Игорь Ковриков – Битва на Земле (страница 36)

– Вы звали меня, мой Фюрер, и я пришёл! – громко сказал он.

Вождь германского народа склонился над огромным столом, на котором была расстелена карта. Он поднял голову и, увидев Гейдриха, улыбнулся.

– Проходи, Рейнхард, – произнёс Гитлер.

Он швырнул на стол карандаш, которым делал пометки на карте, и, выйдя из-за стола, двинулся навстречу, что делал крайне редко и только тогда, когда бывал в прекрасном расположении духа. Гейдрих, всю дорогу ломавший голову над вопросом, зачем он сегодня понадобился Фюреру, вздохнул с облегчением.

– Как дела, мой мальчик? – спросил Гитлер, пожимая группенфюреру руку и заглядывая ему в глаза. – Жена, дети… С ними всё в порядке?

– Благодарю вас, мой Фюрер, – ответил Гейдрих. – Все абсолютно здоровы.

– Присаживайся, Рейнхард, – сказал Гитлер, показывая на огромное кресло перед своим письменным столом. – У меня к тебе есть серьёзный разговор.

Группенфюрер уселся в предложенное кресло, а Фюрер опять сел за стол.

– Я хочу поговорить с тобой, Рейнхард, о будущем, – начал Гитлер, пристально глядя на Гейдриха, – о твоём будущем, будущем Рейха и будущем немецкого народа.

– Я вас слушаю, мой Фюрер.

– За короткий срок мы создали великую страну. Мы завоевали всю Европу, а скоро падёт Россия. На очереди Англия, потом Индия и Америка. Весь мир упадёт на колени перед Великой Германией. Я создал новый мировой порядок, и подобного никогда не было на Земле за всю её долгую историю.

Говоря это, Гитлер постепенно повышал голос. Он входил в транс и уже забыл, что перед ним находится всего лишь один человек, а не многотысячная толпа на партийном митинге. Он вскочил со своего места и в волнении забегал по комнате, поэтому Гейдриху тоже пришлось встать на ноги. Гитлер сначала этого не заметил, но, когда вдруг увидел, что Гейдрих стоит, сразу пришёл в себя и успокоился.

– Садись, Рейнхард, – сказал он и тоже сел. – Мы движемся вперёд, но время идёт, и я не бессмертен. Через десять лет я начну стареть, а через двадцать уже могу превратиться в дряхлого старика.

– Не говорите так, мой Фюрер! – пылко воскликнул группенфюрер. – Для нас всех вы всё время будете молодым.

– Не надо, мой мальчик, – улыбнулся Гитлер. – Я знаю, как ты ко мне относишься, но природу не обманешь. В этой ситуации я должен уже сейчас выбрать из своего окружения человека, которому передам знамя нашей борьбы. Мне нужен преемник, Рейнхард.

– Но у вас уже есть приемник, мой Фюрер, – удивлённо произнёс глава РСХА.

– Ты имеешь в виду Рейхсмаршала Геринга? – усмехнулся Гитлер. – Да, номинально он является моим преемником, но согласись, что глупо иметь преемником, того, кто всего на три года младше меня.

Гейдрих поражённо молчал.

– Мне нужен на эту роль молодой, умный и энергичный человек, доказавший свою преданность идеям Национал-социализма. Человек, который поведёт Рейх к новым великим свершениям.

Группенфюрер от изумления не мог вымолвить ни слова.

– Я оглядываюсь вокруг себя, но не вижу рядом никого, кто был бы достоин занять моё место и продолжить мою борьбу, – продолжал Гитлер. – Никого, кроме тебя, Рейнхард.

Гейдрих сидел, как будто поражённый громом, а Фюрер внимательно наблюдал за его реакцией на свои слова.

– Да, да, мой мальчик, – торжественно произнёс он после недолгой паузы. – Я решил, что ты – единственный, кто достоин сменить меня на моём посту. Что ты об этом думаешь?

– Я… я счастлив, мой Фюрер, – еле выдавил из себя Гейдрих и тут же вскочил на ноги. – Хайль Гитлер!

– Ну, ну, Рейнхард, – улыбнулся Фюрер. – Успокойся. Всё уже решено.

– Я клянусь, что вы не пожалеете об этом решении.

– Я знаю, мой мальчик, – ответил Гитлер, – но пока об этом никто не должен знать. Я представлю тебя как своего преемника на партийном съезде, когда наши войска возьмут Москву, а это будет совсем скоро.

Гейдрих представил себе лица Геринга, Гиммлера и Геббельса в тот момент, когда они всё узнают, и еле подавил злорадную улыбку.

– Помни, Рейнхард, что на тебя ляжет огромная ответственность, – произнёс Гитлер.

– Я оправдаю ваше доверие, мой Фюрер.

– Прекрасно, – кивнул Гитлер и ещё раз заглянул прямо в глаза группенфюрера. – А теперь иди, мой мальчик, и да хранит тебя Бог.

Гейдрих наклонил голову, щёлкнув каблуками, чётко, как на плацу, развернулся и вышел из кабинета. Он почти бегом промчался вниз по лестнице и, выскочив из Рейхсканцелярии, сразу сел в свой автомобиль, сильно хлопнув дверцей. Всю дорогу в Управление безопасности мысли, как вихрь, кружились в его голове, и он не мог хладнокровно думать. На ум приходило только одно: его тайная, совершенно недостижимая мечта сейчас вдруг стала реальностью, превратившись из туманного миража в чётко видимую фигуру. Он достиг своей цели практически без борьбы и в один миг обошёл на пути к ней всех своих могущественных конкурентов.

Гейдрих остановил машину у подъезда управления и сразу проследовал в свой кабинет. Он сказал адъютанту, у чтобы тот никого к нему не пускал, запер за собой двери, бросил фуражку на стол, расслабил галстук и опустился в кресло.

Сейчас ему надо было подумать над своими дальнейшими действиями. Неожиданная новость многое меняла. Ради того, чтобы стать Фюрером, Гейдрих был готов на всё, но сейчас абсолютная власть над Рейхом сама упала к нему в руки. Пусть это будет не сразу, но зато для этого больше не надо будет ввязываться в рискованные авантюры.

Когда появился Меш Нерр, группенфюрер понял, что получает огромные военные преимущества в войне с Россией. Но также он надеялся при благоприятных обстоятельствах с помощью инопланетян сместить Фюрера и встать на его место.

Сейчас ситуация изменилась. Несмотря на все сомнения Гейдриха, дела на фронте идут прекрасно. Немецкие танки сегодня прорвали фронт, вплотную подойдя к Минску, и со дня на день ворвутся в него. Потом наступит черёд Киева, и дорога на Москву будет открыта. Война скоро закончится, даже без помощи Меш Нерра и его роботов.

В борьбе за власть над Германией инопланетяне тоже были уже не нужны, поскольку всё решилось, само собой. Мало того, Меш Нерр сейчас из союзника превратился в опасного свидетеля, как и человек, которого он увёз с собой. Что, если они попадут в лапы Гиммлера или Геринга и развяжут свои языки? Группенфюрер знал, как Гитлер поступает с изменниками. Он сразу вспомнил «Ночь длинных ножей» тысяча девятьсот тридцать четвёртого года и боязливо поёжился. Тогда за одну ночь было арестовано и расстреляно более тысячи главарей фашистских штурмовых отрядов, обвинённых в измене. Но в действительности дело было в том, что у лидера штурмовиков Эрнста Рёма был в нацистской партии такой же авторитет, как у Гитлера, и Фюрер, со свойственной ему рассудительностью, справедливо решил, что два Вождя для одной Германии будет слишком много. Рёма схватили одним из первых и уже на следующий день расстреляли в камере мюнхенской тюрьмы «Штадельхайм» без суда и следствия.

Раньше Гейдриху надо было рисковать в борьбе за власть, но сейчас риск был бессмысленным. В этой ситуации надо было кардинально решить вопрос с Меш Нерром, и этим займётся Келер. Возможно, инопланетяне стоят на самой высокой ступени развития и владеют невиданными в настоящее время на Земле военными технологиями, но от неожиданного удара ножом в спину или от метко пущенной пули даже они не спасутся, потому что являются абсолютно такими же людьми, как земляне.

Размышляя об этом, группенфюрер не ощутил даже малейшего укола совести, несмотря на то, что Меш Нерр в настоящее время являлся его союзником. Гейдриху за всю свою карьеру уже не раз приходилось предавать не только своих союзников, но даже близких ему людей. В ту же «Ночь длинных ножей» он руководил расправой над главарями штурмовиков СА и политическими противниками Гитлера, многие из которых раньше были его друзьями, и именно за это он получил внеочередное звание группенфюрера СС. Предательства и провокации были для Гейдриха обычным делом, и на этих принципах он построил всю работу службы безопасности фашистской Германии.

Глава РСХА взял трубку телефона и поднёс её к уху.

– Слушаю вас, господин группенфюрер, – сразу раздался в ней голос телефониста.

– Соедините меня с нашей тренировочной базой в Баварии, – произнёс Гейдрих. – И пригласите к телефону гауптштурмфюрера Карла Келера.

35. Земля. 2444-й год

– Таким образом, точную дату наступления мне выяснить не удалось, поскольку она известна только членам Совета Безопасности, – докладывал вице-президент. – Я только знаю, что наступление начнётся в самые ближайшие дни или даже часы, пока у вас не появились плазморги.

– Вы опять провалили задание, – сказало голографическое изображение Диш Гирра. – Я вынужден завершить наше сотрудничество.

– Умоляю, господин штаб-генерал, дайте мне последний шанс! – вскричал чиновник.

– Говорите тише, пожалуйста, – поморщился приронец. – Я прекрасно вас слышу.

– Дайте мне последнее задание, и я клянусь, что приложу все мои силы, чтобы выполнить его.

– Хорошо, – как бы раздумывая, произнёс Диш Гирр. – Я дам вам поручение, но оно будет действительно последним.

– Я готов ко всему.

– Вы говорили, что имеете допуск на все военные объекты, не так ли? – проговорил штаб-генерал. – Вы отключите купол энергетической защиты над Москвой.