Игорь Маревский – Проект: "Возмездие" Книга 6 (страница 20)

Когда преграда между нами и преследователями исчезла, они прибавили скорости, и стрелок, видимо, собирался остановить нас на полном скаку. Только идиот на такой скорости и на узкой улице, полной других автомобилей, начнёт стрелять по колесам, и, к сожалению, тут мне не повезло. Он действительно прицелился и успел даже выстрелить короткой очередью, но водителю пришлось свернуть, и та прошла по касательной. Кузов пополнился новыми пулевыми отверстиями, а я взял пистолет и несколько раз нажал на спусковой крючок.

Две пули не достигли цели, однако третья попало прямиком в шею стрелку и тот, зажав брызнувший наружу фонтан крови, попытался залезть обратно. Именно в этот момент водителю вновь пришлось вильнуть, и ублюдок вывалился наполовину из салона, где его поджидал мчащийся навстречу автобус.

Дороги ОлдГейта в очередной раз окрасились кровью гончих, а я посмотрел в окно заднего вида и прикусил губу. Надо что-то с ними делать, иначе вскоре появятся новые. До съезда во дворы осталось ещё километра два по прямой, и я, обогнув очередной транспорт, достал телефон и нажал кнопку вызова.

— Смертник, бра-а-а-а-ат, — медленно протянул малолетний предводитель явно расслабленным и опьяневшим голосом. — Мы тут празднуем и как раз о тебе говорим. Ну что, чем порадуешь?

— Заткнись и слушай, — злобно прорычал и, вильнув в сторону, добавил. — Баух со мной, но за нами хвост гончих, мы на сорок пятой улице, центральная дорога, знаешь где это?

— Баух с тобой? Ты его нашёл?

— С кем это ты говоришь? — промычал доктор, чуть не грохнувшись с сидения. — С Розалией?

— Он со мной! И если хочешь его увидеть, лучше выгоняй своих людей, и пускай они устроят где-нибудь саботаж. Желательно, недалеко от нас и в другой стороне. Мы едем по сорок пятой в сторону второго КС.

— Сорок пятая, сорок пятая… — судя по звукам, парень хлопал себя по щекам. — Да, сорок пятая! У нас там есть отряд наблюдателей, но если их использовать, то недели внедрения пройдут зря. Чёрт, Смертник, он мне нужен живой и невредимый, ты меня понял? Будет тебе саботаж!

Я молча положил телефон и вернулся к вождению. Маневрировать в плотном движении становилось всё тяжелее, а впереди нас ожидала широкая развилка. Нет, придётся сворачивать раньше и оставлять машину, иначе далеко не уедем. Подтверждением стала длинная очередь откуда-то сзади, и над головой пронеслись боевые дроны.

Ну же, Кай, где твой саботаж, твою мать? Я пригнулся от очередной порции свинца в затылок, и вдруг где-то позади раздался мощный хлопок. Ударная волна добралась и до нас, а мне показалось, что парень слегка переборщил. Тем не менее, это даст нам окошко и направит гончих по ложному следу. Осталось только разделаться с этими и не дать им уйти. Таким образом я сниму с себя подозрения и всё свалю на их маленькую террористическую группку.

Заметил достаточно широкую аллею, в которой можно скрыться, и резко свернул на неё. Колёса автомобиля засвистели, и седан, не предназначенный для таких виражей, залетел в проход между двумя домами. Мне удалось сохранить управление, и я полностью сосредоточился на дороге, стараясь никого не сбить. Жители отпрыгивали в стороны, прижимая к себе пакеты, коробки и личные пожитки.

Если верить карте, а причин не доверять ей у меня не было, через несколько сотен метров будет довольно уютный, а главное, тихий тупичок. Гончие могут гнаться за мной хоть весь день, и рано или поздно мне придётся с ними столкнуться лицом к лицу. Уж лучше рано, чем поздно. Заметил стоявшие у обочины наставленные друг на друга ящики, перетянутые цепью, и на полном ходу рубанул по ней клинком. Это на время их задержит и даст мне возможность подготовиться.

Тупичок оказался вполне просторным и способным вместить наши машины. Часть выходящих туда окон закрыта металлическими листами, а те, кто ещё проживал в этом здании, явно не дружили с военной полицией. Я остановил машину возле подъезда, силком затащил туда Бауха и быстро осмотрелся. Можно забраться на второй этаж пустого здания и устроить им оттуда засаду.

Добытый у старушки дробовик как раз пригодится в этом сценарии, поэтому, не раздумывая, я запрыгнул на козырёк подъезда, подтянулся, забрался внутрь и затих. Снаружи послышался рёв двигателей, в то время как я снаряжал дробовик и внимательно слушал. Хлопок двери, за ним ещё несколько. Всего четыре, значит, их около полу-десятка, включая моего знакомого.

Я вставил последний патрон, передёрнул затвор и медленно выдохнул. Минимум пять целей, вооруженные и прокачанные, с моей же стороны — эффект неожиданности. Они, скорее всего, подумают, что я забежал в подъезд, в который специально открыл дверь, но ничего, кроме смерти, они там не найдут. Я досчитал до трёх, достал гранату, украденную из арсенала гончих и, выглянув, бросил.

Успел заметить троих у дверного проема подъезда, а ещё трое дежурили у машины. Жаль, но офицер остался сидеть в машине, поэтому у него будут все шансы выжить. За последовавшим хлопком гранаты я швырнул ещё одну и открыл огонь по машине. Выстрел за выстрелом, пустые гильзы вылетали наружу, и пока гончие не очухались, я сорвался с места, на ходу вбивая патроны в магазин дробовика.

— Сверху! Он… — раздался второй хлопок. — Чёрт, он сверху!

Я зарядил дробовик и спрятался за стеной, когда застрекотала первая очередь. Ублюдки открыли ответный огонь, но мне удалось насчитать всего два действующих автомата. Остальные были или мертвы, или лишились конечностей и не могли атаковать. Я дождался, пока их бойки сухо застучат, и, выглянув, открыл огонь. Затяжной битвы, как бы хотелось гончим, у нас не получится. Человек в форме храбро принял выстрел на грудь, но не вынес неимоверной тяжести бытия и дроби и повалился на спину.

В ту же секунду моё оружие дало понять, что боезапас иссяк, и, убрав его в инвентарь, я воспользовался клинками. Старый знакомый офицер к тому времени уже успел вставить новый магазин и приготовился к стрельбе. Я приземлился на асфальт и вместо того, чтобы бежать прямиком на выстрелы, засеменил по дуге, по пути бросив в противника армейский нож.

Он попал прямиком в винтовку, и тот едва не выронил её из рук. Этого оказалось достаточно, чтобы мне удалось приблизиться и, не сбавляя скорости, вонзить оба клинка ему в грудь. Мужчина смотрел на меня глазами, полными ужаса, а изо рта выстрелил кровавый фонтанчик. Я злобно оскалился, проворачивая сталь и доставляя ему предсмертные муки.

Что, скотина, с другой стороны стола не так приятно сидится?

Он скривился в гримасе агонии, а когда я надавил сильнее, человек испустил последнее дыхание и вернулся в принтер.

Кровь, слишком много крови и оторванных конечностей. Только что, всего меньше чем за минуту, мне пришлось убить шесть человек, принадлежавших к специальному отделу военной полиции. Этот факт не должен вскрыться ни при каких обстоятельствах, а значит, придётся немного прибраться и инсценировать криминальную разборку.

Из подъезда выглянул Баух, которому, судя по внешнему виду, стало уже немного лучше. Мужчина осмотрел поле битвы, увидел меня с окровавленными клинками и едва сумел сдержать рвоту.

— Не стой там, иди сюда и помоги. Найди в машине шланг для бензина и слей всё в канистру.

— В моей машине такой есть, и я так полагаю, она мне больше не пригодится? — поинтересовался Баух, хоть и сам прекрасно знал ответ на этот вопрос.

Я молча кивнул и принялся раскладывать трупы по машинам. Всё должно выглядеть как кровавая расправа, причём жестокая. Пришлось отрезать несколько рук для верности и разложить их, словно это работа показушного и больного ублюдка. Пускай думают на банду Кая, так всем будет проще.

Когда мы наконец закончили, я вытер руки об одежду трупа, отошел на безопасное расстояние и коротко выдохнул. А как хорошо всё начиналось. Мы летели на ВР-1, полные энтузиазма и новых надежд, а когда увидели целый город, аж сердце замерло на мгновение. Чистый, красивый, никаких варваров, торговых кланов и боевых ежей — ничего подобного. Однако в конечном счёте все пришло к одному и тому же.

Я выбил искру клинками, проводил огонёк взглядом, а когда он добрался до автомобилей, то приподнял ворот куртки, засунул руки в карманы и пошёл отсюда прочь.

Глава 10

Баух сидел на стуле в гостиной Фокс и крепко сжимал обеими руками чашку с горячим чаем. Он смотрел на восходящий от жидкости пар уже какое-то время и старался не уснуть. После его опиоидного захода наступила вполне естественная абстиненция. Он сказал, что мало чего помнил о том, что происходило на пути сюда, и старался об этом не думать. Я сначала подумал, что его опоила ныне покойная Розалия, но доктор отчаянно признался, что принятый им наркотик — дело его собственных рук.

Причём до этого никогда подобным не занимался и просто хотел расслабиться и отправиться в другой мир. Фигурально выражаясь. Эта не была попытка самоубийства, скорее наоборот — он хотел жить, только не в этом мире и в не этом теле, которое теперь ненавидел всеми фибрами своей души.

Я позволил ему принять душ, закинуться фармакологией, чтобы облегчить похмелье и даже заварил ему чай из пакетика с пылью. Однако время постепенно подходило к концу, как и моё терпение. Я не собирался выступать в качестве психотерапевта, как покойная шлюха, да и Кай уже трижды звонил, требуя ответов. Хватит, пора платить информацией за спасенную жизнь.