Игорь Конычев – Черные крылья (страница 10)

Сорвав с шеи повязку, Арн замотал ей руку и обвиняющее посмотрел на Амелию. Внимательно наблюдавшая за действиями спутника девочка, трогательно захлопала длиннющими ресницами и невинно улыбнулась.

— Лиса, — вынес свой вердикт Арн. Прежде чем девочка открыла рот для очередного вопроса или нового поразительного умозаключения, охотник сунул ей в рот последнюю полоску мяса и попросил: — Просто пожуй молча, хорошо?

Усадив девочку перед собой, чтобы та не лежала поперек седла, Змееглазый оставил ее наедине с едой. Пока Амелия, следуя указанию спутника, тщательно пережевывала жесткое мясо, Арн наслаждался тишиной и звуками леса. Теперь в дневном свете, все вокруг дышало спокойствием и даже первые робкие лучики солнца казались теплее, чем обычно. Они играли на крохотных капельках росы, замерших на траве, отражаясь от них мириадами золотистых иголочек.

Подставив лицо теплому ветру, Арн растрепал рыжие волосы, чувствуя, как тревоги и усталость покидают его. Думать ни о чем не хотелось. Даже поразительные способности Амелии сейчас не казались охотнику чем-то странным.

Арн всегда гордился своей способностью к привыканию и признанию почти всего с ним происходящего, как должного. Приватности судьбы, капризы удачи, жизненные пути и испытания, ниспосланные с небес — каждый живой человек воспринимал происходящее по-разному, но в итоге все сводилось к одному и тому же, пусть и называлось по-своему.

«Всякое случается», — подумал Арн, прищурившись, когда солнце заглянуло ему в глаза сквозь поредевшие кроны деревьев.

Со временем, лес перестал выглядеть густым и диким — зарослей и непролазных кустарников поуменьшилось, ветки перестали лезть в глаза и цепляться за одежду, а отбрасываемые деревьями тени трусливо сжались, теряясь в траве.

Вскоре начали попадаться узкие, едва заметные тропинки. Острый взгляд охотника различал на кустах оборванные ягоды и аккуратно срезанные семейки грибов — а это могло означать лишь одно — близость какого-нибудь поселения.

Сам Арн был почти незнаком со здешними краями, поэтому понятия не имел, какие деревни могут оказаться на пути, но это обстоятельство не пугало охотника на драконов. За свои годы он побывал в разных местах, но раз за разом убеждался, что люди везде кое-чем похожи — все они говорят на двух языках — языке силы и языке денег.

Естественно, воевать с деревенскими мужиками Арн не собирался, да и денег у него было не много, но оплатить постой и миску похлебки в какой-нибудь лачуге или захудалом трактире должно хватить. Так что на взаимопонимание можно было рассчитывать.

Вскоре лес стал настолько редким, что Арн пустил Облачко рысцой. Охотник надеялся, что деревня уже довольно близко, поэтому он не устраивал привал. Опыт подсказывал охотнику, что чем дольше путь, тем вкуснее еда и мягче постель, но уж если до удобств рукой подать, то к чему оттягивать столь сладостный миг?

— Потерпишь еще немного? — спросил Арн у Амелии, но та не ответила.

Девочка сумела уснуть сидя на лошади и теперь мирно посапывала, удобно устроившись и облокотившись на грудь спутника. Не разбудил ребенка и ускорившийся шаг Облачка, и недовольное бормотание Арна.

— Вот ведь странная, — пробубнил охотник с какой-то долей обиды. — Как можно спать сейчас? Или мое общество настолько унылое?

Оба вопроса Арн адресовал Облачку, но лошадь не удостоила всадника даже взгляда. Не придумав ничего иного, кроме как роптать на несправедливость злодейки-судьбы, охотник на драконов направил животное к ближайшему холму. Трава, покрывавшая пологий склон, была примята и местами даже вытоптана.

Ожидания Арн оправдались, когда, взобравшись на холм, он увидел раскинувшуюся у подножья деревушку. Не большая, всего два десятка домов, она уютно разместилась на опушке, устроившись между холмом и веселенькой речушкой, серебристой лентой выбегавшей из леса и скрывающейся в нем же.

В поселении, как и положено, кипела работа: кто-то возделывал черненькие островки земли, приземистые кони таскали тяжелые плуги, кто-то носил воду из реки, опуская ведра в спокойный поток неподалеку от стирающих одежду женщин. Из-за домов доносились глухие удары топора по дереву, а несколько мальчишек-пастушков гнали стадо овец к окраине деревни, где местные мужики ладили новую избу.

Все здесь дышало спокойствием, обычной тихой размеренной деревенской жизнью, которую Арн люто ненавидел с самого детства. Охотник на драконов не понимал, как можно всю жизнь провести среди двух десятков домов, изо дня в день, глядя в одни и те же лица и не зная ничего, кроме повседневной работы, повторяющейся из раза в раз.

В свое время Арн бежал из точно такой же глуши, где жил вместе с отцом. Неизвестно, что подвигло бывшего охотника на драконов осесть в глухой деревушке и коротать дни за бутылкой местной дрянной выпивки. Отец Арна никогда не говорил об этом, а сам Змееглазый и не спрашивал, не желая получить очередную затрещину, да порцию отборной брани.

— Словно в прошлое попал, — безрадостно протянул Арн, посылая Облачко вперед.

Когда до деревни осталось рукой подать, охотник разбудил Амелию. Поначалу девочка никак не желала просыпаться и пару раз даже попыталась укусить спутника, но потом сдалась и открыла свои темные, пышущие недовольством глазки. Точнее Арну так показалось вначале. На самом деле во взгляде ребенка промелькнул вовсе не детский гнев. Подлинное, сильное чувство изначальной злобы всколыхнулось темным пламенем и сразу же угасло, заставив охотника на драконов зажмуриться и встряхнуть головой.

— Все нормально? — осторожно спросил мужчина, натягивая на глаз повязку.

— Было, пока ты меня не разбудил.

— Ладно, принцесса, — Арн не собирался выслушивать наставления от едва доходящей ему до пояса пигалицы. — Теперь слушай меня внимательно и запоминай. Мы…

— О! А это что? — вытащив ручку из-под плаща и ткнув пальцем куда-то в сторону, спросила Амелия.

— Слушай меня. — Более жестко повторил охотник и, ухватив личико девочки за подбородок, развернул к себе. — Я скажу живущим здесь людям, что ты моя дочь.

— Но я не твоя дочь, а ты не мой отец.

— Я знаю и уже сутки благодарю за это небеса. Но мужчина, путешествующий с маленькой девочкой, может вызвать слишком много вопросов.

— А каких?

— Этого тебе знать не надо, — отрезал Арн. — Просто будь послушной и веди себя хорошо, а за это я куплю тебе чего-нибудь вкусненького. — Он погладил девочку по темным волосам и потом, огорченно цокнув языком, коснулся своей рыжей шевелюры. — Давай так, я не твой отец, а, скажем, брат. Так сойдет?

— А что вкусненького ты мне купишь? — Кажется, Амелия не стала слушать слова спутника, идущие следом за его обещанием.

— Что-нибудь сладкое? Вкусно? — попробовал догадаться Арн и, судя по загоревшимся глазам девчонки — угадал. — Договорились?

Амелия кивнула, уже предвкушая какое-то неведомое лакомство и, кажется, даже облизнулась. Глядя за подобной реакцией, охотник не смог сдержать улыбки, отметив для себя на будущее столь явную слабину маленькой спутницы. Характер у девочки был далеко не покладистый, а путь, что она и Арн должны преодолеть вместе — неблизкий.

Между тем, работающие на небольшом поле люди уже увидели приближающегося к деревне всадника. Охотник на драконов уже начал предвкушать расспросы, в которые непременно пускались жители подобного захолустья, едва завидев незнакомого человека. Но Арн ошибся. Встретили его вовсе не расспросами и любопытными взглядами, а пущенной из лука стрелой, воткнувшейся в землю прямо перед копытами Облачка.

— Эй, вы чего, люди… Добрые… — окончание фразы Арн проглотил, увидев, как работавшие в поле селяне доставали из грядок луки, ножи да вилы.

В миг работавшие в поле люди из крестьян превратились в ополчение и медленно начали зажимать незнакомцев в кольцо. Мальчишка-пастушок громко свистнул, и из-за изб начали выходить мужики с топорами, причем держали они их совсем не как плотницкий инструмент, а как оружие.

Оглядывая это собравшееся перед ним разношерстное войско, охотник на драконов увидел даже дремучего деда, воинственно сжимавшего гнутую клюку. Арн готов был поспорить, что старый хрыч и опорожниться без посторонней помощи не сможет, а все туда же, воевать…

— Ты кто таков? — гаркнул здоровенный детина с кузнечным молотом на бугристом плече. В кожаном фартуке на голое тело, говоривший возвышался над остальными на целую голову и был едва ли не вдвое шире в плечах.

— Это мой братик! — радостно сообщила Амелия. — А что у вас есть вкусненького? — сразу же спросила она.

Закатив глаза, Арн тяжело вздохнул и прикрыл лицо ладонью — это детская наивность и простота с каждым разом поражала его все больше и больше.

— Обожди, кроха, — немного смягчившись, прогудел кузнец, небрежно перекинув тяжелый молот с одного плеча на другое. — Пусть поначалу твой старшой слово держит, а там поглядим.

— И вы здравствуйте, — натянув на лицо непринужденную и немного глуповатую улыбку, произнес охотник на драконов. — Мое имя Арн и я…

— Разбойник! От ведь проклятущий, по наши души пришел! — старый дед грозно взмахнул клюкой и угодил ей точно по голове стоящему рядом мужику. Тот зло зашипел и отнял у деда «оружие», но это нисколько не успокоило развоевавшегося старика. — Да я тебя голыми руками того! Задушу! Щенок! — Он погрозил Арну сухим кулаком. — Да когда тебя еще на свете не было, я уже этого… О-го-го был!