Игорь Кузнецов – Деньги улиц. Первые грехи (страница 3)

– Ок, ты прав. Но я бы все-таки остался бы здесь с вами – ответил Дюшес и сев в машину за руль уехал.

– Что за работа? – спросил Тема.

– Интересует? – улыбнулся Кокс.

IV

Пока ребята ехали в больницу Пепел несколько раз приходил в сознание, что-то невнятно бормотал и вырубался снова. Первый раз он пришел в себя, когда ребята еще недалеко отъехали от пустыря, поблагодарил ребят за помощь и вырубился. Второй раз, когда они были на перекрестке, на половине пути к больнице, он хотел, чтобы Дюшес отвез его не в больницу, а домой. Третий раз он пришел в себя, когда машина уже приехала во двор больницы.

– Приехали – сказал Дюшес.

– Куда – еле-еле пошевелил губами Пепел.

– В больничку, я уже брату Сани позвонил, сейчас будет полегче, держись братан – сказал Дюшес доставая деньги из-под автомобильного солнцезащитного козырька, достав деньги он повернулся к Пеплу – Ну ты как?

– Плохо… Не надо было Саню впутывать…

– Ладно, пошли уже. Нам еще в очереди сидеть хрен его знает сколько там человек и еще с бабушками-старушками ругаться. Так кабинет одиннадцать…

Дюшес вышел из машины, открыл заднюю дверь и из нее хромая вышел Пепел. Дюшес подхватил друга под локоть и повел его к дверям больницы.

– Кепку не забудь – бросил Сергей.

– Постой – сказал Дюшес и достав кепку натянул ее на голову.

– А чего ты с ней не когда не расстаёшься или расстаёшься?

– А ты наблюдательный ищейка, она у меня плешину на голове прикрывает.

Пепел засмеялся и сразу схватился за бок.

– Ты че ржешь?

– Да, нет, ничего, просто представил если ты в шестнадцать лысеешь что с тобой в двадцать – двадцать пять будет? Совсем лысым будешь?

– Иди давай, Петросян! – сказал Дюшес подталкивая друга в двери больницы.

– Иду, иду, а над моими словами задумайся.

В коридоре больницы было не многолюдно, но шумно. Две бабульки с палками обсуждали между собой свои давние, старческие болячки, несколько человек туда сюда возили людей на инвалидных колясках, три женщины зрелого возраста сидели и причитали над мальчишкой лет пяти у которого из ноги выпирала кость, четверо молодых спортсменов чересчур пышущих здоровьем стояли около кабинета дерматолога и весело заигрывали с мимо проходящими медсестрами и молодыми студентками медколледжей и мединститутов. Вообще присутствие здесь этой четверки было весьма странным, как если бы на поляну, где происходят бандитские разборки явились бабульки лет восьмидесяти наперевес с битами. Тесные коридоры старого ветхого здания были полностью пропахшие затхлостью, таблетками, и запекшейся кровью.

Парни подошли к кабинету дежурного хирурга, остановились возле него, прочитали объявление на двери кабинета одна из женщин хотела начать ссору, но Пепел остановил ее одним движением руки и ребята прошли дальше. Они шли по коридору пока им на встречу не вышел лысый мужчина в очках примерно на минус три – четыре и в белом халате, он выглядел лет на двадцать пять.

– Вот будешь как он, лысый – прошептал Дюшесу Пепел.

– Да пошел ты.

– Пеплов и Савицкий? – спросил врач.

Парни синхронно кивнули, и врач открыл перед ними дверь. Они зашли в кабинет, и лысый закрыл за ними дверь. Парни прошли во внутрь кабинета, ближе к окну и сели на кушетку, которая стояла возле шкафа с лекарствами.

– Я даже спрашивать не буду что с вами случилось, захотите сами расскажите, мне главное, что за вас брат поручился, по крайней мере за Пеплова, я так понял ты его друг – не смотря на парней сказал доктор и прошел к письменному столу.

Он открыл верхний ящик стола и выудил из него листок бумаги. Развернув его, он прочитал содержимое, потом посмотрел на Пепла, потом опять на листок, потом на Дюшеса и опять на листок.

– Кто больной проходит и садиться в кресло , кто здоровый ждет за дверью – сказал врач, выходя из-за стола.

Пепел встал и похромал к креслу, но тут же упал. Дюшес подбежал к другу, поднял его и усадил его в кресло. Серега уселся, и врач натянул на его голову резиновый обруч, а Андрей Савицкий тем временем вышел из кабинета.

На протяжении тридцати минут Дюшес ходил возле кабинета и не находил себе место. Когда наконец Пепел вышел из кабинета Андрей подбежал к нему и усадил его на кресло возле кабинета, а сам зашел к врачу.

– Ну что доктор как он? – спросил он врача.

– Легкое сотрясение мозга, обширные гематомы, вывих локтя – пробубнил доктор – недельку дома пусть отлежится и пусть гематомы мазью мажет, я ему дал.

– Сколько мы должны?

– Нисколько мне достаточно того, что за вас поручился Саша. Так и не скажите что случилось?

– Да, у него с сестрой что-то, какие-то парни ее обижали, ну мы и разобрались, только вы Сашке не говорите о причине.

– Понятно, до свидания.

– Спасибо – поблагодарил Дюшес и вышел из кабинета.

Выйдя из кабинета Дюшес взял под локоть Пепла, и они оба поковыляли к выходу.

V

На Месте было солнечно, солнце светило в глаза, тем самым ослепляло. Место – небольшая ровная площадка, размером в небольшой продовольственный склад, на окраине площадки находятся два старых кирпичных гаража, между гаражей был натянут тент, а под ним стоят два угловых дивана и натянутый между гаражей гамак, посередине места стоят различные турники и брусья, на одном из турников висела самодельная груша из старых покрышек. Лучшего места для дислокации найти было нельзя, и ребята давно облюбовали это место, тем более один из двух гаражей являлся в собственности Темы. Второй являлся полуразрушенной заброшкой.

На Место, на с гулом заехали байкер во всем черном и спортсмен с веснушками на лице, одетый в синий рашгард, голубые джинсы и белые кеды. Оба были чем-то загружены и по прибытию завезли в один из гаражей. Выйдя из гаража, они направились к турникам.

– Ну чего ты решил то, а Тем? – спросил Дыня.

– Ну думаю подход на турнике, раз пятнадцать, а потом уже брусья раз двадцать пять – ответил байкер, запрыгнув на турник.

Тема подтягивался с серьезным лицом, но мысли ни как ни не хотели приходить в порядок.

– Ну я не знаю, что делать, с одной стороны, я же съехал от родителей, а они тем временем в Канаду смотались, да еще я с ними в контрах, материальной помощи поэтому никакой нет, а жить то на что-то надо, причем именно жить, а не существовать. С другой же стороны наши потенциальные работодатели бандиты, моральные уроды и наркодилеры и это меня сильно отталкивает – сказал Дыня, прислонившись спиной к турнику.

– Дэн я тоже не знаю, но вообще надо парней подождать, а там уже с ними решить будем мы работать или нет, я тоже нахожусь в замешательстве: во-первых, бабушка после инсульта совсем плохая стала, во-вторых, лекарства дорогие, в-третьих, денег вечно не хватает, в-четвертых, от работы в фаст-фуде много не заработаешь. С другой же стороны, как ты и сказал они не очень добросовестные люди что и отталкивает – спрыгнув с турника сказал Тема.

Ребята переглянулись и направились к диванам. Тема достал из кармана кастет и положил его за спинку дивана сам же лег на него отдыхать. Дыня сел на другой диван и начал разматывать с рук боксерские бинты, размотав бинты и освободив руки он замотал их в аккуратные свитки и бросил их все за тот же диван.

– Тем, а если я тебе предложу будешь?

– А че есть? – оживился Тема.

– , будешь?

– А давай… Ты надо мной стебаться не будешь, а если она у тебя и в правду есть, ты ее аккуратненько так выкинь.

– Точно, наркотики – вред здоровью! – он достал пачку сигарет и протянул их Теме – кури только табак.

– А табак не вредит, а наоборот прибавляет здоровье? – рассмеялся Тема и достал из кармана пачку сигарет – У меня свои есть.

Тогда Дыня убрал сигареты в карман.

– А ты че не будешь? – спросил Тема – Режим не позволяет?

– А не позволяет.

– На хрена тогда сигареты носишь?

– Хочу и ношу законом РФ это не запрещено, и вообще ты же знаешь я иногда от настроения покуриваю, а сейчас его нет.

На место въехал старый жигуль и из него синхронно вывалились Дюшес и Пепел.

– Здорова, братья – крикнул Пепел.

– Привет братишка – ответил Тема – подштопали?

– Ага.

– Сиги будите? – протянул зажигалку и сигареты друзьям Тема.

– Я не буду, батя унюхает такой пистон мне вставит мало не покажется, а то и лишит чего ни будь, например красивого молодого лица и сделает из него подбитое молодое лицо – ответил Дюшес.