Игорь Конычев – Второй шанс 2 (страница 26)

— Твой приятель не умеет вязать узлы?

— Он, конечно, не кандидат наук, но и не бестолковый, — я поглядел на стягивающие запястья пленника веревки — они оказались перерезаны.

Захар тоже это заметил, как и удлинившиеся ногти, судя по всему, бритвенной остроты, каждый из которых в длину был сантиметров пятнадцать-двадцать.

— Ему бы на маникюр, — пробормотал мой товарищ.

— Маникюр медикам. Педикюр педикам, — выдал я поговорку, услышанную еще в первый год отсидки.

Так один из старых заключенных приветствовал новенького — ухоженного и женоподобного паренька, которому и двадцати-то не было. Он промямлил что-то о традиционной ориентации, но его никто не послушал. Кроме меня. В результате парнишку я спас, пусть, скорее всего, и временно, а сам угодил в одиночку.

Такие себе воспоминания, но уж какие есть, как говорится, все мои.

— Догадываюсь, где ты этого понабрался, — невесело хмыкнул Захар.

— Там и понабрался, — утвердительно кивнул я, наблюдая, как начал слабо шевелиться пленник. — Что будем с этим росомахой делать? Когти обламывать как-то негуманно.

— А мы давно в гуманисты записались? — осведомился Захар. — Они вроде как людям морды не бьют и в подвалах к трубам не привязывают.

— Хочешь сказать, что мы злодеи? — в моем голосе отчетливо звучало напускное удивление.

— Это с какой стороны посмотреть.

— Тогда давай смотреть с той, с которой не злодеи, — решил я.

— Давай, — согласился Захар. — Мне тоже так больше нравится. А этого… — он примерился и заключил запястья пленника в ледяные оковы. — Так надежнее.

— Руки-то не отморозит?

— Если будет быстро и складно петь — не отморозит, — заверил меня бывший сослуживец. — А если нет — его проблемы. Он же только что собирался меня на фарш пустить, так что имею полное право отвечать так, как посчитаю нужным.

— Справедливо, — я наклонился и посадил пленника на пол. Пара звонких пощечин живо привела его в чувство.

Мужчина дернулся, а потом, ощутив холод, вытаращился на нас и гневно замычал.

— Первое слово съела корова? — криво усмехнулся Захар и вытащил тряпку изо рта пленника.

— Вы, суки, б*я, поганые! — тут же услышали мы.

Захар собирался было вновь пригрозить любителю сквернословить ледяным шипом, но потом передумал и тихо спросил:

— Ты, дебил, знаешь, что люди, да и одаренные, примерно на шестьдесят процентов состоят из воды?

Подчеркнуто спокойный тон и тяжелый взгляд бойца СОБРа заставили бандита прикусить язык.

— Так вот, — невозмутимо продолжил Захар. — Мой дар — это лед. И я не только детям катки во дворах организую и горки делаю, но и еще много чего могу. Например, заморозить твою кровь в отдельном участке тела. Кровь, кстати, состоит из воды на девяносто процентов, а вода при замерзании имеет свойство расширяться. Твои вены и сосуды не выдержат резкого расширения и лопнут. Хочешь это увидеть?

Бандит так сильно замотал головой, что ударился ею о трубу.

— Ну ты профессор, — уважительно сообщил я товарищу.

— Можно подумать, что с тобой в центре подготовки ученые не общались и не говорили про твой дар, — Захар бросил в мою сторону быстрый взгляд.

— Говорили, — я принялся расхаживать по подвалу взад-вперед, — но мне и в голову не пришло все это заучивать. Просто принял для справки и все. Сам знаешь, мне больше нравится действовать, а не говорить. Так что, если вдруг у нашего нового друга что-то неожиданно лопнет, то я прижгу рану, чтобы остановить кровь и продолжить нашу милую беседу по душам, — с этими словами я мило улыбнулся пленнику и щелчком пальцев пробудил на них синее пламя.

Это заставило мужчину судорожно сглотнуть, но он тут же поперхнулся и выплюнул на пол небольшую льдинку.

— Первое и последнее предупреждение, — сказал ему Захар, раздавив лед носком ботинка. — В следующий раз заморожу что-то более существенное. Может, глаз?

Пленник побледнел так, будто мой товарищ уже начал применять свой дар на полную катушку. Значит, пациент готов. Мы с Захаром переглянулись и кивнули друг другу. Предоставив право вести допрос бывшему коллеге, я уселся на коробку, на которой не так давно сидел Движ.

— Итак, — Захар вновь опустился на корточки перед пленником. — Сейчас расскажу тебе правила игры. Объясняю один раз, так что слушай внимательно. На каждый мой вопрос, ты даешь внятный ответ, иначе лишаешься чего-то. Если удовлетворишь мое любопытство и сохранишь достаточно конечностей, чтобы уйти — будешь свободен. Ну а если нет, то нет.

— Меня будут искать, — абсолютно неуверенно сообщил нам пленник.

— И не найдут, — заверил его я, безжалостно разбивая робкую надежду. — Если захочу, от тебя только пепел останется. — Тут уже я блефовал, так как дар не успевал восстанавливаться, но об этом пленнику знать не следовало.

— Начинаем, — Захар энергично выпрямился и задал первый вопрос. — Имя.

— Никита…

— Полное. — Ледяной шип с мелодичным перезвоном разбился по стену рядом с головой пленника, и крохотные осколки заскокали по бетонному полу.

— Долгов Никита Сергеевич!

— Кем работаешь?

— Никем. Безработный!

— Состоишь в банде?

Пленник затравленно поглядел на дознавателя и кивнул.

— Название.

— Вторая смена!

— Чего? — мы с Захаром переглянулись. — Получше придумать не могли? Ты вроде на школьника не похож.

— Погоди, — обратился я к товарищу. — У нас вот тоже две смены на работе.

— Ладно, хрен с ними, со сменами, — решил Захар и пристально посмотрел пленнику в глаза.

Бандит испуганно вжался спиной в трубу.

— Зачем за нами следил?

— Велели.

— Кто?

— Старший.

— Имя.

— Не знаю.

Палец Захара коснулся ноги пленника и тот тут же взвыл.

— Я еще ничего не сделал, — кровожадно улыбнулся мой товарищ и пообещал. — Но сейчас начну.

— Не надо! Не знаю я имени! — задергался бандит. — Только погоняло!

— Назови.

— Темный!

— Беда у вас с фантазией, — печально вздохнул я. — С какого вы района?

— С Царицыно.

Эту информацию я зафиксировал. Район граничил с Чертаново, которое перестали держать Черепа. Значит…

— В Чертаново зайти хотите?

Глаза бандита удивленно расширились.

— Откуда?.. Хотим. Нам обещали его часть.