Игорь Конычев – Моя НЕвеселая ферма 2 (страница 11)

Сами девушки выглядели абсолютно сухими. Я даже в окошко выглянул — но нет, ливень не утихал. Видимо, не обошлось без магии, потому как резиновых сапог, зонтов и дождевиков на гостьях не наблюдалось.

— И что бы я без тебя делал?.. — полотенце, впрочем, пришлось кстати, а то льющаяся с меня вода уже образовала на полу небольшую лужу.

— Жил бы и не тужил? — предположила ведьма, на что получила емкий ответ.

— В точку.

— Тебе лучше переодеться, — тихо предложила Тисанси, — а то простудишься. — Она протянула мне перетянутый лентой объемный сверток.

— Что это? — что бы не лежало внутри, весило оно не много.

— Подарок. — Жрица улыбнулась. — Влад сделал одежду, которая не горит и не сильно промокает.

— Влад? — я вспомнил, что вампир приторговывал одеждой и даже имел свой узнаваемый бренд. И стоили его вещички, как крыло от самолета. — Ты пол храма продала, чтобы купить это?

— Наша жрица не просто жрица. Ее род в Подземье богат настолько, что представить сложно, — сообщила Адалинда. Она уселась верхом на стул и тут же пристыдила меня. — А ты лучше бы просто спасибо сказал.

— Спасибо, — я посмотрел в красные глаза Тисанси.

Темная эльфийка не ответила, просто кивнула и тепло улыбнулась. Адалинда же, скептически осмотрев капающую с моей одежды воду, спросила:

— А чего ты не высушил тряпки своей силой? Тиса рассказывала, что ты можешь вызывать пламя.

— Могу. Но контролировать огонь не всегда получается. Да и одежду он не сушит, а сжигает.

— И это я тоже слышала, — ехидно оскалилась гостья. — Но давай отложим представление до лучших времен. — Она щелкнула пальцами, и моя одежда вмиг высохла.

— Ну хоть какой-то от тебя толк, — я отбросил полотенце в сторону.

— Ты правда так считаешь⁈ — наигранно оскорбилась ведьма.

— Да.

— Пересчитай!

— В следующий раз.

Адалинда сокрушенно покачала головой:

— И как Тисанси тебя терпит?

— Так же, как и я тебя.

Несмотря на мою колкость, ведьма беззлобно рассмеялась. Кажется, она находилась в прекрасном расположении духа. Тисанси же, наоборот, держалась нерешительно и печально.

— Мы не вовремя? — тихо спросила она таким жалобным тоном, что у меня отпало всякое желание дерзить и ругаться.

— Да чего уж, располагайтесь, раз пришли, — я сделал запоздалый приглашающий жест. — Только мне нечем вас угостить.

— О, об это не беспокойся, — успокоила меня Адалинда. — Наша замечательная жрица явилась сюда с чистейшим желанием накормить сирых и убогих.

Тисанси смутилась, а я поинтересовался.

— А мне-то еды достанется?

Адалинда скорчила гримасу, а жрица прыснула в ладошку.

— Я сейчас, — она сходила к порогу и, прихватив оттуда накрытую полотенцем корзинку, направилась на кухню.

Ведьма придвинулась ближе, захлопала длинными ресницами и чувственно прошептала:

— Тебя ждет романтический ужин в обществе двух красавиц.

— Из твоих уст это звучит как угроза.

— А это, милый, зависит от того, как ты будешь себя вести. Буп! — тонкий палец Адалинды с ухоженным ноготком ткнулся в мой нос.

— Ты пьяная что ли?

— Предпочитаю слово «веселая», — беззаботно пропела ведьма и обезоруживающе улыбнулась.

— Ну, хоть кому-то весело… — обреченно вздохнул я, ногой отодвигая сумку с инструментами в дальний угол.

Ремонт, похоже, придется отложить.

Снова…

6. Хорошие новости

На следующий день у башни Корвуса оказалось необычайно людно. По особому приглашению старого мага сюда явились мэр с женой, Тисанси, леди-инквизитор Изабелла Лакрима, Нираиада, Загрид из Лазурной дымки, Бранн и Адалинда. Последняя притащила и меня.

И вот теперь все мы торчали под проливным дождем и дожидались, пока Корвус закончит со всеми приготовлениями. Его ученик Парр помогал наставнику по мере сил, то есть, по моему мнению, больше мешал. Драмси же отправили заверить нас, что скоро все начнется.

— Могли бы позвать нас позже, — ворчал я, прижимаясь к холодной стене, чтобы край конусообразной крыши башни хоть как-то защитил меня от льющейся с неба воды. Хорошо, что Тисанси подарила мне созданную Владом одежду. Темные штаны, рубаха и легкий плащ не только оказались весьма добротно скроены, но и успешно отталкивали влагу. Кроме того, эти вещи было просто приятно носить.

Нужно как-то отблагодарить Тисанси…

Мои размышления прервал гомункул.

— Мастер Корвус велел позвать раньше, — Драмси насупился, как воробей под дождем. — Сказал, что все равно все опоздают.

— Так мы и опоздали, а у вас один хрен ничего не готово, — не унимался я.

Причина для плохого настроения у меня, кстати, имелась. Опять. И не одна. Но все же основным источником моего недовольства стал вновь отложенный ремонт. Я уже начал работать и только втянулся, когда явилась одна неуемная ведьма и заявила, что меня очень ждут в башне мага.

А вот Гаврюшу никто не дергал. Чешуйчатый балбес сейчас тихо-мирно дрых кверху пузом дома. В тишине, тепле и уюте.

Почему он, а не я⁈

— Ты решил почтить это чудесное утро минутой ворчания? — с улыбкой поинтересовалась Адалинда.

— Может все-таки «молчания»? — вскинул бровь Загрид, после чего окинул меня неприятным взглядом и пробормотал. — Хотя, в этом случае ты права, ведьма.

— Я всегда права, — просияла Адалинда и толкнула меня плечом. — Так ведь?

Вопрос мне показался риторическим и не требующим ответа.

— Так ведь? — с нажимом повторила ведьма.

— Нет, — нехотя отозвался я.

— Так и знала, что ты так скажешь.

— Тогда зачем спрашивала?

Теперь уже Адалинда не стала отвечать. Она просто фыркнула, как сердитая кошка, после чего пошла к Тисанси, Ярре и Нире, которые о чем-то негромко переговаривались чуть в стороне. Мэр нашего поселения незаметно юркнул внутрь башни, так что вокруг меня осталось не так много народу. Можно было вздохнуть относительно спокойно.

Вот только «можно» являлось ключевым словом.

— Как у вас дела? — с неестественно широкой улыбкой поинтересовался Драмси.

— Сначала были нормально, а потом меня притащили сюда. — Я поднял взгляд на низкое небо. Оно оказалось столь же хмурым, как и мое лицо. И никакого намека на просвет…

Показательно.

— А разве вам не скучно в одиночестве? — продолжил приставать надоедливый гомункул.

— За последнее время я успел забыть, что значит «в одиночестве».