Игорь Лысов – Каблуха: курс 2-й. История одного городка. (страница 8)
Вечером пятницы Николай прямиком отправился в администрацию, Кате он сказал, что будет очередное собрание и он задержится, прошёл в уже опустевшее здание, нашёл дверь с табличкой «Гриньчук С.В секретарь райкома. Приёмная.» и толкнув без стука дверь, вошёл.
– Здравствуй, Антон. Проходи, садись, -Гриньчук показал на стул возле накрытого стола.
– Ух ты, -Ошалел Николай, глядя на закуски на столе, балычок рыбный, икра астраханская, ровно нарезанный черный хлеб, кастрюлька с варёной ещё парящей картошкой, а круг краковской колбасы так исходил копчёным духом, что у него закружилась голова, -Неплохо вас тут кормят
– Паёк же дают, -Сказал Гринчук и достал из здоровенного чугунного сейфа, пол-литровую бутылку настоящей водки.
– Ты бы Стас не называл бы меня Антоном, мало ли ушей
– Я по привычке, у меня то хватило ума имя не менять, а ты прям кардинально
– Так получилось, боялся я очень.
Гриньчук разлил в гранёные стограммовые рюмки водки, наколол на вилку солёный груздь
– Давай Ан.. Николай, за встречу!
– Давай Стас
Они крепко чокнулись, выпили, по старой ещё привычке после первой закусывать не стали.
– Кто первый?, -Спросил Николай, накручивая свой ус
– Так же свой ус и крутишь, -Заметил Гриньчук, -Давай я начну, потом ты.
Он налил по второй, выдохнули они почти одновременно, так же синхронно потянулись к хлебу
– После того, как ты нас отправил в разведку, мы с Сашкой до Чураево никого не встретили. Только заехали в деревню, стучимся в первую хату замёрзли, ты же помнишь мороз какой был, пустил нас дед-башкирин, один жил. Хата бедненькая, достали мы своих харчей, что было, сами поели, деда накормили, согрелись кое как, расспросили, кто да что в деревне. Дед по русски плохо разговаривал, поняли мы только, что злые люди иногда грабят здесь деревеньку.
Утром дальше решили проехать, выходим, а коней то и нет. Бросились искать по деревне, никто ничего не видел, запуганы все. В конце деревни нагнали нас трое верховых, наставили на нас карабины, раздевайтесь говорят. Сашка потянулся за наганом, так эти сразу две пули ему в голову засадили, раздели до исподнего и его и меня, тут четвёртый их скачет, орёт что то по башкирски, меня палашом по голове лупанули я и упал без памяти. Очнулся от того, что кто то тряс меня за плечи. Сквозь туман звёздочку на фуражке разглядел, понял, что красные, теперь уже Бога благословил, что раздели меня и не было видно, что я из казаков, сознание опять меня покинуло. Второй раз очнулся уже в Акьяре в госпитале у красных, как очнулся, позвали ко мне товарища Сазонова Фёдора Ильича, это он меня там, на дороге нашёл, когда этих чертей отогнали. Начал он меня расспрашивать, я сослался на потерю памяти частично, но сказал, что поддерживаю советскую власть. Так мы с ним и подружились, потом он меня в Казахстан с собой утащил, ну а дальше ты знаешь.
Николай нюхал кусок черного ароматного хлеба и вспоминал, те морозные дни 1919 года, Гриньчук разлил остатки водки по рюмкам, молча выпили не чокаясь за Сашку.
– Я прождал вас три дня, промёрз, лошадь подохла, воспаление подхватил, пришлось в деревню вернуться, а то бы хана. Пригрела меня одна добрая женщина, с того света можно сказать вытащила, пробыл я у неё до весны и ушёл, думал в Белоруссию податься, да как то всё неожиданно, Катю встретил, сынишка Пашка родился, живём потихоньку, вернее жили…, -Николай вопросительно посмотрел на Стаса.
– Да ты чего, Антон, -Опять забылся Гриньчук, -Если я тебя сдам то нас вместе к стенке поставят, одной верёвочкой мы с тобой повязаны.
Гриньчук подошёл к огромному сейфу
– Как тебе этот монстр? Ребята из депо подарили.
Сейф и вправду был огромный, прямо на дверце спереди какой то умелый сварщик подписал его «депо 1930г». Гриньчук погладил его, открыл дверцу и выудил из недр монстра ещё одну бутылку.
– Нее Стас, я больше не буду. Не хочу Катю расстраивать, я ведь сказал, что на собрании остался.
– Мне кажется Коля ты что то забыл рассказать, -Взгляд Гриньчука стал колючим и неприятным, -Я же в силу своих должностей все новости местные узнавал, начиная с того самого времени. Не ловили здесь адъютанта Дутова с золотом и клады не находили, так что оно у тебя, Антоша.
– Ах да, золото, вроде бы и у меня оно Стас, а вроде бы и нет, -Пьяным голосом зашептал Николай.
– Это как? – Не понял Гриньчук.
– А вот так, тринадцать лет я его не видел, зарыто оно в земле матушке и боюсь до весны не достать нам его.
– А где ты его зарыл? -Загорелся Стас, открывая вторую бутылку.
– Так я тебе и рассказал, -Пьяно улыбаясь шептал бывший адъютант.
– Что совсем никак?
– Место там можно сказать людное, возле дороги, а рыть самим придётся или ты хочешь помощников позвать?
– Да нет, что ты, до весны вот только ещё пол года. Ну ладно, тринадцать лет ждал этого момента, пол года уж как ни будь подождём.
13
В первые две недели лейтенант госбезопасности Портнов взялся за своё безнадёжное дело с молодым энтузиазмом. Он опять опросил всех Уткиных, знакомых Уткиных, съездил на рейсовом автобусе в Рамазан к старой Айгуль, ничего нового конечно обнаружено не было. В один такой день он подошёл к Четвергову
– Товарищ майор, одолжите миноискатель на денёк?
– Ааа лейтенант, никак за грибами собрался? -Улыбнулся майор помятой улыбкой, -Там грибов нет.
– Хочу версию одну проверить, -Стушевался лейтенант.
– Ну а чего же не проверить, дам, конечно дам и машину может тебе дать?
– А что можете? -Не понял Портнов издеваются над ним или нет.
– Меня если с собой возьмёшь, то поедем на машине.
– Конечно возьму, заодно покажете, как миноискателем пользоваться, не довелось как то сталкиваться, -Радостно заключил Портнов.
– Здрасьте приехали, сам научишься, как пикнет, значит копай. Кстати лопату не забудь.
На старом «бобике» с проржавевшими крыльями они подъехали к горе с народным названием «Палец». Пейзаж был скорее лунным, сотни, а может больше, рукотворных воронок украшали некогда красивую поляну, перед горой.
– Ну как, найдёшь место, где копать?, -Военком радостно смотрел на Портнова.
– Вы же знали, а зачем поехали?
– Хотел ближе тебя узнать, -Майор залез головой в машину и достал из бардачка бутылку водки и газетный свёрток с закуской, -Давай Мишка лучше за знакомство, общение, вот брат золото, а не эти побрякушки, а то две недели уже у нас, а так и не поговорили мы с тобой ни разу.
– Я же не пью, товарищ майор, тем более ещё даже обеда не было, -Лейтенант посмотрел на поднимающееся из-за горы солнце.
– Ну смотри, как знаешь, я могу и один бутылку выпить, а нам ведь ещё назад ехать, за руль сядешь?
Портнов растерялся, майор загнал его в ловушку
– Хорошо, я только пробегусь для самоуспокоения по руслу с миноискателем
– Пробегись, -Потирая руки майор развернул газетку с порезанным салом и чёрствым хлебом. Потом опять нырнул в бардачок извлёк пластмассовый телескопический стаканчик, довольный сунул беломорину в зубы, запыхтел глядя на махающего туда-сюда миноискателем лейтенанта.
– Да уж, поработали ваши «грибники» здесь, -Вернулся запыхавшийся лейтенант, -Ни разу не пикнуло.
– И не пикнет, -Майор деловито наливал в стаканчик водку. На капоте УАЗа выполняющего роль стола, -Ты же его не включил.
– Ну товарищ майор! -Лейтенант, как маленький ребёнок надул губы, -А раньше не могли сказать?
– Ты так забавно бегал, не хотел отвлекать, -Ухмылялся военком, -Что опять пойдёшь?
– Да нет, что тут найдёшь? -Портнов махнул рукой, беря стаканчик, -А воды нет?
– Зачем тебе вода? -Удивился майор, -Вот тебе сальцо, хлебушек, будь мужиком, Мишка!
Портнов выпил, обожгло пищевод, он жадно задышал, быстро засунул бутерброд из сала с хлебом в рот и вытирая слёзы смотрел на майора.
– Теперь вижу, мужик, а то пью, не пью, -Майор забрал у него стаканчик налил себе и залпом выпил, закусывать не стал, прикурил потухшую папироску.
– Тебя как Михаил в комитет то занесло? Тебе бы в клубе каком ни будь, а ты на госслужбу подался.
– Так после училища я, товарищ майор, отец офицер тоже, на китайской границе служил, потом в Москву перевели, некогда им с матерью было мной заниматься, отдали в училище.
– Ты ещё и москвич? А в Оренбурге, стало быть, по распределению?
– Ну да, Гуров пока доверяет только бумажки перебирать
– Семья, дети?
– Нет никого, в общаге комитетской живу. Поэтому как я сам догадался, оказался самой «достойной» кандидатурой в командировку, -Как то грустно ответил Портнов.