Игорь Лопарев – Медикус. Обретение знаний (страница 8)

– Чего изволите? – лучезарно улыбаясь, поинтересовалась миловидная работница местного общепита, заглядывая в бездонные глубины направленного на неё монокля.

– Сначала – два стакана, а потом, большую сырную нарезку, две большие лепёшки с чесноком, ну, овощное рагу, наверное, и жареное на огне мясо на шпажках, всего по порции на каждого из нас.

Он посмотрел на меня, взглядом вопрошая, не возражаю ли я. Возражений у меня не было, а потому я утвердительно кивнул. Официантка посмотрела на него, на меня и тихо дематериализовалась, но, только для того, что бы, буквально через три секунды поставить перед нами два вместительных гранёных толстостенных стакана. Поставив стаканы, она потянулась к нашей бутыли.

– Не, оставьте нам штопор, мы сами откроем и нальём, не маленькие, – усмехнулся харр Рукко, – вы тащите еду, а то есть хочется, как перед смертью.

– Вы бы, это, поаккуратнее, – я осмотрелся. Показалось, что возле входных дверей мелькнула знакомая затрёпанная кожаная курточка юного воришки Мадальгара, – а то, не ровён час, накаркаете.

– Вы что-то чувствуете? – мгновенно подобрался мой собеседник. Но это, следует отметить, никоим образом не повлияло на филигранную точность, с которой он разлил вино по стаканам. Я ухватил свой стакан, отсалютовал харру Рукко и негромко провозгласил:

– За встречу и плодотворное сотрудничество!

– За встречу! – подхватил владелец монокля, – так что вы там говорили о возможных неприятностях?

– Ну, про неприятности, как таковые, я пока не говорил, а вот вы как то сразу бурно на намёк отреагировали.

– Вы знаете, харр Адио, витает что-то в воздухе, непонятное такое, витает, да, – он покрутил в воздухе пальцами правой руки, изображая подобным жестом то самое неопределённое нечто.

На стол опустились два больших деревянных блюда, на одном из которых лежала весьма богатая сырная нарезка, а на втором – две свежайшие, только из печи, лепёшки и солидная горка горячего овощного рагу, распространяющая завлекательные запахи.

– Мейн харрен, мясо сейчас будет готово, – профессионально улыбнулась официантка и упорхнула, профессионально же увернувшись от шлепка, коим харр Рукко хотел её осчастливить.

В примерно это же время, в таверне «Голубая мечта утопленника», что располагалась в районе городской гавани, в одном из кабинетов на втором этаже проходило небезынтересное совещание.

– Фрайхарр Аклерих фан Триассо вчера наотрез отказал нунцию Предстоятеля в его настоятельной просьбе отменить действие эдикта о свободе совести и признании, того, что ни одна из духовных организаций не может выступать собственником недвижимого имущества на территории его феода. То есть мы, как были арендаторами наших собственных храмов, так таковыми и остаёмся. И продолжаем платить налоги в казну феодала, – брат-келарь церковной общины Триассо гневно сверкнул линзами очков и продолжил:

– Мало того, на нашу просьбу отдать общине в вечную аренду месторождения красного стекла и права на их разработку на условиях раздела продукции тоже последовал отказ.

– А вот это, наверное, самое плохое известие, – скорбно пробубнил себе под нос, облачённый в белоснежную рясу инок, представлявший орден Святого Домигиса.

– Почему это самое страшное, а не то, что наши храмы нам фактически не принадлежат? – вскинулся представитель курии ордена «Меч предстоятеля» брат Фавст. Брат Фавст был прекрасным воином, но как интриган и политик был, прямо скажем, так себе.

– А потому, – нудным, назидательным тоном начал объяснять домигисианец, что это последнее неразрабатываемое месторождение на материке. Одно из месторождений эксплуатируется Империей Кенин, а второе – разрабатывается государственной гильдией магов в Республике Братства Свободных Геллов. Ни к одному из этих месторождений нас никто не подпустит даже на пушечный выстрел. А красное стекло – это уникальное сырьё для изготовления накопителей маны, и мы без него эти накопители делать не сможем. Как следствие, не сможем использовать огромные запасы артефактов, которые пребывают у нас на складах в рабочем состоянии, но без источников питания. Технологии изготовления и зарядки этих накопителей мы разыскали в архивах, на что, кстати, ушло около семидесяти лет и усилия сотен братьев нашего ордена. Технологии, надо сказать, примитивнейшие, но это лучше, чем ничего. То есть, от того, будет ли у нас месторождение сырья для изготовления накопителей, во многом зависит и судьба нашей Церкви. Если мы сможем оживить наши артефакты – то мало кто сможет сравняться с нами в силе. А тогда и многие политические и хозяйственные вопросы мы сможем решать совсем по-другому – и на порядок эффективнее.

– Я всё понял, – подтвердил приём информации представитель воинствующего рыцарского ордена, – тут есть, за что побороться.

– Да, за что побороться, тут определённо есть, – брат келарь поправил очки, – через полчаса нас почтит своим присутствием нунций Предстоятеля и даст все необходимые разъяснения, указания и распоряжения. А пока предлагаю отдать должное местной кухне. Со своей стороны, очень рекомендую пряный суп-пюре из морских гребешков. Хотя, положа руку на сердце, – произнеся эти слова, брат келарь прижал свою левую ладонь к области сердца, хотя, следует отметить, она тут же органично так сползла чуть ниже, в область желудка, – все находящиеся на нашем столе блюда достойны самого пристального внимания.

В кабинет бочком протиснулся служка и все присутствующие, уже отдавшие должное местной кухне, воззрились на него в немом вопросе.

– Нунций его Святейшества Предстоятеля пред троном Демиурга брат Сервий! – насколько мог, торжественно, провозгласил вошедший и тут же посторонился, открывая проход шествовавшему за ним дородному высокому мужчине с властным лицом, на котором выделялся прямой нос благородных очертаний. Окутанный бирюзовым облачением нунций окинул взглядом присутствующих:

– Во имя Демиурга!

– Во славу его! – отвечал ему нестройный хор голосов присутствующих, неловко порывавшихся встать в момент произнесения приветствия.

– Сидите, сидите, – вальяжно махнул холёной ладонью нунций Предстоятеля, опускаясь на роскошное кресло, которое пододвинул ему служка.

Пока нунций устраивался на кресле, служка наполнил его хрустальный бокал с золотой отделкой чёрным густым вином с ягодным ароматом. Брат Сервий глубоко вдохнул своим античным носом аромат напитка, сделал большой глоток и медленно обвёл всех служителей культа, рассевшихся за столом тяжёлым, не предвещающим ничего хорошего, взглядом.

– Сейчас у меня был сеанс связи с Консисторией. Предстоятель крайне недоволен результатами той работы, которую должны были провести вы, епископ Опитер, – нунций обличающим жестом указал на поскучневшего епископа. Надо отметить, что речь свою нунций начал относительно спокойно.

– А должны вы были к моему приезду сюда обеспечить, в первую очередь, вечную концессию на разработку местных залежей красного стекла силами именно наших подрядчиков с полными правами собственности на добываемые нерудные ископаемые, – по мере того, как речь брата Сервия продолжалась, голос его становился громче, а используемые формулировки жестче. Крылья его аристократического носа уже хищно раздувались, – как вы понимаете, мой визит к фрайхарру Аклериху фан Триассо, должен был носить исключительно формальный характер. И, вместо того, что бы получить все, надлежащим образом, права на интересующие нас прииски я, нунций Предстоятеля, получаю в высшей степени оскорбительный отказ!

–Это происки, происки недоброжелателей и конкурентов. Всё было согласовано, – проблеял брат Опитер, в одночасье спавший с лица и разом растерявший всю свою степенность и благообразность.

– Мы разберёмся, чьи это были происки! – продолжал сверкать очами брат Сервий, – Взыскание будет на вас наложено, можете в этом не сомневаться. Но только после того, как комиссией Вопрошающих Святого Отдела Расследований Греховности будет проведено всестороннее расследование того, насколько рационально вы использовали ресурсы, предоставленные вам Консисторией для решения поставленной задачи. Мы выясним, откуда у вас вдруг появились средства на приобретение роскошной виллы с двумя гектарами уникальных виноградников. И средства на организацию богопротивных мистерий и кутежей, кои вы с завидной регулярностью проводили последние несколько месяцев на этой самой вилле. С участием куртизанок премиум-класса, которые, кстати, и мне-то не всегда по карману! – осознав, что ляпнул что-то не то, скромнейший нунций Предстоятеля, брат Сервий, закончил свою эмоциональную речь и посвятил ненадолго всё своё внимание хрустальному бокалу с вином.

– Наветы завистников, – из последних сил выдохнул епископ Опитер и, картинно закатив свои свинячьи глазки, размяк в кресле бесформенной грудой плоти.

– Как и ожидалось, Святейшая Консистория приняла единственно верное решение. Если фрайхарр Аклерих фан Триассо не желает идти навстречу ясно выраженным пожеланиям церкви Тринадцати Поводырей, то тем хуже для него. Сегодня начнутся стихийные народные волнения, в результате которых тирания местного феодала будет свергнута и многострадальный народ Триассо провозгласит свою волю. И воля эта однозначно определит, что отныне государственным устройством Триассо станет теократия церкви Тринадцати поводырей, – нунций ещё раз окинул орлиным взглядом всех присутствующих и закинул в рот изрядный пластик сыра.