Игорь Курносов – Борьба за Землю. Том 2 (страница 5)

– Если вы дошли до этого сами, то где вы берете гилцар, ведь запас, найденный вами не бесконечен. Воссоздать его не получилось ни у кого, общение, торговля, все рухнуло. У кого было много планет, но на больших расстояниях, объявили независимость, поскольку центральная власть пропала.

– То есть, что мы могли получить гилцар, вы даже не рассматриваете?

– Не смешите меня, – начал шайл, но посмотрев на снисходительную улыбку на лице человека, осекся, – этого не может быть.

Глава разведки землян что-то набрал на коммуникаторе, и через несколько секунд дверь открылась, и вошел десантник.

– Принесите, пожалуйста, fortuila crepitus, – попросил он, и откинулся на спинку кресла, и с легкой улыбкой наблюдая за нетерпением Шаахая, который ерзал в кресле.

Через пять минут вошел десантник и поставил на стол цилиндрический контейнер из стекла, по краям которого были металлические заглушки, а в центре было кристаллическое вещество, очень похожее на гилцар, но с другим оттенком.

– Мы его назвали fortuila crepitus, и именно его мы используем в новых двигателях, соответственно производством топлива мы занимаемся сами, и никакого склада гилцара у нас нет, и закончиться он не может.

Командующий шайлов переводил взгляд с цилиндра на человека и обратно, и не мог поверить в то, что видели его глаза. Все известные ему расы бьются две сотни лет в попытках воссоздать гилцар, а здесь ЛЮДИ создали вместо него что-то свое и оно работает. Какие перспективы… И вдруг он понял, что они потеряли, затеяв переворот против действующей власти, а ведь могли попробовать стать партнерами или союзниками, проводниками в галактический мир, а теперь…

– Можете взять поближе и рассмотреть. Он не фонит, как ваш вариант топлива, мы уже забрали весь запас с крейсера и поверхностно осмотрели его.

Шаахай было вскинулся, обокрали его корабль, пока он здесь занят разговором, но тут же остыл, крейсер больше не его, все, что на борту, кроме команды тоже. Что теперь с ними будет, он так просчитался, хотя как раз он хотел выходить на связь с правительством, а его заместитель был за новое лояльное им правительство и использование системы как ресурсной базы, конечно идея была хорошая, если бы не жестокая реальность. Когда он расскажет ему правду, тот захочет уйти из этого мира, но ему этой чести никто не даст, пусть помогает расхлебывать то, во что мы все вляпались.

– Нет, спасибо, – сказал Шаахай, – мы совершили непростительную ошибку…

– Мда… Вот и что мне с вами делать? – сказал Стрельцов, – с одной стороны первый контакт с внеземной расой, с другой, агрессор, похищение людей, попытка вооруженного переворота, и нападение на флот.

Стрельцов сидел, смотрел на шайла, и думал добить его или чуть позже, лучше ковать железо пока горячо, улыбнувшись, решил он.

– Скажите командующий Шаахай, – начал глава разведки, – вы сказали, что тысячу лет в космосе, а почему сами не делаете корабли, а заказываете их у явнов?

На шайла было очень смешно смотреть, представьте ящера с крокодильими зубами, замершего с приоткрытой пастью и выдававшего шипящие звуки. Стрельцову было крайне сложно держать лицо кирпичом, но он справился.

– Оооткуда? – с трудом проговорил шайл.

– Я вам уже несколько раз говорил, что мы полностью контролируем крейсер, не просто, что-то открыть или закрыть, выключить связь либо сделать какую-то бяку, а п-о-л-н-о-с-т-ь-ю. Нам даже не надо заходить внутрь, чтобы скачать всю базу данных, звездные карты, бортовой журнал, абсолютно все.

Стрельцов еще раз лицезрел замершего шайла, с приоткрытой пастью.

– Я вам даже больше скажу, мы о корабле знаем больше, чем вы, – продолжил добивать Шаахая глава разведки, – вы же не знали, что в системе корабля закладки, поставленные на верфи «Лиун-5», очевидно вы им сделали что-то плохое, раз они решились на такой шаг.

– Да, они не согласились сделать скидки на переоборудование корабля, – сказал шайл, – и мы не заплатили всю сумму за работу.

– Ну, вот и получили результат, очевидно, они ожидали от вас чего-то такого и подстраховались, а после того как убедились в своих подозрениях, закладки остались. Наши специалисты их сейчас изучают, но навряд ли это что-то хорошее. Никто и никогда не гадит на верфях, себе дороже, причем иногда смертельно.

Стрельцов смотрел на командующего флотом пришельцев и понимал, что на сегодня для шайла впечатлений хватит.

– Я думаю, на сегодня хватит, вам есть о чем подумать и переговорить с командой, давайте встретимся завтра, и продолжим разговор. Если вы не против, то вас проводит кто-то из десантников, а я еще посижу, поработаю, сами понимаете, после битвы дел прибавилось.

Шаахай стоял, что-то обдумывая, потом видимо решившись, обратился к Стрельцову.

– А есть ли возможность мне осмотреть корабль, – спросил он, – я понимаю, что после всего, что мы сделали, это может показаться наглостью, но я хочу собрать максимум информации о вас, я имею в виду действующее правительство, к которой у нас доступа не было.

Стрельцов задумался, отказать просто, но показать им, что они потеряли, выбрав сторону заговора, идея не плохая, ведь нормальное общение с проигравшей стороной, это тоже демонстрация силы.

– Хорошо, только я не смогу устроить экскурсию сам, дел вагон и маленькая тележка. С вами будет десантник и Персей, это ИИ корабля, я думаю, из него будет самый лучший экскурсовод.

– У вас на корабле есть ИИ? – спросил шайл, у него прям, сквозило неподдельное удивление, – вы же уничтожали скайдеров из-за искусственного интеллекта.

– Не совсем так, – ответил Стрельцов, – скайдеры, это ИИ, который разрабатывала корпорация, как у Штольца, не справилась, упустила процесс и он вышел из под контроля. Поэтому после войны разработкой ИИ могло заниматься только государство, и оно справилось с задачей.

– Понятно, у меня этой информации не было, хотя ею никто и не интересовался, а зря.

– Персей, проведешь для нашего гостя экскурсию по кораблю? – спросил Стрельцов у ИИ.

– В комнате появилась голограмма человека в форме космофлота, – покажу, и расскажу, что возможно, – сказал ИИ, разворачиваясь к пришельцу.

– Командующий Шаахай, – обратился Персей к шайлу, – прошу за мной. И направился к выходу из помещения.

Глава 3

Глава 3

Ранее

Ну что, Рия, как тебе кино? – спросил ее Джек, – ничего, что мы посмотрели сразу два фильма, романтический и комедийный? Какой тебе больше понравился?

– Все хорошо, были интересны оба, – ответила она, вспоминая свидание.

Как только она дала свое согласие на свидание, Джек засуетился, бегая между столовой, где сооружал бутерброды, делал попкорн и чипсы, и комнатой отдыха, куда приносил еду, заставляя стол. Место он выбрал в центре подковообразного стола, где было три кресла, в первое усадил ее, голограмму конечно, в следующем развалился сам, а на подвинутое соседнее, закинул ноги.

– Эх, мониторы маленькие, еда загораживает, – сказал, расстроившись, Джек, – сейчас бы большой экран.

– Не вижу проблемы, это же не только комната отдыха, но и предусмотрена для совещаний, – сказала Рия, включая огромный экран на стене, – теперь переключаем изображение на него и все.

– Рия, ты чудо! – воскликнул Джек. Первый фильм будет романтический.

– Первый? – спросила ИИ.

– Не порть момент, – отмахнулся он, – тебе понравится. Попробуй не просто механически прогнать фильм перед собой, а прочувствовать его, сопереживать героям. Тебя не просто создали модернизированной, ты должна научиться, лучше чувствовать людей, сразу станет легче понимать нас, считай это своего рода продолжением обучения.

И Джек оказался прав, когда она попыталась именно прочувствовать, а не как привыкла проанализировать поведение героев, и это открыло для нее совсем другое понимание людей, в том числе Джека с его необходимой ему эмоциональной разгрузкой, после нескольких дней за тренажером. Но это получилось у нее не сразу, сначала не могла настроиться на «волну», но поскольку она была ИИ, то могла прокручивать в памяти просмотренные моменты множество раз, сопоставлять с поведением Джека, наконец, ей удалось разобраться с человеческими эмоциями, и ближе к концу фильма она уже полностью отожествляла себя с героями картины.

Первым был фильм о девушке легкого поведения, в душе остававшейся романтиком и мечтающей встретить принца на белом коне, который нашелся в лице богатого бизнесмена. Общаясь с девушкой, он влюбляется в нее и даже меняется, как человек в лучшую сторону. Вторым фильмом была комедия про мужчину романтика, который найдя волшебную маску, становился очень сильным, но оставался добрым и веселым. В конце тоже нашел свою любовь, и маска ему больше не понадобилась.

Смотря второй фильм, она уже испытывала эмоции и смеялась вместе с Джеком, а он, видя это, пытался в самые смешные моменты толкнуть ее локтем, показывая на экран, и предлагал чипсы. И даже не заметил, как один раз назвал ее Милли.

– Откуда у тебя эти фильмы? – спросила Рия, после прокручивания воспоминаний, – там явно Земля, но очень старая.

– Да, примерно двадцать первый век, – ответил Джек, – это мое наследство, там огромная коллекция. Когда был маленький, смотрели детские фильмы о добре и зле, по мере взросления они менялись, но всегда заставляющие думать, чувствовать, не становиться роботом без эмоций.