Игорь Маревский – Проект: "Возмездие" Книга 7 (страница 26)

Приблуда тащился по улицам ОлдГейта, словно транкл, ведомый лишь одной мыслью, которая стала целью его существования. Ему хотелось вновь почувствовать себя всесильным. На улице стало шумно, особенно после того, когда к центру стянулось столько людей, что от огней факелов зарябило в глазах.

Он достал телефон, посмотрел на входящий звонок от Седьмой и молча убрал его в инвентарь. Ватага больше не была его домом, и они всё равно бы попытались его остановить, поэтому зачем тратить время попусту? Вместо этого он увидел знакомое лицо с синей повязкой на плече и, поправив ворот куртки, быстрым шагом направился к человеку.

— О, да, это будет незабываемый день! — произнёс он так, словно ждал его всю свою жизнь, а затем увидел приближающегося Приблуду и с ухмылкой спросил. — Что, решил всё же показаться? Я думал, ты в каком-нибудь сральнике выблёвываешь свои кишки. Рад что у тебя появилось желание.

— Желание есть, вот только твой товар закончился ещё сегодня утром. Давай ещё, у меня появилась омни.

Парень, передавая озлобленному человеку дробовик, улыбнулся и спросил:

— Всё, докатился? Собственную ватагу на омни вставляешь?

— Заткнись, сука, а то я тебе сейчас все зубы выбью и в задницу раскалённую кочергу засуну. Ни хрена не ты знаешь ни обо мне, ни о моей ватаге!

— Ух, как заговорил! Ну ладно, ты прав. Мне действительно нет дела до твоих отношений с ватагой. Ладно, хочешь ещё дозу? Придётся заслужить.

Приблуда поднял голову, оголяя чёрные синяки под глазами и бледную кожу, а затем зло оскалился покрывшимися красным цветом зубами и деснами и злобно процедил:

— Если ты мне сейчас предложишь у тебя отсосать, как это делали фентовые шлюхи, я тебя убью. Просто и без слов.

— Нет! — рассмеялся мужчина, передавая очередное оружие из ящика добровольцу. — Да и ты, скорее всего, не умеешь, лишь зря хороший отсос переводить. Видишь ли, я тут временно прикрыл лавочку, у нас тут мероприятие наметилось. Посмотри вокруг! Биошлак гетто, выжившие из Либертала, упыри, гандоны, подонки и всякая нечисть. Как тут не улыбаться?

— Я понял, — нетерпеливо цокнул Приблуда. — У тебя от происходящего хер стоит, мне-то с этого что? Ты будешь продавать, или мне придётся другого барыгу искать?

— Искать? Сейчас? Да сейчас каждый барыга за ствол взялся и готовится валить гончих. Не, дружище, ты меня не так понял. Товар я весь слил, но для тебя кое-что оставил, — он материлизовал пакетик с красной пылью и потряс им перед лицом Приблуды.

Глаза парня загорелись, и он спешно потянул руку, чтобы выхватить желаемое, но барыга вовремя сжал кулак и улыбнулся.

— Не дразни, сука, скажи, что хочешь?

Тут мужчина понял, что только что подсадил его на ещё один крючок. Он передал оружие добровольцу, взял следующий помповый дробовик и протянул вместе с наркотиком. Приблуда смотрел на предложенное, и по нему было видно, как внутри сражаются остатки здравого смысла и сильная зависимость.

Первая кричала ему развернуться, достать телефон и позвонить Смертнику. Да, ему будет стыдно, да, его честь опуститься до самого дна, но он будет жить. Ватага его защитит и поможет, как помогла уже однажды. Однако зависимость оказалась сильнее.

Приблуда выхватил оба предмета, высыпал порошок на ствол дробовика и прошёлся сначала одной ноздрей, а затем и второй. Наркотик ударил в голову с такой силой, что он услышал окружающие его краски. Мужчина похлопал нового члена их ударной группы по плечу, широко улыбнулся и произнёс:

— Добро пожаловать в Либертал! Справишься — у меня для тебя найдется ещё.

Глава 12

«Мегаструктура — это форма упорядоченного существования. В ней нет случайных связей, нет хаоса, нет ошибок. Только ритм, чистота и контроль.»

(Кодекс Генетика — Раздел о рациональной организации жизни)

Боевая группа:

Смертник.

Ур 42. Сила – 20. Скорость реакции – 40. Крепость тела – 21. Погружение – 20.

Седьмая.

Ур 40. Сила – 28. Скорость реакции – 44. Крепость тела – 12. Погружение – 20.

Фокс.

Ур 44. Сила – 30. Скорость реакции – 52. Крепость тела – 18. Погружение – 20.

— Сдохни, свинья! — раздался крик, сопровождаемый выстрелом из дробовика.

— Сопротивление бессмысленно. Идти против законов природы — есть нерациональность биошлака, — послышалось в ответ, после чего длинная автоматная очередь сбрила убегающую жертву.

Она, выронив оружие, упала на живот и выхаркнула первую порцию крови. Сзади послышались тяжёлые шаги мастодонтов, заключённых в броню, которую не прошибал даже выстрел из дробовика в упор. В отличие от тех, которых мне пришлось убить в квартире лавочницы, эти гибриды претерпели улучшения.

Они выглядели и казались намного больше из-за дополнительной защиты и установленных на спинах громоздких генераторов. Они противно жужжали каждый раз, когда члены отряда делали новый шаг, вырабатывая электричество на массивных перчатках и ботинках. Это уже не люди — а настоящие мутанты, сбежавшие с обложки фантастического романа.

— Пошёл на хер, свинья! Мы всё равно вас всех, сук, перебьём! Либертал! Либерта-а-а-а!..

Тяжелый ботинок, по которому проходили искры, размозжил не только голову, но и всё туловище жертвы, оставив лишь пару бесполезных ног. Мутант посмотрел на выходящего из-за угла члена отряда, в правой перчатке которого покоился вырванный вместе с черепом хребет, и передёрнул затвор винтовки.

— Мы — карающий меч Кодекса Генетика. Сопротивление приравнивается к невежеству биошлака.

Их холодный, низкий механической голос придавал существам вид безжалостных машин. Если бы лично не видел, что находится под чёрной маской и округлым шлемом, скорее всего, решил, что аппарат выпустил на охоту настоящий роботов. Однако правда была настолько прозаична, насколько и скучна. Перед нами самый обычный продукт генной инженерии ОлдГейта. Идеальная, послушная, накачанная пропагандой и чёрт пойми ещё чем машина для убийства.

— Спорим, я завалю больше, — злобно оскалилась Седьмая, наблюдая за происходящим сверху вниз. — Они мне напоминаю мясозаборников с Чёрного узла, те ещё скоты!

— Не у тебя одной есть счёты с гончими, — вполне достойно парировала Фокс. — Одна из них долго обманывала моё доверие и оказалось двуличной тварью. Так что я убью больше, чем ты.

После произошедшего накануне, эти двое решили, что всё вокруг превратилось в одно большое соревнование, а учитывая способности обеих к старому доброму насилию, не удивлён, что они и это решили превратить в гонку.

ОлдГейт окрасился кровью, как я и предполагал. По всему городу шли массовые бои, и биошлак, в основном, придерживался тактики партизанской войны. Они нападали небольшими звеньями, отрезая отряды от общей группы, и спешно отступали, пока всех не перебили. Пускай, аппарат и перевооружил своих силовиков, их количества явно не хватало на всю округу.

Уровень так называемого загрязнения общества оказался настолько высоким, что и не снилось ни одному чистокровному крючкотворцу. Биошлак продолжал вылезать со всех нор, словно набравшиеся смелости тараканы, и вооружался чем придётся. Ножи, биты, кухонные тесаки, пистолеты и оружие более серьёзного уровня.

Сбившиеся в большие группы, они шли вперёд, ведомые стадным чувством безопасности и принадлежности. Внезапно их жизни приобрели смысл, и они ощутили себя частью чего-то большего. Вслед за ними из нор повыползали выжившие из ячейки Кая. Бойцы, осознав, что это их шанс на восстановление, набирали в свои ряды всех подряд, даже подростков с воздушками в руках.

То и дело можно было заметить пробегавшего бывшего носильщика или помощника дворника со ржавым железом в руках и повязанной на плече синей повязкой. Но на этом их ряды не заканчивались. Будто этого было мало, к биошлаку присоединились сочувствующие чистокровные, от обычных офисных клерков, годами точивших зуб на бюрократичное начальство, до почуявших возможность захватить власть крупных аппаратчиков.

То, что должно было стать обычной генетической чисткой, превратилось в настоящую гражданскую войну. Биошлак явно превышал силовиков не только числом, но и тактическим превосходством, атакую одновременно со всех сторон, будто стая гиен, пытающаяся откусить от жирного льва кусок побольше. Если бы не видел, на что были способны мутанты, то подумал, что война на этом закончена. Однако аппарат сумел меня удивить.

На улицы вышли хорошо вооруженные и обученные стройные ряды военной полиции. В отличие от обычных блюстителей закона, они всю свою жизнь занимались тем, что пленили, пытали и убивали неугодных. Для этих людей кровь шла рука об руку с ежедневной бюрократической морокой, так что, когда им отдали приказ, для большинства это стало обычным рабочим днём.