Резким и шумным и отходчивым – разом.
Любящим, бегающим по карнизу,
Смеющимся над высотой и над теми, снизу.
Страдающим, плачущим от одиночества,
Бравшим то, что совсем не хочется.
Грустящим и радующимся со всеми,
Знающим – и абсолютно не в теме.
Всё бросившим и ставшим изгоем,
С гонором и не шагающим строем.
Того, кто всё сам и никого не слушает,
И зажигает, и свою обжигает душу.
И грешит безумно, и жалеет, и кается,
И опять, и снова, и зарекается…
Раздаёт подаяние, дарит наряды,
Забывая о тех, которые рядом.
В думах о вечности живёт одним днём,
В потёмках – на ощупь, на солнце – с огнём…
Все грехи мои собери и вспомни,
Только прости! И умоляю: запомни…
«Моим стихам уже за сорок лет…»
Моим стихам уже за сорок лет.
Совсем недалеко до полувека…
И будут жить без горестей и бед:
они живее, крепче человека.
Так сок, играя, превращается в вино,
на свет из плода так выходит семя.
И новый цикл, и вновь наступит время
всё повторить – так определено
природой. А стихи в душе живут
и обретают стиль и собственное имя.
Иным века, а с нами и поныне:
уйдут одни, другим передадут
наследие из рода в род, от взрослого – юнцу.
И детям рассказать о дедушке отцу
необходимо,
и помнить, что живёт он в них частицею своей,
и всё едино —
чтоб стать реальностью, в которой вновь живёшь.
А значит, вечен ты, а значит – не умрёшь!
«Твой поезд прогудел и отошёл…»
Твой поезд прогудел и отошёл,
Махнув хвостом последнего вагона,
А я иду понуро вдоль перрона —
Понять пытаюсь, что произошло.
Приехала, о жизни рассказала:
Семья, работа, дети (как у всех),
По выставкам, музеям пробежала.
И снова: про подруг, про политех…
Гостиница, бессонной ночи сладость
И разговоры, ревность и скандал…
Потом я понял, что вся жизнь не в радость
Была мне до сих пор, а я не знал.
Уехал поезд, увозя судьбу, —
Ту, что могла всё подарить без края,
А я остался, с грустью понимая,
Что жить, как раньше, больше не смогу.
Первая любовь
Ей принесут цветы с карточкой от меня.
Посыльного потом попрошу рассказать,
Как приняла букет, как читала —
чтобы понять,
Осталось ли чувство. А может, надеяться зря
На свидание, назначенное в записке.
Такое желанное, но всё больше сомнений,
Как только становится более близким 
