Среди нападавших Дьякона не было, но был один из его лейтенантов, которого слушались бойцы и выполняли все приказы без колебаний. В тот момент Сервоголовому пришло на ум старое выражение: «Бей по голове, остальное само отвалится». Кровники, конечно, не побегут, поджав хвост, но хотя бы замешкаются.
Сервоголовый блокировал удар сразу двух наёмников. Первый приняла на себя его огромная дубина, закрыв тело словно щитом, а атаку второго он поймал голой рукой и, сжав ладонь, согнул мачете как лист бумаги. По запястью потекла кровь, но это не остановило разъярённого бригадира. Он мощным пинком отправил наёмника в полёт, параллельно сломав ему грудную клетку и фактически лишив жизни, а затем взмахнул дубиной так, что противника буквально разорвало на части.
До Раба ему оставалось совсем немного, и вражеский лидер заметил приближение главного противника. Взгляд Кровника резко изменился, когда он заметил, что ему, в свою очередь, выпал шанс обезглавить вражескую бригаду и убить Сервоголового. После этого Дьякон точно назначит его смотрящим за новым завоёванным районом, а это значит бесконечные рабы, шлюхи и всё что он пожелает. Каждый, кто обитает в этом месте, будет выполнять все его прихоти или умрёт.
От этой мысли кровавая улыбка Раба превратилась в маниакальный оскал. Он буквально ощущал кровь Сервоголового на кончике своего языка. Горячая, с металлическим привкусом и чертовски сладкая. Сладкая как мёд. Наёмник рубанул зазубренным топором по черепу противника, превратив его в кровавое месиво, задрал голову и прокричал:
— Смотри на меня! Смотри на меня, мать! Я исполню твой приказ! Я верну порядок и избегу очищения!
Массивная дубина едва не размозжила череп Раба, пока он в религиозном экстазе орал в небеса. Наёмник вовремя отпрыгнул назад и, взмахнув левой рукой так, что аж захрустел плечевой сустав, нагнулся и выстрелил. Его конечность, которая с виду казалось совершенно обычной, на самом деле являлась имплантом.
Кисть согнулась под неестественным углом, и из запястья показалось множество мелких игл. Они выстрелили все разом и большинство из них достигли цели. Сервоголовый даже не почувствовал боли, лишь мелкие комариные укусы, и не обращая внимания, воспользовался своим главным оружием.
Он взмахнул дубиной, по толстым шипам которой забегало электричество и словно разъярённый буйвол рванул в бой. Раб с лёгкостью парировал весьма очевидную атаку и, ловко запрыгнув на плечи сражающегося рядом соратника, отскочил от него и ударил топором в голову.
Маниакальная улыбка на лице Раба растянулась ещё шире, когда он заметил, что острые зубья его оружия достигли цели, однако праздновать слишком рано. Сервоголовый не зря носил такое прозвище и, с лёгкостью выдержав атаку, ударил наёмника кулаком слева по рёбрам. Раб отлетел на несколько метров и сплюнул кровавую юшку.
Рваная рана на макушке главы бригады оголила металлическую пластину, на которой не осталось и борозды. Как смотрящий за целым районом, он конечно же был одним из самых старых, самых прокаченных наёмников и потратил немало времени, чтобы накачать своё тело самым лучшим хромом, доступным на ВР-3.
Раб вытер выступившую изо рта кровь и вовремя успел выставить перед собой топор. Он рассыпался как стеклянный под напором озверевшего буйвола и его дубины. Кровник оказался без защиты, и всё, что ему оставалось – это избегать смертельных атак, каждая из которых потенциально могла стать для него последней.
Сервоголовый бил, топтал, орудовал дубиной, но противник был слишком быстр. Правда, через несколько секунд он наконец понял, что не Раб превышает его в скорости, а его собственная стала намного медленнее. Интерфейс выдал отчёт, что в кровь попал несмертельный токсин, действующий на нервную систему.
В этот момент у Кровника появился шанс и, оттолкнувшись от земли, он швырнул соратника прямиком в лапы противника, материализовал в руках нож и наметился в сторону бедренной артерии. Пускай скелет человека и имел металлические импланты, однако в его венах всё ещё бурлила обычная красная кровь.
Сервоголовый с лёгкостью поймал Кровника, сломал ему шею одной рукой и отбросил в сторону. Раб, словно змея, нырнул ему в ноги и ударил ножом в область паха, а когда фонтаном хлынула кровь, жадно улыбнулся. Он прекрасно понимал, что на этом его жизнь скорее всего закончится. На таком расстоянии, с одним ножом в руках, против главы бригады? Шанс, конечно, есть, но он катастрофически мал.
Сервоголовый не оставил подобную выходку без внимания. Он выбил нож из руки Кровника, поймал его за шею и поднял на уровень глаз.
— Это ничего не изменит, — прохрипел тот, заметно краснея лицом. — Ты умрёшь в собственной крови, а Дьякон заберёт твои владения. Убей меня – и я вернусь в объятья матери и вновь воскресну в лоне принтера, а ты… Ты…
Он не успел договорить, так как Сервоголовому напрочь надоела вся эта брехня про священную миссию и единение системы. Мужчина отбросил труп Раба, как кусок бесполезного мяса и, заметив хлещущую кровь, слегка пошатнулся на месте и продолжил сражаться.
***
Глава 12
Время до запуска протокола очищения: 51ч 25м.
— А-а, аргх, да сдохни уже!
Приблуда, придавив левым коленом грудь Кровника, колотил того по черепу железной арматурой. Наёмник отдал системе душу ещё пару секунд назад, но напарник не сдавался и продолжал бить до тех пор, пока от лица человека не превратилось в кровавый фарш.
На подходе к башне мы всё же нарвались на особо любопытных людей Дьякона. На самом деле они попросту хотели вытряхнуть наши карманы и поживиться путём старого доброго мародёрства. Это и стало их главной ошибкой. Удивительно, но в этот раз Приблуда атаковал первым, словно ещё издали почуял, что впереди нас ждут неприятности.
Я, конечно, успел убить одного, но с остальными двумя он разделался фактически самостоятельно. Первый, проглотив кадык от одного удара в гортань, упал на землю, а второй, попятившись назад от неожиданности, споткнулся о бетонный блок и напоролся на железную арматуру. Именно ею Приблуда добивал бедолагу с пробитым горлом, пока другой стремительно истекал кровью.
— Сукины дети! — выругался тот, бросая окровавленную арматуру и вставая на ноги. — Ничему их жизнь не учит!
Я молча с удивлением наблюдал, как парень вытер руки об одежду трупа, подошёл ко второму, пнул его ботинком по рёбрам и, не получив ответа, мрачно сплюнул. Он присел на корточки и, положив ладонь на грудь убитого, замолчал. Ясно, значит, проверял содержимое инвентаря, молодец, Приблуда, растёт!
— Неудачники, драть их в жопу! — выругался парень, резко встав на ноги и трижды саданув трупу по рёбрам. — Даже взять нечего. Шесть кибы у первого, три у второго. — вдруг он повернулся и спросил: — Надо?
Я, всё ещё с интересом наблюдая за парнем, покачал головой.
— Оставь себе, они твои. Слушай, ты как вообще?
Приблуда замолчал. Его губы едва заметно тряслись, мышцы лица слегка подрагивали, словно от лёгкого обезвоживания, а сбитые в кровь руки сжались в кулаки. Так выглядит человек на грани нервного срыва, и, кажется, бомба с названием «Приблуда» вот-вот готова рвануть.
Вдруг парень ещё раз пнул тело Кровника и прокричал во весь голос:
— Как? Как я?! Хреново я, Смертник! Вокруг происходит какая-то хрень! Наёмники убивают друг друга, система впервые за всю историю дала добро на резню! Людей заживо сжигают, снимают кожу, держат в тёмных подвалах в качестве мясных зомби, а над головой ещё нависли часы судного дня! Будто этого мало, мы идём в самое сердце Кровников за твоей бум-сивухой! Вдвоём! Вдвоём, сука! Так что отвечаю на твой вопрос, Смертник: нет, я вообще никак!
Кажется, выплеснув эмоции, ему заметно полегчало. Приблуда часто дышал как собака и яростно смотрел на труп Кровника, подумывая, пнуть ли его ещё раз или бросить гнить на солнце. Дал ему минуту, чтобы прийти в себя, даже несмотря на то, что часики продолжали тикать, а затем он закрыл глаза и, медленно выдохнув, произнёс:
— Ладно, пошли дальше, мы почти у цели.
Неплохо бы, конечно, подойти, по-дружески хлопнуть по плечу, успокоить как-то мудрым советом, но я решил этого не делать. Приблуда только с первого взгляда казался обычной серой посредственностью, однако под тяжёлыми и суровыми испытаниями его характер наконец стал обретать очертания. Не знаю, как далеко он зайдёт в строительстве собственного внутреннего стержня, но пока вроде справляется.
К тому же нутро подсказывало, что впереди нас будет ждать множество испытаний. Дорога до Города-Кокона пролегала через неизвестные мне земли, которые могут быть — и обязательно будут — полны опасностей. Именно по этим причинам нынешняя версия Приблуды, как и моя, нас не устраивала.
Трупы оставили лежать как есть, к тому же кругом и так столько тел, что дополнительная пара не будет выделяться на общем фоне. Вообще аура постоянно витающей смерти всего за какие-то два дня стала чем-то обыденным. То и дело на каждом шагу смердело мертвечиной, а тела больше не растаскивали по разделочным станциям.
