Игорь Кулаков – Восставшая из гроба 5 (страница 40)

Москва. Клиника. За некоторое время до звонка на Лубянку.

Михаил спокойно лежал в своей кровати и тупо пялился в белый потолок.

Он уже зрительно изучил каждый изъян, каждую ямку в интерьере. Знал на какой высоте окрашены стены и в каком месте под линолеумом самые скрипучие половицы.

— Та-а-а-ак! Давы-ы-ы-ыдов! — строго по часам в тихую норку укушенного, которая Мишке чем-то напоминала коробочку для жучка, явилась та самая «фея в белом халате» с амбарным журналом назначений в руках.

— Господи помилуй, только бы не какую-нибудь клизму! — мысленно взмолился Давыдов, потому что по хитрой садистской мордашке необъятной мадам, сложно было предугадать её истинные намерения.

Бедолага уже прошел не девять и не двадцать кругов какого-то бесконечного ада, а наверное все сто. Медики с превеликим упорством искали, рыли, копали в нём следы неимоверно хищного зверя, коим он даже не являлся!

«Фея» же издевательски извлекла из своего кармана бесконтактный инфракрасный термометр, поднесла его ко лбу Михаила словно пистолет, ловко измерила температуру, записала данные в журнал и, противно почесав пальчиками в медицинских перчатках свою переносицу, счастливо вздёрнула бровями.

— Ну что же… температура у вас в норме, значит сделаем сегодня забор крови на иммунограмму и фагоцитоз, — с этими словами, сунув подмышку амбарный журнал, счастливый «колобок» укатился, оставив Давыдова на какое-то время одного.

— Кровососы, — буркнул он ей вслед… но дамочка это уже не услышала.

Доброе спокойное утро тупого созерцания потолка было в очередной раз нагло испорчено новостью о какой-то там иммунограмме… и фагоцитозе.

Давыдов вытянул перед собой обе руки и обозрел синяки на локтевых сгибах и запястьях.

— Опять эта дура будет искать вены и опять промахнётся… — он недовольно сморщил фейс.

Не прошло и пяти минут, как в палату Давыдова вновь явилась та же пышечка, только уже без журнала, зато с набором каких-то колбочек, баночек и прочей хрени на подносе.

Нагло сдвинув кружку с водой к краю тумбочки Михаила, «феечка» разместила свой гестаповский наборчик, взяла жгут и скомандовала:

— Руку!

Вот бы ей самой наложить этот жгут… только не на руку… на шею, — Мишку вдруг так ясно торкнуло. Он осмотрелся, — Охрана ведь за дверью. Никто не увидит. Сдохнет по тихому… Но что такое жгут на шею? — Давыдов послушно приготовил руку, сжал кулак и начал наблюдать за дамочкой, как её ловкие пухлые пальчики умело на автомате делали своё дело, — А на её место придёт какая-нибудь другая… ведьма всем ведьмам ведьма. Нахрена мне это надо? — тут прозвучал щелчок фиксатора.

— Работаем кулачком, — скомандовала пышка.

Мишка разжал кулак и тут как хвать, цап «фею» за руку и крепко-крепко стиснул челюсти.

Та в дикий ор.

В палату ворвалась вооруженная охрана.

И так бы пустили пулю в висок, да вот же ж незадача… Убивать подопытного было строго-настрого запрещено. Максимум расцепить и спеленать. Чем, собственно говоря, и воспользовался Давыдов, смекнув про свою мнимую, но всеми предполагаемую «значимость для науки». Уж очень порезвиться захотелось.

В голове Михаила и раньше не раз проскальзывала такая мысль — закосить под реального упыря, но всё не решался. А тут просто доканало всё! Всё на свете. Да и терять уже было нечего.

Пока послушника в буквальном смысле отдирали от орущей медсестры, он попутно успел ещё сделать пару укусов… и даже хищнически рыкнуть…

Глава 23

Близкие — далекие

Глава 23 — Близкие — далёкие

Москва. Клиника, где произошло ЧП.

…О-о-о-о! Как же был морально счастлив Мишка, пока его принудительно не отправили в медикаментозное «Царство Морфея».

Да, досталось ему — был бит, связан и привязан. Даже потерял один зуб. Правда не клык. Но зато, как он сладко и щедро «вознаградил» за свои страдания самых «любимых» и «близких» по местонахождению к нему людей, решив разделись с ними все прелести остатка «наипрекраснейшей» жизни в качестве подопытных зверушек — это просто блеск!

Москва. Большая Лубянка. Управление ФСБ РФ.

— Вот вам и результат, — Георгий Валентинович не стал откровенничать подробностями, которые Псковскому коллеге были ни к чему, — Никогда! Никогда не знаешь, в какой момент их бомбанёт и накроет. Это вам понятно? — он недовольно рыкнул, — Всех ваших готов «на карандаш»! — более заниматься болтологией по видео-чату московскому начальничку было некогда и не о чем, а посему, поспешно свернув разговор, он как ошпаренный соскочил с кресла и сам лично направился в клинику, где сейчас по докладу ответственного вместо одного подопытного укушенного святоши появилось ещё как минимум двое из персонала — «феечка» и кто-то из охраны, — Какой-то зомби… тьфу… — офицер матюкался про себя, —…упыре-апокалипсис. Множатся твари и кусаются. Б***, угораздило же, — фантазия мужчины, который не брезговал читать и смотреть что-то в жанре постап, рисовала жуткие моменты, схожие с фильмами-ужасов, где орды зомби-вампиров с окровавленными мордахами наступают, тянутся к своим жертвам дрожащими руками, пожирая их голодными глазами… И лишь одно сейчас успокаивало душу чекиста — всех укушенных в клинике, согласно переданным данным, своевременно «спеленали» и отправили в сон, прикрепив надёжно к кроватям. Только вот надолго ли?

После произошедшего ЧП и доклада Псковского ФСБ-шника про готов, под подозрение стали попадать все… начиная от представителей любых «сомнительных» с точки зрения спецслужб субкультур и не только в центральной части России, но и в самых отдалённых уголках страны, заканчивая любыми зафиксированными случаями укусов человека-человеком и не важно при каких обстоятельствах. Также был усилен контроль за лечебными учреждениями, моргами и той частью пищевой промышленности, которая была связана с убоем скота, где можно было легко завуалировать кровавые действа. Не остались без внимания всевозможные секты на территории России… их ритуалы и обычаи, а также та информация, которую они дико навязывали населению.

Краснодарский край. Черноморское побережье. Июнь, 2021.

— У-у-у-у! — Артёмка выскочил из воды, покрываясь огромными мурашками и продолжая ёжиться от холода, — Б-р-р-р-р! — у него зуб на зуб не попадал.

Аж губы у бедолаги посинели.

И действительно, несмотря на приятное рассветное тепло в Российских субтропиках, водичка в том месте, где Сазонов сделал очередную остановку, дабы отдохнуть без посторонних глаз на пока ещё пустынном пляже, была невероятно бодрящая. То ли сказывалась близость горной речки и именно в этом месте били подземные ключики, то ли рано по утру вода ещё не успела прогреться и воздух был свеж… а может быть, и всё вместе.

— Ничего-о-о-о! Привыкнешь, — рассмеялся папаша, который сидя на раскладном кресле возле туристического столика под тентом близ прицепа-каравана, медленно потягивал полезный для его здоровья фруктово-овощной коктейль, — Вон, возьми, — кивком головы Сазонов указал юнцу на свободное раскладное кресло из того же набора, где его приёмного сынка уже ожидало большое сухое махровое полотенце, — Оботрись, присядь и выпей коктейль! — он поспешил налить из кувшина витаминную сладость в чистый стеклянный стакан.

Готов был показать парнишке весь мир, но из-за введённых ограничений в связи с пандемией, он ограничился Черноморским побережьем Кавказа, о чём ещё ни разу не пожалел. Всё складывалось так, как древнему упырю было нужно. К тому же некогда было засиживаться в Пскове, ожидая, когда Артёму сделают загранпаспорт. А это — процесс не быстрый.

Вот только действительно-ли папаша так искренне не чаял души в своём приёмном сыночке?

Увы… и ах! Везде были свои подводные камни.

Вряд-ли бы хоть когда-то, хоть один древний упырь стал с любовью и нежностью заботиться о смертном, если бы не видел в этом свою личную выгоду. Ведь, даже дамочки из «высших», а в особенности Айвтина, эта грозная мадам, изначально в портрете Артёма, который нарисовал Твантар, увидела не какого-то постороннего человека, а именно древнего кровопийцу в молодости.

Поэтому, да… сейчас клыкастый именно играл, причём играл настолько правдиво, что порой сам верил в то, что он любит этого мальца, как своего кровного сына, мастерски вживаясь в роль.

Несмотря на то, что древний клан сейчас был разбросан по России — кто где, Твантар держал при себе самое главное — своё будущее.

Прожить без документов, после имитации отхода в мир иной Сазонова Н. Е. по биологическому возрасту смертного, «высшему» конечно же можно было… Например, поселиться где-нибудь в глухомани и коротать свои века-тысячелетия подальше от цивилизации, не зная проблем. Правда, для этого Твантару пришлось бы лишиться множества благ и нажитого состояния, чего вкусившему после последнего пробуждения прелестей нынешней обеспеченности в жизни уж очень не хотелось.

— Ну что? Какие у нас на сегодня планы? Махнём по маршруту в горы или проведём день на пляже? — Сазонов запустил на своём гаджете прогноз погоды для данной местности, — Оставим машину с прицепом на платной парковке и вперёд? — он продолжал развивать мысль, — Будем наслаждаться горными вершинами? А? Как тебе идея? — с задоринкой в глазах, он уставился на Артёма, который, закутавшись в теплое полотенце, был похож на разбуженного дождём совёнка.