Игорь Королев – Радуга (страница 9)

Безусловно, Володя мог бы накопить к отпуску деньги на машину, если бы не помогал сестре. Но отказать ей с маленькими сыном в поддержке – у Володи даже в мыслях подобного не возникало.

Чтобы обеспечить дополнительный доход Володя устроился на железнодорожную станцию грузчиком. Володя считал, что для него это даже полезно, так как укрепляет его физическую форму. Чтобы заработать как можно больше, физически сильный Володя брал одновременно на плечи по два, а то и по три мешка муки, сахара, картошки, соли и различных других грузов, которые приходили по железной дороге в адрес продуктовой базы.

Между спортивными занятиями и работой грузчиком Володя успевал отдохнуть часа четыре. Он считал, что этого вполне достаточно молодому спортивному организму. А главное – это временно. Он накопит на автомобиль и поедет с любимой девушкой отдыхать к тёплому Чёрному морю. А может даже и сестру с племянником возьмёт.

«Море, яхта, песок, чайки…» – представлял Володя, в очередной раз, нагружая себе на плечи два мешка муки…

Как потерял сознание, Володя не помнил. Когда стал приходить в себя, увидел какие-то трубочки, подвешенные флакончики.

– Такой молодой и уже инфаркт, – услышал он голос снующей вокруг него пожилой женщины в белом халате.

На табурете у изголовья кровати сидела сестра и плакала.

– Где я? – спросил Володя.

– В первой градской, касатик, – ответила пожилая медсестра.

– Что со мной случилось?

– Надорвался ты. Вот сердце то и не выдержало. Инфаркт у тебя.

Володина сестра не могла говорить ничего, она держала его руку и горько плакала.

С этого момента для Володи Ветрова жизнь переменилась. Получив инвалидность, ему пришлось покинуть спорт. Даже в качестве тренера он оказался непригоден.

Его любимая девушка посчитала для себя недопустимым губить свою молодость и красоту.

Володя на всю жизнь запомнил их последний разговор.

– Ты же сильный и принципиальный человек, – говорила его любимая девушка. – Ты же будешь постоянно думать о том, что такая молодая, красивая девушка, как я, живёт с тобой – инвалидом только из жалости, из-за каких-то несерьёзных обязательств. Мы же с тобой даже не женаты. Будешь терзаться тем, что не можешь одевать меня и содержать на том уровне, который я заслуживаю. Ты будешь винить себя за это и постоянно расстраиваться. А я не хочу, чтобы ты из-за меня расстраивался! Я не хочу доставлять тебе даже малейшей капли неудобства! Время лечит. Я знаю, что смогу справиться с расставанием, как бы тяжело мне одной не было. Тебе-то все равно легче. Рядом с тобой сестра остаётся, племянник. Ты же столько для них сделал. Они просто обязаны быть с тобой рядом.

– Да, мне легче, – это были единственные слова, которые Володя произнёс за все время их беседы.

После этого разговора он никогда больше не встречал свою любимую девушку и ничего не слышал о её судьбе.

Сестра не отходила от Володиной кровати. Сначала в больнице, а потом дома она ухаживала за ним так, как может ухаживать, наверное, только родная мать за больным ребёнком.

Постепенно Володя поднялся и окреп. Им с сестрой тяжело было жить на его пособие по инвалидности и её зарплату нянечки.

Однажды, войдя в положение Володи, один знакомый, довольно крупный чиновник, предложил ему вахтовую работу на Севере. Для Володи была подобрана специальность, исключающая физические нагрузки. Он прошёл краткий курс обучения и был назначен заправщиком на подбазу номер два.

На подбазе, благодаря своей рассудительности и обширному кругозору, Володя в скором времени получил кличку Стратег.

Чтобы как можно больше денег пересылать сестре, Стратег отказался от вахтового метода работы. Он постоянно проживал на подбазе, что позволяло ему фактически всегда быть на работе, и Стратега оформили заправщиком на две полные ставки.

Его вполне устраивала такая работа. Раза два в день он заправлял вертолёты, а остальное время либо собирал в тайге, вблизи подбазы, грибы и ягоды, либо играл с мужиками в шахматы или нарды, либо просто отдыхал.

Постепенно, то ли от безделья, то ли чтобы убить время, Стратег начал курить, а позже даже стал позволять себе с мужиками выпить в честь какой-нибудь знаменательной даты, а потом и просто за компанию.

17.

Егор в сопровождении Стратега осмотрел все оборудование пункта выдачи авиаГСМ и, не считая незначительных замечаний, остался доволен его техническим состоянием. Было видно, что Стратег очень хорошо следит за оборудованием. Все было чисто, на фланцах насосов отсутствовали подтеки, везде, где необходимо висели соответствующие бирки.

Проведя технический осмотр оборудования, и замерив объем авиакеросина, фактически находящийся в резервуарах, Егор направился в столовую, где его прихода уже ожидал бухгалтер с папками документов.

Рядом со столом с документами стоял стол с закусками, среди которых наряду с водкой появилась ещё бутылка армянского коньяка.

Егор снял тулуп и присел за стол с документами. Бухгалтер схватил со стола рядом коньяк и стопку и подскочил к Егору:

– Егор Викторович, коньячку с мороза? Пятьдесят грамм для сугре́ву, а потом и за работу?

– Спасибо, пока не до этого! – осадил Егор бухгалтера. – Показывайте документы.

Бухгалтер, как волшебник-фокусник стал перебирать папки, открывать-закрывать их твёрдые картонные обложки, произнося, как заклинание, какие-то цифры.

– Хорошо, достаточно, – остановил Егор бухгалтера. – За какой период документы?

– За двенадцать месяцев прошлого года и два текущего, – бухгалтер стоял перед Егором, несколько ссутулившись и наклонившись вперёд.

– Оставьте папки и можете идти. Если будете мне нужны, я Вас позову, – Егор придвинул к себе и открыл первую папку.

– Но Владимир Владимирович дал мне указание…

– Можете идти. Я скажу Владимиру Владимировичу, что отпустил Вас, – прервал Егор бухгалтера.

На листе быстро вырастали столбики цифр. Егор считал приход и расход авиакеросина. Результаты подсчёта привели его в замешательство. «Ничего себе, – подумал Егор, – недостача четыреста тонн. Лихо! Интересно как это они умудрились?»

Первым делом Егор закрыл и опечатал все краны и задвижки, отключил от питания все насосы, опечатал электрощитовую насосного отделения и все люки на резервуарах. На пункте выдачи ГСМ появилась табличка «Закрыто».

Егор составил акт осмотра с фиксацией недостачи и вошёл в кабинет начальника подбазы.

– Переписывай! – требовательно сказал Баранов, прочитав акт.

– То есть? – удивился Егор.

– А то и есть. Не перепишешь – хуже будет! Я тебе не интеллигентишко какой-то, я церемониться не буду! – угрожающе повышал тон хозяин подбазы.

– Вы вообще отдаёте себе отчёт в происходящем? – возмущённо начал Егор. – На вверенном Вам объекте выявлена крупная недостача авиационного керосина. Я запретил эксплуатацию объектов ГСМ. Вам придётся отвечать, а Вы ещё пытаетесь на меня повышать голос. Подписывайте акт – мне надо возвращаться в посёлок.

– Слушай, пацанчик, – Баранов сверлил своими хитрыми поросячьими глазками Егора, – не кипятись. Иди, сядь, покушай, выпей, закуси и, как следует, подумай. Даю тебе время до утра. Без моего ведома, ты отсюда не уедешь. Если перепишешь акт – моя благодарность не будет иметь границ в разумных пределах. Не перепишешь – я отправлю тебя в посёлок, но до посёлка ты не доедешь. Может по весне, когда снег сойдёт и найдут тебя, а может и не найдут – зверье растащит. Надо жить дружно. Мы здесь одно большое дело делаем – Север осваиваем.

Егор вышел на улицу и направился к стоянке автотранспорта. Подошёл к водителям и попросил довезти его до посёлка.

– Ну почему же не довезти? – ответил невысокий рыжий мужичек – водитель «Урала». – Отметься в журнале у хозяина. Он впишет тебя в путевой лист и поедем.

Егор понял, что уехать с подбазы на автомобиле у него не получиться. Он пришёл на заправку, сел рядом со Стратегом не скамейку, достал сигарету и закурил.

– Нельзя же на заправке курить!? – с иронией заметил Стратег.

– Мне можно, тем более сейчас! – ответил Егор.

– Что так все плохо?

– Не знаю. Не знаю, как выбраться отсюда,– Егор задумчиво уставился в точку перед собой. – Не могу понять, как могла всего лишь за один год образоваться такая недостача.

– Ну, это все просто. По указанию хозяина мы машины заправляем соляркой наполовину с керосином, – объяснил Стратег.

– Зачем?

– Я в это не посвящён. Могу только предположить, что куда-то он солярку толкает. А ты подумай лучше, что делать? Хозяин мужик жёсткий. Кстати твой предшественник здесь никогда не появлялся. Хозяин к нему периодически летал, вероятно, откупался, и составлялись необходимые акты. Ведь всех все устраивало. Ты-то куда лезешь? Свернут тебе шею! А такие хозяева как сидели на своих местах – так и сидеть будут.

Над вершинами деревьев появилось толстое круглое брюхо Ми-6. Повисев над площадкой около минуты и подняв снежное облако, вертолёт плавно приземлился. Ещё не заглушив двигатели, бортинженер распахнул дверь Ми – 6 и бегом устремился к сидящим на скамейке.

– Стратег, давай быстрей заправляй! – торопил он заправщика.

– Не могу, техник заправку закрыл и все опечатал.

– Егор, ты что, с ума сошёл, что ли? В посёлке изжогу наводишь и сюда добрался! – обратился бортинженер к Царёву. – Что хоть случилось? Что-то серьёзное? Закрыл надолго?