Игорь Марченко – Тёмная планета (страница 15)

– Я видел подобные даэдрические символы как на этом охранном камне…

Видя, как Кон собирается сердито прикрикнуть на ратника, я остановил его жестом руки.

– Подожди. Мне интересно, где простой воин мог видеть запретные письмена.

– Много дождей назад наш отряд сражался на юге Великих прерий с пришлыми племенами манса с высокогорного плато Айлуна, – понизив голос, начал рассказ ратник. – Была страшная кровопролитная сеча, длившаяся несколько лун. Немногочисленные выжившие отступили к безымянным руинам, сделанным целиком из небесного металла. Мне никогда прежде не доводилось видеть столь диковинные постройки, и тех чудес, что мы насмотрелись, хватит не на один день рассказа, но мы не сразу поняли, отчего нас больше не преследуют мансы. Невидимая смерть, которую невозможно узреть или ощутить, убивала нас одного за другим, пока мы не поняли, что причина – проклятые руины и если не выбраться из них, они убьют нас надежнее вражеских копий и стрел. Мы прорвали окружение и смогли вырваться из руин Шинвара…

– Заткнись, пустоголовый! – яростно набросился на него побелевший от ярости Кон. – Я ведь приказал не упоминать проклятые названия! Они и после смерти демонов несут смерть и несчастья тем, кто по неосторожности вспомнит про них! Если бы вы в той битве проявили хоть каплю мужества и стойкости, не пришлось бы от страха выхаркивать внутренности на землю!

Воин обиженно отвернулся, бормоча про себя охранные молитвы. Я же, сняв через голову медальон на кожаном шнурке, принялся внимательно изучать подарок Сайруса. Незадолго до начала испытаний он преподнес его мне в дар, назвав шапуром – хранителем здоровья и спокойствия. Согласно поверью беллатрианцев, если носить минерал, из которого был сделан талисман, на теле – долгая жизнь его обладателю была обеспечена. Проведенные в лаборатории исследования показали, что материал шапура по структуре отдаленно схож с земным турмалином. В его состав входят калий, кальций, магний, марганец, железо, кремний, йод, фтор и двадцать шесть неизвестных земной науке элементов, не входящих в периодическую систему Менделеева. Шапур одновременно выступает излучателем инфракрасных лучей, активатором клеток, балансировщиком псионики и неким природным резонансным поглотителем радиации. По мне, так это обычная безделица, в которую был встроен передатчик для вызова помощи, если я вдруг захочу окончить испытание и покинуть планету. Транспортный ксил беллатрианцев – дисколет десятикилометрового диаметра – десантировал нас на планету прямо с орбиты две недели назад. Каждый из нас самостоятельно выбрал себе вещь, в которую встроили маячки безопасности. Я решил, что медальон для этого подойдет лучше всего. С тех пор я с ним не расставался.

– Увидимся на финише, чемпион! – выкрикнул на прощание Сайрус, прежде чем перед моим носом захлопнулись створки шлюза, а через миг остаточное атмосферное давление вышибло меня и других кадетов в открытый космос. В безумной карусели мельтешащих звезд и свободного падения, кое-как стабилизировав неуправляемое вращение, я приближался к планете с огромной скоростью, слыша в шлеме лишь тяжелое дыхание и хрипы других будущих кванторов. Наша учебная группа из шестидесяти четырех участников благополучно приземлились в джунгли и каждый самостоятельно выбрал себе маршрут. При нас не было ни еды, ни оружия, ни элементарных медицинских и гигиенических принадлежностей, все это мы должны были раздобыть по дороге или сделать из подручных средств самостоятельно. Даже орбитальные скафандры рассыпались на атомы после приземления, чтобы мы не могли ими воспользоваться в качестве доспехов. Раскрывая орбитальный парашют в пяти километрах от поверхности, я постарался минимально отклониться от выбранной зоны приземления. К сожалению, не учел мощные порывы ветра на этой высоте, и меня снесло далеко в сторону.

Персональный маршрут каждого из рекрутов поделен на шесть важных отрезков, каждый из которых является ключевым. На этих точках нас ждали специально отобранные инструкторы, у которых можно было узнать о дальнейшем маршруте, так как весь путь никому из нас не был известен заранее. Я благополучно миновал три из них и сейчас направлялся к четвертому, чтобы выяснить, куда предстоит идти дальше. За первую неделю пути я частично адаптировался к местным условиям. И вот, наконец, удача – наткнулся на боевой караван хлорианцев и хоть на время смогу позабыть про свои вечные проблемы – ночевку и еду. То, что меня приняли за саитина – уже неплохо. Воины священники обладали массой привилегий, вне зависимости от своей национальной, расовой или религиозной принадлежности, ведь на этой планете вместе с хлорианцами проживало много других рас, не являвшихся коренными жителями планеты.

Почти миллион лет назад давно вымершая раса сондианцев впервые основала и воздвигла свою первую колонию на уже обитаемой планете Хлория, где в то время уже существовали разумные формы жизни, созданные неизвестными в то время творцами. Спустя годы поисковые группы сондианцев впервые наткнулись на необнаруженные ранее руины строений даэдре, предположительно живших здесь задолго до их прилета и ничего кроме осколков своей, несомненно, высокотехнологичной империи не оставившие после себя. Остатки строений на удивление хорошо сохранились, поражая своей долговечностью. После тщательного изучения руин, сондианцы неожиданно для всех прекратили изыскания и закрыли колонию на карантин, а через сорок циклов и вовсе свернули миссию и улетели обратно на свою далекую планету, заявив союзникам, что Хлория непригодна для колонизации их видом. Впоследствии на материнской планете сондианцев произошел страшный катаклизм, который расколол планету на несколько частей. Что именно стало причиной, никто так и не узнал.

Тысячелетия спустя пришедшие на Хлорию бороны основали первое цивилизованное государство хлорианцев Вант или по старому Ван, но тоже были вынуждены покинуть планету – туземцы восстали против чужаков, развязав гражданскую войну. Злосчастная эстафета перешла к беллатрианцам, которые и по сей день из последних сил сохраняют управление всеми префектурами континента Кабал. Представления туземцев о мироздании, не без помощи жителей других планет, которых они принимали за богов и демонов, немыслимым образом исказились, сформировав нынешнюю цивилизацию Кат. Хлория превратилась в анархичное теократическое государство с радикальной религией, где твое положение в обществе напрямую зависело от родства с древними жителями Ван и духовного статуса. Много странных рас проживало на этой планете. Но еще больше колонистов и исследователей из Крул Каи навеки остались гнить в местных болотах и джунглях. Хлория, являвшаяся передовым аванпостом беллатрианцев на краю спиралевидной Галактики X 3421, лишь с появлением Орбитвиля – как называли туземцы «Кванторию» – приобрела статус заселенной. Постепенно выбираясь из дремучего болота невежества и кровавых ритуалов, туземцы стали пытаться наладить сотрудничество с небесными созданиями. Про руины, в свое время до смерти напугавшие сондианцев и боронов, все благополучно позабыли, тем более руины официально были признаны безопасными.

– Хуп! – рявкнул Котан и как следует стегнул по мясистому боку гусеницы плеткой-девятихвосткой с прикрепленными на концах костяными шипами. Еще секунду назад лениво жевавшее создание с ревом возмущения распахнуло гигантскую пасть, полную острых зубов, и весьма ловко для такой туши ринулось в проеденную сородичами просеку шириной метров шесть и высотой три. Я едва успел вцепиться обеими руками в жесткую гриву, как мощный рывок чуть не скинул меня на землю – спасли ремни поперек талии. Тело гусеницы-червя синхронно сокращалось и расширялось, передвигаясь со скоростью бегущего человека, повеселевшие наездники привычно раскачивались в седлах, зорко поглядывая по сторонам.

«Этак я себе весь зад отобью к концу пути! – с неудовольствием думал я, болезненно морщась при очередном подскоке. – Экзотика… Мать ее… Сидел бы на Земле при теплой кухне планетарного гарнизона и в ус не дул, так нет… Понесло же черт знает, куда… И зачем?»

Я успел увернуться, когда над головой пронеслась, словно молния, черная ветка и хлестко шлепнула Кон Рата по затылку. Глухо заухав в своем эквиваленте смеха, едущий рядом ратник совсем по-человечески подмигнул мне глазом. Кон на это лишь раздраженно фыркнул и стал более осмотрителен. Караван через четверть часа достиг той самой скалы, до которой я так и не смог добраться своим ходом и, не сбавляя скорости, двинулся на северо восток, в обход горной цепи. В качестве ориентиров проводники использовали лишь чутье и опыт, ведь никакие карты и схемы не гарантируют нахождение пути через джунгли, когда просека зарастает в течение каких-то нескольких дней. Проводники интуитивно выбирали правильный путь, обходя лежбища хищников, непригодные для движения тонкие стволы и просто опасные места. На ходу срывая с веток недозрелые орехи акад в плотной зеленой оболочке с желтыми полосками, туземцы, ловко орудуя своими костяными ножами, вскрывали жесткую оболочку и с аппетитом выпивали желеобразное содержимое. Я бы с удовольствием последовал их примеру, да незрелая мякоть акада, по информации кванторов, была ядовита для человеческого метаболизма. Пусть мое обращение защищало меня от большинства ядов, болезней и паразитов, лишний раз пробовать на себе их воздействие я не собирался. Ограничившись горстью проверенных временем бледно-зеленых грибов, что удалось ухватить со ствола дерева, я стал быстро жевать их под изумленным и немного испуганным взглядом Кона, который прекрасно знал, что эти грибы смертоносны для любого хлорианца, будь то взрослый или ребенок. По-новому взглянув на меня, он уважительно приложил тыльную сторону ладони к губам, выражая свое восхищение.