Игорь Лахов – Двойник Рода. Начало пути (страница 23)

— Это, Ратибор, главный модуль, отвечающий за кровоснабжение. После смерти кровь человека вначале густеет, а потом сильно разжижается, что нам на руку. С помощью этого артефакта, а также специально влитой плазмы через круги кровообращения и идёт питание клеток зомби. Оно сильно отличается от питания живого организма: пусть и замедляет, но не останавливает разложение. Только нам многого и не нужно. Запоминай! Это первая уязвимая точка! Сильный удар в грудину, а лучше проникающее ранение чем-то острым, моментально выведет из строя всю систему. Вопросы?

Я лишь помотал головой из стороны в сторону, боясь открывать рот. Чую, стошнит на первом же слове.

— Тогда переходим ко второму основному элементу, — спокойно, словно не замечая моего полуобморочного состояния, продолжил этот Франкенштейн и взял маленькую циркулярную пилу.

Сам процесс вскрытия черепа не вызвал у меня такого большого отторжения, но вот увиденное в нём опять заставило вчерашний ужин подступить к горлу. Плотный клубок белёсых жирных длинных червей, упакованных в мелкоячеистую синюшную сетку явно органического происхождения, был противен до невозможности. Хорошо, что червяки не двигались, а то бы здесь и остался валяться, не выдержав подобного зрелища!

— Вот это, — ткнул Доктор пальцем в клубок, — и есть основная, самая сложная часть работы любого некроманта. Управленческий модуль, так сказать. Биокомпьютер. Сейчас он выключен и неинтересен, а так всё очень красиво переливается огоньками, что залюбуешься. Подключён ко всему телу и отвечает за его движения и зрительные функции. Точность настроек и качество программного обеспечения определяют уровень мастера. Питание происходит напрямую от сердечного модуля, поэтому для нейтрализации зомби не обязательно повреждать именно его, а достаточно перерезать нужные сосуды… Но это потом освоим. Главное ты понял. Думаю, на сегодня хватит.

Ох, как хватит! Не знаю, как это выглядело со стороны, но я пулей вылетел из прозекторской, чуть не вышибив двери. Потом, сорвав с себя защитный костюм, выскочил на крыльцо и долго дышал, пытаясь привести себя в порядок.

— А ты молодцом, Ратиборушка! — сказал Доктор, усаживаясь рядом на ступеньки. — Первый раз, и сразу до конца урок прослушал. Обычно откачивать народец приходится уже в самом начале. Сработаемся.

— Вряд ли, — честно признался ему. — Многое в жизни видел, то так хреново никогда себя не чувствовал.

— Ничего! — хмыкнул он. — Уверен, что привыкнешь и ещё во вкус войдёшь. Главное, не смотри на тело, как на человека. Нет его без души. Это просто природой созданный механизм. Отбрось все ассоциации в сторону и начни изучать его по частям, как авто, например… Мотор — это сердце, бензобак — желудок, колёса — ноги и так далее. Когда-то я, мечтательным юношей узнав, что мой Дар Жизни особенный, неделю беспробудно пил после первого вскрытия. Не представляешь, насколько тяжело на душе было от осознания, что я чудовище… Теперь же считаю свою миссию очень важной и полезной.

— Чудовище и есть, Доктор… Извини за прямоту. Глумиться над мёртвыми телами противоестественно.

— Опять неверная трактовка, молодой человек. Глумиться можно над душой. Это больше к ведунье-менталистке Маруше подходит, а не ко мне. Я же спасаю души живых, создавая зомби, которых успешно используют в магических аномалиях и заражённых зонах, при пожарах и опасных производствах. Не будь подобных мне, тысячи человек погибали бы или неизлечимо заболевали, до конца дней своих оставаясь мучающимися от боли калеками. Есть, конечно, и военные разработки, только тогда и любого рабочего, вытачивающего деталь автомата, можно в душегубы записывать смело. А уж про воинов разных мастей и говорить не приходится — они вообще на прямую смерть даруют. Подумай над моими словами… Крепко подумай! После обучения сам окажешься рядом с вершинами власти. Пусть и двойником, но придётся иногда принимать решения, калеча души и отнимая жизни. Подобное неизбежно, и чем раньше поймёшь, тем лучше подготовишься морально.

— “Утешил”, господин Мхаргрдзели…

— Ого! — удивлённо воскликнул он. — С первого раза и правильно назвал фамилию! Теперь ты у меня в любимчиках! Точно говорю, сработаемся! Иди отдыхай! Заслужил!

Хлопнув меня по плечу, Доктор отправился обратно в свой страшный домик, а я поплёлся к себе, где долго и упорно под душем тёр свою кожу жёсткой мочалкой, пока не появилось ощущение, что запах смерти исчез.

— Даже спрашивать не буду, как прошло, — тихо сказала Маруша, усевшись в турецкой позе на моей кровати. — Может, я в чём-то и впечатлительная натура, только у Доктора всегда себя выбитой из колеи чувствую. И вот скажу откровенно: хороший Иван мужик… но до тех пор пока его работу не вижу… Обед пропустим?

— Мне кусок в горло не полезет.

— Даже хорошая отбивная с прослойкой жирка?

— Сукаааа… — кинулся я в туалет, зажимая рот рукой.

Рвало долго, выворачивая до самых печёнок. До желчи рвало! Так плохо мне не было даже после отравления привокзальными беляшами, в одном городишке Золотого Кольца. Озноб, жар, матюги, и снова сижу в обнимку с “ белым другом”. Одновременно колбасит от мерзопакостных картинок вскрытия грудной клетки. Жёлтый, чавкающий жир трупа — это непередаваемо. В какой-то момент желудочная истерика закончилась. Умылся ледяной водой и вышел из санузла.

— Хорошо прочистило? — как ни в чём не бывало, поинтересовалась ведьма.

— Основательно…

— Радует. А то держал в себе до последнего. Извини, что подначила, только по-другому ещё хуже будет. Такие вещи один на один с собой переживать надо, а не прилюдно.

— Да вы тут все ебанутые на всю башку!

— Нет. Кроме тебя, нормальные все. Доктора испугался? Бывает. Я сама его боюсь иногда, только страшнее не он, а подобные мне. Бойся красивых стерв, неискренних улыбок и тех, кто кажется безобидными. Это уже мой личный опыт и, поверь, имеет под собой основания. Я учу тебя, дорогуша, не быть крутым мальчиком, а выживанию. Власть состоит из сложных людей, и каждый из них легко разменяет твою жизнь на интересы Рода. Ты тоже должен освоить это искусство быть тварью, иначе спустят в унитаз, в который ты только что блевал. Кстати, правильно делаешь, что себя полностью не раскрываешь.

— Чего?

— Посмотри на меня! — жёстко приказала Маруша, взяв меня за плечи.

Внезапно её зрачки из карих стали белёсыми бельмами. Жёсткая хватка запястий напоминала захват бездушных зомби.

— Что ты чувствуешь? — замогильным голосом спросила она.

— Башку свернуть хочется и больше ничего…

— То-то и оно, — уже нормальным воркующим голоском удовлетворённо сказала ведьма, приводя свои глаза в естественный окрас. — Я тебя сейчас подвергла ментальной атаке, которую не всякий волхв выдержит. А ты? Отряхнулся, как гусь после дождя, и никакого эффекта, хотя должен быть полностью в моём подчинении. Не получается из тебя раб, Ратибор. Выводы озвучить?

— Хрен тебе, а не мой мозг? Допускаю, но не знаю, как такое получается.

— Не ври. Всё знаешь, только скрытничаешь. Проблему обойдём… Не прошу тебя рассказывать мне свои секреты, но есть одно условие: подчиняешься добровольно, включив голову. Для всех я Госпожа Маруша, а для тебя просто учительница, которая сама жизненно заинтересована в успехах ученика. Помоги мне, и я помогу тебе. Вроде честно?

— Честно, но какая мне выгода?

— Создавай свою команду здесь и сейчас. Пригодится ли она — неизвестно, только ты один, а новый мир большой.

— Шантаж или рука помощи?

— Умный мальчик! И то и другое. Обрати внимание на Доктора, Гната и, конечно, Свята. Остальные проходящие… Да! Ещё завтрашний персонаж может пригодиться, но рекламировать его не буду.

— Заинтриговала. Думал, тут одна команда.

— Так и есть! — улыбнулась она, снова превращаясь в разбитную фифочку. — Команда одна… как и жизнь. Приходи в себя и готовься. Уверена, скучать с нами не придётся.

— Кажется, намечается заговор?

— Заговоры, наговоры и выговоры — это хлеб ведуний! — подмигнула Маруша и вышла из комнаты, оставив меня одного переваривать услышанное.

Глава 13

— Артемий! — протянул руку худощавый парнишка в огромных круглых очках. — На Тёму тоже откликаюсь.

— Так просто? — поинтересовался я у нового препода. — А ты кто? Витязь, волхв или кто-то ещё?

— Не! Никакого Дара у меня нет — я из обыкновенных, а не породистых. Так сказать, чистокровный простолюдин. Правда, с техникой дружу и имею, по словам других, отличные математические и аналитические способности. Знаешь, сколько будет, если умножить триста восемьдесят на… тысячу сто четыре, например? Четыреста девятнадцать тысяч пятьсот двадцать. С большими числами могу в голове совершать любые действия. Ты, смотрю, тоже.

— С чего ты взял? — сделал я морду кирпичом, тоже решив эту простенькую задачку, благодаря наследию Помощника, запустившего повышенную работу мозговых извилин.

— Я ж сказал, что имею не только математические, но и аналитические способности. Как только назвал результат, ты одобрительно кивнул, подтверждая правильность моего ответа. Вывод один: тоже успел перемножить. Просёк, с кем имеешь дело?

— Просёк, — улыбнулся я, мысленно чертыхнувшись. — С тобой нужно держать ухо востро. Кстати, а ты чего в очках? Вроде дефекты зрения легко волхвами исправляются.