Игорь Маревский – Проект: "Возмездие" Книга 3 (страница 14)

Парень, осознав, что теряет не только свою репутацию, но и ставит под удар репутацию клана, нервно ухмыльнулся и махнул рукой.

Из толпы выбежало полдюжины наёмников, заняв места поверженных ежей. Питательная паста пока ещё действовала и наделила меня частью энергии, но даже у неё имелся свой предел. Горячка битвы постепенно покидала моё тело, а мышцы, наливаясь кровью, превращались в свинцовые. Последние несколько дней я практически не спал, а с прошлой битвы отдохнул от силы два часа.

— Ссыкун! — разразилась Седьмая, указывая клинком на Вицерона. — Всегда им был и всегда останешься!

Толпа разразилась неодобрительным свистом. Кто-то кричал протяжное «Бу-у-у», кто-то показывал неприличные жесты, указывая на половые органы, сложив ладони в форме ромба. Все они были направлены на того, кто ещё совсем недавно ощущал себя господином. Теперь он, словно испуганной оленёнок, вертел головой по сторонам, не понимая, как до такого дошло, и пытался понять, что ему делать дальше.

Глашатай постарался успокоить толпу и как-то разрядить ситуацию, но оказалось слишком поздно. Наёмники разом атаковали, и резня пошла по кругу. Я схватил за плечо Седьмую, одёрнув её назад, и указал на бойцов. Девушка недовольно фыркнула, посмотрев на меня, согласно кивнула и перехватила короткий меч.

Я насчитал восемь бойцов, все наёмники, у всех на правом предплечьи ленточка с изображением торгового клана. Паскуда, будет тяжело. Мысленно зачерпнул ещё немножко энергии, попросив тело продержаться подольше, выдохнул, успокоил разум и прогнал тревогу. Не время и не место.

На меня одновременно с трёх сторон напало сразу пятеро. Если попытаюсь сосредоточиться хотя бы на одном — это верная смерть, тогда как поступить? В голове родился небольшой план, который больше походил на детскую игру, но в бою все средства хороши.

Вместо того, чтобы атаковать, обнаружил небольшую брешь в их хаотичном строю и, выждав подходящий момент, кувырком нырнул. За спиной остались все пятеро, и притворившись, что пытаюсь от них сбежать, я со всех ног рванул к Седьмой. Девушке повезло куда больше, и она старалась выстоять против троих, однако даже ей приходилось несладко.

Заметила моё приближение, и прежде чем наёмники сумели прочитать это в её взгляде, я на полном ходу вонзил клинок в спину врага, а затем переключился на другого. Кажется, Седьмая поняла, чего я пытался добиться. Девушка быстро расправилась с оставшимся противником, сначала мечом перебив тому ногу, а затем, после очередного синего пламени у ступни, снесла врагу голову, как поставленное на стол яблоко.

Даже несмотря на то, что их осталось шестеро, чаша весов битвы всё равно не в нашу сторону. В отличие от ежей, наёмники действовали аккуратно и старались не бросаться бездумно в бой, как их предшественники. К тому же у каждого можно было насчитать парочку имплантов, которые на голову превосходили те же самые ржавые мачете Кровников.

Осознание этого факта поселило широкую улыбку на лице Вицерона, улыбку, которую Седьмая хотела бы смыть. Он даже позволил себе несколько шагов в сторону ристалища под громогласные крики толпы о бесчестии и неравенстве. Они продолжали кричать, показывать неприличные жесты, и среди всего хаоса я смог расслышать несколько слов.

— Может, ещё весь клан подтянешь против двоих?

— Фу! Против девки зассал! А ещё отпрыском Лотосов себя называешь.

— Позор!

— Валите их! Убейте их всех! Всех! А-а-а-а-а!

Я резко развернулся и в последний момент успел заблокировать удар меча, как внезапно возле моей ноги в землю с глухим звуком вонзилось то, чего я явно не ожидал. Стрела! Причём не какая-нибудь деревянная, выточенная уличными мальчишками, а хорошая, крепкая, из углепластика. Через мгновение у правого уха просвистела ещё одна, и, оттолкнув противника назад, рубанул наотмашь и заметил источник. Седьмая повалила на спину наемника, у которого к правой руке был прикреплён боевой имплант, и со всей яростью лупила мечом в грудь.

Вдруг из толпы выбежал Приблуда, не в силах больше наблюдать за битвой, и крепким ударом саданул кулаком наёмнику в челюсть. Вот и запахло жареным мясом. По телу врага пробежали искорки, и он, дёргаясь в конвульсиях, помер, а затем Мышь повалил его на землю и тяжёлым ударом металлической ноги размозжил тому череп.

Даже Трев, который ещё недостаточно восстановился, схватил упавший на сырую землю короткий меч и бросился в атаку.

Толпа взорвалась!

Люди, привыкшие к обычной пятиминутной казни, от количества крови и внезапной победы тёмных лошадок принялись бросать на арену всё, что под руку попадёт. Они, не в силах сдерживать бурлящие эмоции, прыгали, скакали, обнимались и рвали глотки.

Вот это мы звучно о себе заявили! Теперь осталось посмотреть, к чему всё это приведёт. Попавшие в тиски наёмники попытались сгруппироваться, а под весь этот хаос Вицерон, оставив глашатая разбираться с ситуацией, тактически скрылся.

— На, сука! — яростно завопил Приблуда. — Что? Когда силы равны, не так весело?

— Смертни-и-и-и-к, — промычал Мышь, развернувшись спиной и насадив отпихнутого Седьмой наёмника на острые иглы.

Битва закончилась быстро. Мы всего за несколько секунд разделались со всеми наёмниками и остались стоять посреди горы трупов. Глашатай, наконец отыскав толику храбрости, понял, что толпу может остановить лишь одно. Стараясь не ступать на всё ещё тёплые тела, он подошёл, двумя пальцами брезгливо взял меня за окровавленную ладонь и поднял вверх.

Не знаю, что именно мы выиграли и каковы будут последствия конфронтации с синеволосым, но одно ясно наверняка. Сегодня наша ватага не только громогласно заявила о себе, но и выиграла частичку любви местных ВР-2.

Ну что же, начало положено.

Надеюсь, ничего плохо не произойдёт…

Глава 7

— И вот за это я проливал кровь?

Трев поморщился, вновь ощутив, что его попросту развели и сумели подсадить на крючок, пообещав весьма туманную награду. После битвы, во многом благодаря толпе, глашатаю пришлось признать нашу победу и, как полагается, вручить награду, а именно «блок». Блоком на ВР-2 обычно называли квадратный кусок бетона, разделённый на несколько помещений, в которых ютились люди.

Он мог быть высотой в несколько этажей или едва возвышаться над землёй, оставляя лишь место для воображения. Тем самым, до тех пор, пока не увидишь здание воочию, так и не узнаешь, что стояло на кону. Не знаю, чего я ожидал и ещё тогда по глазам ублюдка должен был всё понять, но путь привёл нас в один из самых бедных районов всего ВР-2.

Большинство бы подумало, что он находится на окраине, у самой стены, где собираются все крысы, а по ночам пьянчуги яростно гадят по углам, но нет. На окраинах, отделённые от основного муравейника, находились частные блоки кланов. Хотя использовать это слово язык не поворачивался. Скорей, частные имения с прилегающими зонами.

Дело в том, что делить с остальными одну землю, и уж тем более воздух, для них считалось проявлением отсутствия вкуса и класса. На самом же деле ублюдки попросту брезговали общением с низшим сословием общества ВР-2.

Да и пёс с ними.

Блок моей ватаги находился чуть ли не в центре, если быть точнее, в самой его юго-восточной части. Здания в сердце ВР-2 были выстроены по кругу, с широкими улицами между слоями, образуя несколько густонаселённых колец. Все они обычно делились на торговые зоны, строго разграниченные между собой. В одних можно неплохо пообедать, в других закупиться хромом, а в последних хорошо провести время.

В нашем уголке можно было получить только заточкой под ребро или подхватить сифилис от местных шлюх. Когда глашатай говорил о награде, официально вписывая моё имя как лидера ватаги в качестве владельца, ещё тогда заметил в его глазах лёгкую издёвку. Списал тогда её на обычную усталость, но теперь всё стало понятно.

Десяток небольших блоков с сомнительными торговцами, больным мясником, который торговал железом хуже, чем на ВР-3, толстые и пьяные шлюхи, едва стоявшие на ногах, и куча расписных граффити во всю стену.

Наш блок, по словам местных, с которыми я успел перекинуться парочкой слов, в своё время ушёл под землю, и теперь снаружи осталась только крыша с единственной дверью, установленной на раме широкого окна.

— Ты просто не видишь перспектив! — спешно принялся оправдываться Трев, пытаясь отыскать хоть что-нибудь, что можно преподнести как победу. — Первый день на ВР-2, а у нас уже собственный угол! И вообще, мы ведь внутри не были.

— Если под паразитами, этот старый имел в виду гигантских тараканов, то я лучше буду спать на улице, — поморщился Приблуда. — Слушай, Смертник, раз Треву, при всей его «конструкторской» персоне, не хватает ума просто извиниться, то давай я скажу за него.

— Не надо, — коротко прошипел сквозь стиснутые зубы. — Башка болит.

— Ну тогда пошли посмотрим, что нас ждёт внутри? — предложил Трев и, почесав затылок, поинтересовался. — Кстати, Седьмую точно надо было так отпускать? Она ведь тоже сражалась, так что, в теории, часть блока её.

— Она сама сказала, что ей этого не надо. Пускай идёт, бегать не станем. Тем более она теперь знает, где нас можно найти. Ладно, пошли внутрь, пока у меня голова не развалилась на тысячи осколков.