Игорь Лахов – Барон из МЧС (страница 49)

— Не знаю. Повторю ещё раз: память отшибло капитально. Но, судя по тому, что мне рассказали о моих прошлых приключениях, сдвиг есть.

— Сдвинутый не может сдвинуться.

— В лучшую сторону. Понимаю, что жил весело, но недостаточно, оказывается. У спасателей всё круче.

— Тут ты, Данила, не изменился. Как любил во всякие неприятности попадать, так и любишь. Я когда разрешение на отправку тебя в Имперскую Школу Спасателей подписывал, надеялся, что немного остепенишься. Выбьют всю дурь там из тебя. Ну, или попытаются.

— Какое разрешение? — не понял я.

— Ты же ещё несовершеннолетним был. Стандартная процедура. Теперь уже полностью отвечаешь за свои действия. Учти на будущее. Вляпаешься — помогать наш Род не станет. Пусть ты и считаешься номинально Горюновым, но только на бумаге.

Чёрт! А я ведь совсем забыл про свой День Рождения. Мой-то прошлый осенью был. Вступил в совершеннолетие и даже не отметил это дело. Да и неважно. Главное, что терзать меня родственники не будут. Окажусь у них под крылом, обязательно где-нибудь проколюсь. Играть на глазах у близких родственников Данилы долго не получится.

— Что ж, отец, — как можно беспечнее ответил я на его предупреждение. — Учту на будущее. Вы сами по себе, а я сам. Если тебе больше нечего сказать, то я пошёл?

— Даже про мать и сестёр не спросишь?

— А смысл? Всё равно никого не помню. Но привет передай. От меня не убудет, а им приятно… Наверное, приятно. Спасибо, что из Рода не убрал. Я запомню эту услугу на будущее. Авось и помогу, когда нужен буду.

— Да я лучше у элементалей помощи попрошу, — саркастически усмехнулся барон Горюнов. — От них её и то быстрее дождёшься. Твои обещания слишком лживы. Прощай, сын! Не знаю, что из тебя вырастет, но надеюсь, не дерьмо.

— Прощай, отец. По идее, должен извиниться за свои прошлые поступки, но не буду, так как…

— Ничего не помнишь, — перебил он. — Я догадался. Будь жив!

С этими словами отец покинул меня, так и не приблизившись, не пожав руку или не хлопнув по плечу. Должно быть обидно. Только пусть уж лучше так, чем эти родственные нежности с чужим мне человеком.

Ну а ещё через день нашу группу притащили во дворец. Величественное и одновременно вычурное здание поразило своей красотой. Явно не гастарбайтеры строили, а мастера своего дела, начиная от архитектора и заканчивая последним каменщиком.

Внутри него оказалось и того круче. Обычно много золота в интерьере смотрится слишком по-цыгански, но тут неизвестные дизайнеры смогли стильно соединить и дорого, и богато. Сам прикупил с удовольствием такой домик, если бы имел хреналлион миллионов.

Вопреки ожиданиям, нас повели не в какой-нибудь церемониальный зал, а в пусть и просторную, но ничем не выдающуюся комнату, больше напоминающую рабочий кабинет большого начальника, чем место для награждения.

В кабинете уже сидели наши высокопоставленные кураторы и ещё один сухонький старичок с генеральскими погонами спасателя. С виду дедушку соплёй перешибить можно, но как только я посмотрел в его глаза, то понял, что это самый опасный персонаж из всех присутствующих здесь. Признаться, такому не то что перечить не хочется, но и через бетонную стену на него косо смотреть боязно.

— Вот вы, орлы какие, — без тени улыбки начал он. — С виду дебилушки, за исключением инструкторов, а отличиться смогли на ровном месте. Кто не знает, то я князь Ломакин Осип Семёнович. Начальник штаба Имперской Службы Спасателей. Запомните моё лицо хорошенько. Кому из вас удастся стать офицером, готовьтесь, что лично стружку снимать буду. Тупым рубанком и с самых нежных мест. Ну а пока слегка можете расслабиться.

Сейчас пожалует Его Императорское Величество Александр Пятый. Если кто из вас, утырков, будет ныть про тяготы службы, то готовьтесь к огромным неприятностям.

— Господин генерал, разрешите обратиться? — по-уставному ответил я. — Но нам сообщили, что с императором необходимо говорить искренне, ничего не утаивая.

— Кто такой?

— Курсант Горюнов!

— Это тот, кто с серпом?

— Так точно.

— Отдельно тебе, Горюнов, поясню. Если будешь при императоре задавать подобные тупые вопросы, то лично вырву твой серп и оскоплю им. Не хватало ещё позориться перед государем из-за подобного сопляка. Вас для дела вызвали, а не на чай! Эмоции оставьте свои в стороне и…

— Кто тут без моего разрешения ругается? — перебил его вошедший в комнату мужчина средних лет.

Невысокий, крепкий, словно тяжеловес после завершения карьеры. Взгляд ироничный, но при этом не уступает своей жёсткостью глазам князя Ломакина. Не нужно никаких табличек, чтобы понять, кто это. Аура огромной власти, исходящая от него, моментально наполнила кабинет.

— Провожу инструктаж, Ваше Величество, — спокойно ответил главный спасатель. — Мозги вправляю.

— Мозги? — переспросил Александр Пятый. — Если вправляете, Осип Семёнович, значит, они у них есть. Подобное не может не радовать. Итак, господа курсанты, начнём награждение, а потом уже и чаю попьём в приватной обстановке.

Никаких напыщенных речей и положенного при награждении пафоса. Император просто называл фамилии и раздавал коробочки с серебряными медальками. Мы, преданно вытаращив глаза, громко благодарили, отдавали честь и клялись верно защищать Российскую Империю и впредь.

Уложились в пару минут. Примечательно, что ни Якутова, ни Станов ничего, кроме устной благодарности, не получили. Как потом объяснил прапор: то, что для таких инвалидов, как мы — подвиг, для нормального спасателя — простая работа. Круто служат ребята!

Дальше было обещанное чаепитие. На нём, даже без подсказок нашего начальства, сильно захотелось вести себя прилично. Александр Пятый словно соткан из сильнейших энергетических потоков. Несмотря на то, что говорит очень вежливо и с улыбкой, меня не покидало ощущение, будто нахожусь в клетке с сильным хищником, способным в любой момент перекусить пополам любого, кто осмелится вызвать его недовольство. Остальные курсанты ощутили нечто подобное тоже. Да что там курсанты! Даже два генерала и полковник нервничают, хотя и не подают вида.

— Жалобы есть? — первым делом спросил император, отпивая из фарфоровой чашки чай.

— Так точно, Ваше Величество, — тут же ответил я, вовремя не успевший перехватить действие печатей Смерти. — Мало практических заданий. Сражаться с фантомами слишком скучно. Нет чувства опасности. Настоящего боя не ощущаешь.

— Смелый какой, — иронично приподняв бровь, прокомментировал Александр. — Научитесь вначале технике, а потом и практика не за горами. Или вас мало гоняют? С трудом верится. Я прекрасно знаю нагрузки, что дают начинающим спасателям.

— Вы правы, Ваше Величество, гоняют так, что в глазах темно. Но жаловаться на подобное не смею. Лично убедился, что всё нам во благо. Будь учебная программа более мягкая, то не мы награды сегодня получили, а наши родственники — похоронки. Но всё равно дополнительного адреналинчика хочется. Вы уж там похлопочите, чтобы вместо фантомов иногда настоящие твари были.

— Похлопочите? — неожиданно рассмеялся император. — Данила, а вы своеобразный молодой человек! Хлопочут другие, когда я прикажу. Учтите это на будущее.

— Так точно! Готов к хлопотам и днём и ночью.

— Вот и молодец. А остальные курсанты что молчат? Есть что добавить к словам товарища?

Никто не осмелился ответить, дабы не усугублять и так большие нагрузки на тренировках. Судя по взгляду генерала Ломакина и полковника Якутова, они нам уже и так обеспечены.

Дальше пошёл более непринуждённый разговор, которым Александр Пятый искусно управлял, заставив раскрыться притихший молодняк и выуживая из наших ответов необходимую для себя информацию. И ещё он нас сканировал. Это сказал мне Чах, сразу признавший императора не просто сильным человеком, а зачислив в разряд высших.

Когда мы вышли из дворца, то все чувствовали себя выжатыми лимонами. Хоть самих в чай клади. На этот раз поехали не на карантинную базу, а в отель. Причём достаточно дорогой, судя по его обстановке. Лишь только Станов отвалился от нашей группы.

— Ему выход в город запрещён, — пояснила Якутова, когда я задал вопрос про прапора. — Ещё пару лет будет жить на казарменном положении. Урок вам всем на будущее, что не стоит громить ресторанчики и доводить до больницы всякий сброд со связями… Ну или просто старайтесь не попадаться на месте преступления.

— У нас будет выход в город? — спросил Алан, выцепив из слов лейтенанта самое интересное.

— Ага. Два дня на расслабуху, а потом снова за учёбу. И если хоть одна тварь, — выразительно посмотрела на меня лейтенант, — устроит залёт во время отдыха, то лично тому на кулак его же кишки намотаю.

— Или чтобы не попался, — задумчиво ответил я. — Так, кажется?

— Горюнов! Ещё одно слово, и составишь компанию Станову. Уж он найдёт, чем тебя занять.

— Не волнуйтесь. Я просто познаю новые реалии жизни. С головушкой же плохо. Но обещаю вести себя прилично. А вы с нами гулять будете?

— Вот ещё! Дайте отдохнуть от ваших милых рож. Расселяйтесь по номерам, а я к своим поеду. Два дня не тревожить!

Так я впервые оказался один на один с новым миром. Радостина уехала к родственникам, проживающим в столице. Ещё и Зойку с собой прихватила. Старостин закатился к каким-то своим друзьям. Звал и нас собой, но я, в отличие от Алана, отказался. Захотелось в одиночестве побродить по улочкам Ярославля, впитывая в себя его ауру и сливаясь с толпами людей.