Игорь Маревский – Проект: "Возмездие" Книга 4 (страница 18)

Неужели моя теория настолько напугала? Вроде ничего такого не сказал, однако взгляд девушки говорил больше, чем её слова. Всё же от Седьмой она отличалась кардинально. Если та, скрывая в себе маленькую девочку, предпочитала вести себя ярко, вызывающе и не стеснялась в выражениях, то Элли открыто носила своё истинное лицо. Зажатая, неуверенная в себе, постоянно в поисках защиты и покровительства. Чёрт, да такой нет места на Рубежах.

Я решил всё же с ней быть помягче и, положив ладонь на плечо, ответил:

— Да это так, мысли вслух, не принимай их близко к сердцу. Приблуда услышал то, что ему хотелось услышать. Иначе он бы не заткнулся, сама понимаешь.

Элли кивнула, а затем сложила руки так, будто обнимала саму себя и, слегка понизив голос, произнесла:

— Просто… Нет, знаешь, лучше не надо. Не будем об этом говорить.

Так, вот это уже серьёзно. Пришлось остановиться, повернуть её к себе и насторожено спросить:

— В чём дело? Можешь говорить прямо, здесь никто не слышит.

Она посмотрела на меня фиалковыми глазами и отвела взгляд прочь.

— Просто… После того как ты меня спас, мне постоянно снится один и тот же сон. Словно под кожей бегают множество насекомых, а в конце они вырываются роем из груди.

Я коснулся щеки девушки, повернул голову к себе, и она, словно ребёнок в поисках защиты и спокойствия, смотрела на меня чистыми глазами, впитываю каждую крупицу моих слов.

— Это всего лишь сон, Элли. За последнее время тебе пришлось многое пережить, и честно говоря, не удивлён, что тебе такое снится. Сны пройдут, можешь даже не переживать. Первое время на ВР-3 мне постоянно снился один и тот же сон. Я выбегаю из принтера, бегу со всех ног, а за мной гонится чёрная, как ночь, тень. Рано или поздно она меня всё равно настигала и утаскивала обратно в стены холодного комплекса. Просыпался в поту, тратя драгоценную воду Третьего рубежа. А потом приноровился, вошёл во вкус, и как-то само прошло. Теперь сплю сном младенца. Приблуда и Трев не дадут соврать.

Кажется, помогло. Элли улыбнулась и заглянула мне в глаза.

— Каково было на ВР-3? Я спросила Приблуду, но он привычно отшутился. Трев задумчиво сказал, что история долгая, и он сам мало чего помнит. Он правда несколько месяцев пролежал в гробу?

Элли хочет всё это знать? Хм, история действительно долгая, и с чего бы начать? Рассказать ей всё? Она явно этого хочет, но Приблуда прав. Двумя словами здесь не обойдёшься. Начать с рабских дней? Рассказать о Некре? Раскрыть своё настоящее имя?

Вдруг из прохода, ведущего вниз, вышел молодой паренёк с серебристыми волосами, заметно откашливаясь. Он стянул с лица защитную маску и устроился у стены. Пришлось громко покашлять, пока тот не успел расстегнуть штаны и приступить к делу.

— Ах тыж б… — Мелкий пронзительно завизжал, а затем, развернувшись, схватился за промежность и быстро протараторил. — Босс! Процесс идёт! Всё хорошо…— он посмотрел на улыбающуюся Элли, перевёл взгляд на меня, а затем добавил. — Из-из-извините, мне тут отойти надо.

Он забежал в неразработанный туннель с такой скоростью, будто за ним всё ещё гнались уродливые монстры. Кажется, это развеселило Элли, и она забыла о своём вопросе. Отлично, значит, перенесём разговор на другой день. Я проводил Мелкого взглядом, и мы спустились в сердце шахты.

Работа шла полным ходом. Ватаги Ваныча вкалывали под чутким надзором старика, который сидел на сглаженном камне и полной грудью дышал поднявшейся пылью. Его лицо не выражало ничего, кроме завидного счастья, и кажется, старик наслаждался каждой секундой процесса. Оставил его переживать свои лучшие моменты и обратил внимание на то, как шёл процесс добычи.

У жилы трудились сразу несколько человек, добывая драгоценную руду крепкими кирками. В том числе и женщины. Обычно их редко можно увидеть в качестве работников настолько тяжёлого физического труда, но характеристики системы всех уравняли. Они не хуже мужчин выбивали крупные куски ресурса и через мгновение убирали в инвентарь. Прокачанная сила и крепость тела позволяла рудокопам выполнять за часы ту работу, на которую бы уходили недели, а то и месяцы.

Краем глаза я заметил, что банк ватаги практически был забит драгоценной рудой, и мысленно похлопал по плечу внутреннего хапугу. Радуйся, маленький ты ублюдок, сегодня явно твой день. Он в ответ радостно хрюкнул и продолжил считать каждый килограмм.

— Пришёл проведать нас, Смертник? — спросил Ваныч, когда один из рудокопов, утерев со лба пот, указал на меня массивной киркой.

— Можно и так сказать. Посмотреть, всё ли в порядке, как идёт процесс. Трупы все вынесли и сожгли, но с запахом уж прости. Что тут происходило, тебе лучше не знать.

Ваныч ухмыльнулся, вытер со лба пот, и, опираясь о древко кирки, ответил:

— Нам не привыкать, и не в такой дыре работали. А запахи? Настоящий рудокоп чует только запах жилы — всё остальное побоку. Думаю, ещё часика два — и справимся. Твой банк мы почти заполнили, сейчас приступим к добыче нашей платы. Ты ведь пришёл не для того, чтобы изменить условия нашего договора?

Я сначала не понял, о чём он говорил, а затем спешно покачал головой и, фыркнув, ответил:

— Нет, конечно. Уговор в силе. Уносите с собой столько, сколько успеет добыть. Но советую поспешить, мало ли что-нибудь изменится. Лучше, как можно скорее покинуть шахту и вернуться на ВР.

Ваныч согласно кивнул, натянул обратно маску и приступил к работе. Кажется, здесь всё в порядке, и лучше не отвлекать их от дела. Кивнул Элли, и мы направились в сторону подъёма. Когда наконец дошли до выхода из шахты, она на мгновение коснулась кончиков моих пальцев и едва слышно прошептала:

— Спасибо за наш разговор, мне стало намного легче.

Да пожалуйста. Ответить я, правда, не успел, так как она спешно вернулась к костру и уселась на своё место. Седьмая с интересом выглядывала, крутя меж пальцев метательный нож, и жевала питательную пасту.

— В общем, Смертник ему тогда так в рыло дал, что упырь, подавившись зубами, покатился с лестницы кубарем.

Услышав своё имя, я сначала не понял, то ли спрашивать, то ли лучше промолчать, и сел на поваленный на землю кусок металла рядом с костром.

— Приблуда рассказывает, как мы бывшую ватагу Элли отделали, — пояснила Седьмая и предложила немного пасты.

Жестом отказался и спросил:

— Всё тихо?

— Да вроде, — пожала плечами Седьмая. — Прикорнуть хочешь?

Я заразно зевнул и устало потёр переносицу.

— Выключусь минут на двадцать, если Приблуда начнёт буянить — толкни.

Она кивнула, похлопала себя по ногам, предлагая устроиться поудобнее. Я лёг на спину, положил голову ей на бёдра и моментально уснул.

***

Говорят, в фазе быстрого сна, мозг обычно решает самые насущные проблемы и выдаёт гениальные решения. За последние несколько дней я настолько вымотался, что вместо овечек считал ежей. Разум выделил предстоящее состязание как главную цель и вырисовывал для меня яркие картины.

Вот Мышь выходит на арену. Вокруг толпы кровожадных людей. Он, как обычно, смотрит на них, по-идиотски разинув пасть, и машет рукой. Понимаю, что это всего лишь сон, но ему обязательно вести себя настолько глупо? Я попытался промотать вперёд и приступил сразу к горячему.

Против него вышел боевой ёж клана. Здоровый, скотина, откормленный, железа больше, чем плоти. Настоящий Джаггернаут. Мышь смотрит на него из-под своей маски и бездумно пускает слюни. Толпа ревёт, требует зрелищ и оторванных конечностей. Ёж врага начинает первым. Он быстро добирается и наносит крепкий, размашистый удар. Мышь пригнулся.

Тогда противник, сложив обе руки в замок, пытается атаковать сверху. Мышь продолжает смотреть на врага, пуская слюни, но всё же избегает повреждений. Отпрыгивает в сторону, и его мокрый язык смачно хлопает по ониксовой маске. Ну же, кусок ты суетливого раба! Бей в ответ! Используй когти, выпусти ему кишки!

Заметил, что Мышь вышел без апгрейда. Сон всё больше начинал походить на кошмар. Вражеский ёж атаковал вновь, в этот раз воспользовавшись прикреплённым к левой руке наточенным куском металла. Лезвие просвистело у головы Мыши, разрезая цифру семь напополам, и оставило первую царапину.

Кажется, ему не понравилось. Мышь пригнулся и, сжав ладонь в кулак, ударил врага в область печени, а затем нанёс крепкий апперкот. Когда это он научился боксировать? Неужели у меня насмотрелся, или разум проецирует мой стиль боя на него?

Картинка начала размываться и терять резкость.

Попытался навестись обратно, вспомнить, на каком моменте остановилась драка, и всё пошло к чертям. Кадры скакали, менялись. В один момент Мышь лежал лицом на земле, подыхая в луже собственной же крови. В другой он рвал вражеского ежа на части и довольно облизывал пальцы.

Таким образом, подсознание пыталось мне сказать, что я не уверен в его победе? Ни капли не сомневаюсь в работе Элли, но чёрт, не рановато ли я собираюсь выпустить его на бой? Ведь против него выставят опытных боевых ежей. Как бы так сделать, чтобы передать ему весь мой опыт в кратчайшие сроки? Это вообще возможно?

Мозг наконец начал заниматься тем, чем и должен был, а именно, выискивать решение проблемы. Санктуум? Время там не замедлялось. Потренировать в реальном мире? Хм, всё чушь! Ничего не подходит. Им… им… имплант! Точно! Мышь — ёж, как бы двузначно ни прозвучало, а значит, у него в башке должно быть какое-то устройство. Если, конечно, станция по созданию успела ему такой установить. У него есть матричный и поведенческий импринт. Можно поработать с ним.