Игорь Лахов – Двойник Рода. Черная метель [СИ] (страница 24)
— Прежде всего, — повернулась боярышня к мужчинам, — хочу узнать обстановку на улицах.
— Тихо всё, — ответил Расул. — Настроение у людей далеко от праздничного, но жизнь не замерла. Мы тут через верных людей из братвы пустили информацию, что если хоть одна падла тронет семьи «Племени», то на корм рыбам по частям отправим идиотов. Типа под охрану взяли. Не сильно «верёвку растянули»?
— В самый раз. А дружинники что?
— После чистки в своих рядах нормальными стали. Жуков хитрозадых, конечно, хватает, только прошлого наглежа нет. Служат исправно.
— Я с начальником участка сотрудничаю, — добавил Тихон. — Если что-то всплывёт, то будем работать сообща.
— Отлично! С тобой, Даша, мы уже сегодня пообщались, поэтому перейду к теме, которая меня волнует больше всего. Помните, как только очнулась в Новгороде, то сразу же передала информацию об уходе Ратибора из «Княжича» и просила не вводить его в курс текущих дел?
— Такое не забудешь! — кивнул Тихон. — Что вы там мутите?
— Удивишься, но не я, а именно Тулин отдал такое распоряжение до отъезда из столицы. Так и заявил: «
Просто так он бы на такое не пошёл. Верю, что был прав, так как сейчас настойчиво окучивает меня, чтобы отыграла всё назад. Я бы и рада, но… Скажите, ничего странно в поведении Ратибора не заметили в последнее время?
— Есть такое, — вздохнул Расул. — Думал, что один я мысли плохие имею, а вот что оказывается. Словно наш и не наш одновременно.
— Именно, — согласился с ним Тихон. — Помню, когда был ещё Крысой, пришёл ко мне хлыщ боярский… Уж извини, Злата, за такие слова, но что думаю, то и говорю. Парень незнакомый, с идейками странными, только вот сразу зацепил он чем-то меня. Сейчас и объяснить не могу, но поверил, хотя и покрутил со всех сторон основательно — не без этого — прежде чем в дела Ратиборовы ввязываться.
А теперь вот вроде бы и даже друг он мне, насколько бывший преступник с княжичем дружить могут, но червячок изнутри гложет. Нет доверия. Ратибор глаза постоянно отводит, говорит, словно в своих словах сомневается, пытается понравиться, дёшево панибратствуя. Я в людях за свою нелёгкую жизнь научился хорошо разбираться, иначе бы давно сгинул…
И вот ты, боярышня, сейчас про поводок сказала. Не знал бы, что у Рата мозги непробиваемые, то решил, что околдовали его. Ещё кое-что из необычного! Тут твой отец, боярин Славута ни с того ни с сего к себе пригласил сегодня с утреца. И тоже за княжича спросил. Точнее, вроде как за тебя. Типа девочке сложно, помощник ей нужен, схожий по статусу, и лучше Рата никого не сыскать. Мягонько так подводил!
— Вот и об этом тоже думала. С чего бы такая перемена в поведении? Причём, прогнозируемая княжичем. Силой на Ратибора не надавить: он такую ответочку любому влепит, что мало не покажется. Не поверите, но даже Главу Луганских однажды по полу валял, в присутствии самого князя, которому тоже словесно достаётся. Про боярыню Хелену и вспоминать не буду: умылась слезами и деньгами, когда поперёк дороги встала.
Оказывается, и мой папочка тоже хочет разделить влияние на «Княжич» и «Племя» с Борисом, подсунув Рата в компаньоны… Я что-то совсем запуталась! Он же радоваться должен, что практически из-под носа увёл нашу организацию у Тулина!
— Мне кажется, но ты только что сама ответила на свой вопрос, — сказала Дарья. — Всё подводится к тому, чтобы руководили нами именно Славута с Борисом, а не ты с Ратибором. Опосредованно руководили, отдавая приказы вам. Точнее, княжичу, который будет давить на тебя. Но чем же Глава Рода Тулиных, мог так подцепить наследника? Мне, как и Тихону, в голову ничего не приходит, кроме колдовства, хотя это бред полный.
— Не такой уж и бред, если разобраться, — вспомнила Злата Марушу. — Даже на самого сильного Великого Волхва можно управу найти. Сложно, но можно! А Рат простой витязь, и неуязвимым считать его не стоит. Я прямо сейчас могу легко вспомнить несколько очень нехороших обрядов, связанных не с Даром, а напрямую с богами. Если князь Борис воспользовался одним из них, то Ратибору не устоять. Что же там творится у Тулиных, если готовы самого наследника Рода чуть ли не в раба превратить?
— Выборы князя! И не только у Тулиных, но и у Луганских они над головами зависли! Со дня на день предвыборная гонка начинается! — пришло озарение к Тихону. — Поэтому твой отец и работает в связке с Борисом! Они там о чём-то втихаря договорились и боятся, что «Народный княжич» своим своеволием может сорвать все их планы!
Поэтому и заморочили княжича, как самое сильное и непредсказуемое звено в нашей организации! Когда я становился главой Крыс, то тоже перед выборами действовал по похожему сценарию. Шеренги разномастных волхвов за моей спиной не стояли, поэтому действовал с помощью других методов, чтобы надавить на конкурентов-претендентов, но сути подобное не меняет.
— Извините, — заглянул один из охранников офиса. — Там только что доложили, что толпа женщин с детьми идёт в нашу сторону.
— Большая? — сразу насторожился Расул.
— Да человек пятнадцать, только судя по камерам, разрастается потихоньку.
— Надо людей поднимать и в дружину звонить!
— Не надо, Расул! — ответила Злата. — Там не с кем воевать! Сидеть всем здесь! Я сама пойду разберусь!
— Но…
— Это приказ! — жёстко произнесла боярышня тоном, никак не вязавшимся с её миловидной внешностью. — Кто ослушается, тому лично башку сверну! Люди идут за справедливостью, и прятаться от них не буду! Вы же только помешаете!
Решительно встав с кресла, Злата вышла на улицу и села на ступеньки офиса, ожидая разгневанную делегацию. Вскоре та появилась, разросшаяся примерно до полусотни. Мельком окинув толпу оценивающим взглядом, девушка встала. Одни женщины и дети, несколько стариков…
— Вот она! — вырвалась вперёд женщина, таща за руку девочку лет семи. — Вот та, что погубила наших мужчин!
— Здравствуйте, уважаемые, — слегка склонив голову в приветствии, спокойно произнесла Злата. — Вы хотели меня видеть?
— Век бы вас не видеть! Тебя и твоего княжича! Убийцы!
— Тогда зачем пришли? Разорвать на куски? Нет смысла. Убийство наследницы Главы Рода карается смертью. Пострадают и ваши дети. Проклясть? Тоже не получится. Я уже сама себя прокляла за каждую смерть. Единственное, что могу сделать, это помочь каждой семье. Говорила, но ещё раз скажу: никто не останется один на один с горем.
— Мы не верим тебе! — не унималась женщина. — Вы, правители, всегда так говорите, а потом набираете новое «мясо» на убой и забываете о прошлых жертвах! Так всегда было! Мы думали, сбежав сюда из родной страны, заживём по-человечески. Только ничего не меняется!
— Пропустите! — раздался сиплый голос.
Через строй людей протиснулся мужчина с сильно обожжённым магическим огнём лицом.
— Здравствуй, Шокрия, — поклонился он женщине. — Не узнаёшь? Кочар я. Мы с твоим мужем хорошими приятелями были.
— Ох… Конечно, Кочар! Бедный! И тебя эти изуродовали!
— Ты не права. Не они, а враги. И быть мне мёртвым, лёжа рядом с твоим мужем, но боярышня Злата спасла вместе со своими людьми. Тащили под пулями до безопасного периметра, рискуя жизнями. Пятеро витязей рисковали ради одного безродного! Могли бросить, но не бросили!
А через сутки я увидел её в крепостном лазарете… Поверь, Шокрия, раны у боярышни были страшными! И про вождя Ратибора тоже скажу. Как лев отважно сражался рядом с простыми бойцами в самых опасных местах! Делали ли так наши беи на родине? Нет!
Ещё тебе скажу… Всем вам, люди, скажу! Я теперь калека и воевать больше не могу, но вернусь к своим братьям в «Племя». Буду помогать сделать его таким же сильным, каким оно было до войны, а лучше — ещё сильнее! Потому что моя кровь навсегда смешалась с её! — показал ветеран на Злату. — И не переживайте за свои семьи! Мы для боярышни и княжича не «мясо», а люди! Я верю каждому их обещанию!
— Спасибо, Кочар! Я помню тебя, — обняла Злата калеку. — Рада, что ты на ногах. И службу для тебя в «Племени» обязательно подыщем. Прав ты: нужно становиться сильнее, чтобы подобное не повторилось.
— Если мой сын так говорит, — вышел вперёд старик, до этого тихо стоявший в толпе, — то ему верить можно. Кочара знают многие, и он слов в пустоту не бросает. Кажется, люди, мы зря пришли сюда.
Народ немного поразмышлял и стал постепенно молча расходиться.
— Подожди, — остановила Злата женщину с дочерью. — Шокрия, кажется?
— Да, госпожа, — настороженно ответила та.
— Я смотрю, ты здесь самая активная. Есть задание для тебя. Никто лучше таких, как ты, не поймёт всю ситуацию после потери кормильца. Составь списки необходимого семьям в первую очередь. Если со временем их нужно будет дополнить, не стесняйся: смело приходи ко мне. Справишься?
— Да, госпожа. Завтра займусь.
— Не торопись. Ты потеряла близкого человека. Оплачь его.
— Я не могу тихо горевать, госпожа. Поэтому и пришла сюда сегодня. Извините, госпожа.
— Я тебе дам свой личный номер «Ведуна». И можешь просто называть меня по имени. Теперь ты в моей личной команде, а в ней не принято кланяться друг другу.
— Спасибо, гос… Злата. Вы, правда, не бросите нас?
— Кровью, своими нерожденными детьми клянусь!