно произнёс я, поглядывая в сторону стены комплекса прямо под наблюдательной комнатой, где находились широкие двойные двери. — Видимо, всё же не зря я тебя с собой взял.

— Я же тебе говорила! — радостно хихикнула девушка, а затем её голос резко изменился, и она добавила. — У тебя там точно всё в порядке? Столько криков.

— Ни один ребёнок не пострадал, Фи, если ты об этом. Взросляки — это половозрелые мужики и бабы. То ли по ошибке, то ли специально, но принтер поместил матричные импринты взрослых в тела детей. Эти ублюдки в доле с Крысоловами, Фи. Они обеспечивают ещё одно звено в общей сети поставок.

— Вот же… я даже и подумать не могла.

— Ага, вот и я тоже не сразу поверил, но у меня появились веские доказательства. Однако сейчас это не так важно, я так понимаю, ты хочешь воспользоваться мощностью моего Нейролинка и тем самым усилить сигнал?

— Верно, мощности должно хватить, чтобы временно везде потух свет. Нельзя полностью отключать всю сеть, так как сработает система блокировки, и дети останутся без питания. Отправляйся к месту, но, Смертник, это очень важно, — произнесла она, отрывисто выговаривая каждое слово. — Ты должен позволить им зайти внутрь, должен лично увидеть Крысоловов и то, как они их хватают, лишь тогда я выключу свет. Слишком рано — и двери могут не открыться, слишком поздно — и ты их упустишь, всё понял?

— Понял, сделаю, ты, главное, будь наготове.

С этими словами я оборвал связь, убрал телефон в инвентарь и, подняв голову, увидел, как на крупном экране забегала рябь, а затем появилась тёмная загадочная фигура полной женщины с кучерявыми волосами. Вопли Взросляков внезапно прекратились, а она, взирая на Ясли с высоты экрана, прочистила голос и угрожающе произнесла:

— Вмешательство взрослых недопустимо. Цикл должен продолжаться. У ваших действий будут непоправимые последствия.

***

Погрузка шла по плану. Два бойца из Чёрной тысячи закончили с последней капсулой, в которой лежала маленькая девочка, и, убедившись, что швы накрепко были заварены, положили её в грузовой контейнер. После того, как с этим будет покончено, в орден направится новая партия, а они получат заслуженную долю добычи.

Капсула идеально поместилась в контейнер, словно недостающий кусочек мозаики, требовавшийся для завершения картины. Два татуированных с ног до головы бойца накрыли капсулу белой тряпкой, вышли, повесили на контейнер замок, и кран погрузил его на рельсы.

Вдруг за дверью станции метро послышался приглушённый грохот, постепенно перерастающий в барабанную дробь. Могло показаться, будто кто-то специально со всей силы долбит по стенам в надежде обрушить потолок на головы местных обитателей. Члены банды посмотрел на своего молчаливого коллегу, и тот достал из инвентаря наточенный мачете. Никакого огнестрела, никаких гранат. Это место стоило намного дороже его собственной жизни, и даже если в процессе пострадает хотя бы одна капсула, ему лично сначала отрежут уши, все пальцы, затем выколют глаза и только потом позволят умереть.

Он медленно направился в двери, крепко держа оружие наготове, и протянул раскрытую ладонь к продолговатой ручке. Вдруг за спиной послышались стук колёс о рельсы, и на дрезине прибыла очередная ватага Чёрной тысячи. Её возглавлял мужчина, единственный из всего отряда, кому было позволено говорить. Его так и называли — Говорящий.

Он услышал грохот раньше других, спрыгнул с дрезины, залез на платформу и недовольно нахмурился. Звук становился всё громче и приближался с внушительный и угрожающей скоростью. Остальные бойцы последовали за вожаком и по его команде заняли позиции недалеко от двери. С первого взгляда могло показаться, что они были готовы встречать незваного гостя, но на деле бандиты даже приблизительно понятия не имели, с чем им придётся столкнуться.

Двери сорвались с петель, забрав жизнь у одного Тысячника, и в проёме показался вымазанный с ног до головы в крови Черника. Он тяжело дышал, а в его левой ладони болталась голова убитого Тысячника вместе с вырванным из туловища позвоночником. Темнокожий мужчина смотрел на противника, едва сдерживая распирающую его изнутри ярость. «Убью, убью, я всех их убью!» — крутилось в его голове.

Он больше не боялся их и не дрожал осиновым листом на холодной осеннем ветру при упоминании имени злосчастной банды. Черника накрепко решил, что не позволит сестре самолично разбираться с ними в то время, как он сам стоит в сторонке и наблюдает за процессом. Нет, только не после того, что ему пришлось пережить.

Пока она вместе со Смертником занимается спасением, он, Черника, будет убивать Тысячников десятками, сотнями и, если понадобится, даже тысячами. Минута за минутой, час за часом, пока последний из уродов не окажется у его ног и не будет просить о пощаде. А до тех пор ему есть чем заняться. Есть кого убить.

Глава 15

Чем дольше ты смотришь в бездну, тем больше начинаешь замечать, что она смотрит на тебя в ответ.

Это выражение как никогда лучше описывало ситуацию, в которую мне пришлось попасть. Загадочная фигура Матери, которая взяла на себя роль местной воспитательницы, смотрела на меня сквозь единственный экран всего комплекса. С первого взгляда могло показаться, что картинка попросту зависла из-за произошедшего сбоя системы, однако всё оказалось намного мрачнее.

Если присмотреться, то можно было заметить, как вздымалась грудь отвратительно тучной женщины, нависшей над Яслями в виде мрачно-тёмного силуэта. У неё не было глаз, не было рта, лишь натянутая на лицо кожа с едва заметно выпиравшим из-под неё носом. Однако даже так я всеми фибрами души ощущал, что она наблюдала за каждым моим шагом и словно беззвучно спрашивала: «Что дальше?»

Все прожекторы, ранее освещавшие комплекс Яслей, были направлены на меня. Внезапно я стал главной звездой спектакля, фактически оставшись в одиночестве на сцене предстоящих событий. Мы вели бессловесную беседу, ощупывая друг друга не руками, а, скорее, взглядами, сканируя на наличие уязвимых мест в выстроенной защите.

В конечном счёте, у каждого они есть, и рано или поздно любая защита падёт, нужно лишь подобрать правильный инструмент. Кто-то предпочитал использовать молот и лупить до тех пор, пока не защита противника не выдержит и не превратиться в труху. Я же, в свою очередь, предпочитал более точные и резкие удары, пользуясь, скорее, скальпелем, нежели массивной кувалдой. И этим скальпелем должен стать мой Нейролинк.

Пока мы смотрели друг на друга, я запустил протокол сканирования и нащупал местную сеть. Удивительно, но на пути не встретил ни капли сопротивления — ни защитных протоколов, ничего! Дорога была широкой и вела далеко за горизонт, утопая в бесконечной системе комплекса принтера.

Я не осмелился пойти дальше не потому, что боялся, а потому, что понимал, что это вполне очевидная ловушка, выстроенная специально для тех, кто решит сунуть свой нос куда не стоит. У Матери не было личной армии, она в этом не нуждалась. Созданный ею миф, в том числе, и вокруг загадочной фигуры «воспитательницы», являлся вполне обоснованной причиной для выполнения всех её приказов.

Она заботилась о своих детях, кормила и поила, а взамен лишь требовала беспрекословного подчинения, даже если придётся добровольно идти на смерть. Дети, правда, этого не знали и действительно были уверены, что их поставят в угол, а после некоторого времени и воспитательного процесса отпустят играть с другими малышами.

Однако за двойными дверьми, которые находились от меня в нескольких сотнях метров, их поджидали торговцы детьми. Нет, я не забыл о Взросляках и их связи с Крысоловами и, когда разделаюсь с одними, обязательно займусь и ими тоже.

Внезапно прожекторы дважды моргнули и оставили меня в покое, возвращаясь к привычному освещению главных лагерей комплекса. Фигура женщины ещё некоторое время смотрела на меня, а затем из динамиков раздался резкий, высокий человеческий крик, и всё вокруг потухло. Я остался стоять в непроглядной темноте, и первая мысль была о том, что, возможно, Фи поторопилась. А уже через мгновение повсюду загорелись лампочки, и по всему комплексу прошлась облегчённая волна многочисленных голосков.

Взросляки после, пожалуй, первого убийства на их памяти всё ещё сидели в своих контейнерах и боялись даже сунуться наружу. Я был единственным, кто открыто бросил вызов Матери и загадочной воспитательнице — это явно не нравилось. Ну что же, не впервые на меня смотрят свысока и пытаются понять, откуда я взялся.

У дверей, ведущих вглубь комплекса, уже выстроились в длинную линию дети. Я насчитал порядка двух десятков мальчиков и девочек, которые, опустив головы, ждали, пока они отворятся. Над воротами горел ярко-жёлтый аварийный маяк, оповещающий, что двери вот-вот откроются. Мест, где мог бы спрятаться, было не так уж и много, да и вряд ли из-за моего присутствия процесс ловли будет прерван.

Именно по этой причине я спокойно добрался до очереди из ребятишек, которые даже в присутствии взрослого не посмели поднять голов, и приготовился к бою. Мать наверняка предупредит Крысоловов о том, что здесь их будет ждать посторонний, что даже к лучшему. Чем больше убью, тем меньше потом придётся бегать по всему комплексу и искать их нору, однако дверь всё ещё так и не открывалась.