Игорь Колосов – Экстремальный диалог (страница 5)

– Я тебе советую. Мать плохого не пожелает.

– Мама, я ж не ребенок. Я уже взрослый, пойми. Сам все знаю.

– Вот именно. Жениться пора.

– Блин! Пора, пора. Мне что, завтра на пенсию? На Западе в моем возрасте мало кто женат. Даже женщины многие не замужем.

– То на Западе, а то – у нас.

Он хотел прикрикнуть на нее, но сдержался. Смысла никакого, зато возможна ссора. Причем нешуточная. Сколько раз он корил себя, что повышает на нее голос, повышает даже в тех случаях, когда она явно не права. Все-таки она его мать. И сейчас он криками ничего не добьется. Она останется при своем мнении. Не разумнее ли промолчать? Сделать вид, что он с ней согласен? В этом случае она хотя бы быстрее покончит с этой темой.

Мать, довольная его молчанием, восприняла это, как признание ее правоты, и продолжила:

– Тебе бы легче было. Я ж не вечная, мало ли что случится. Кто о тебе позаботится?

Здесь он не сдержался, хоть и обещал сам себе молчать:

– Не болтай! Ничего не случится. Ты еще молодая.

Она грустно улыбнулась.

– Все равно. Была бы у тебя жена, тебе бы легче было. Веселее. Куда сходить, вечером вместе побыть. Праздник какой отметить. Вот на Новый год вспомни, тебе и податься некуда было. Все по своим семьям. Никому ничего не надо. Разве нет?

Андрей опустил голову, поморщился. Он уже не ел, хотя в тарелке еще оставалось немного гречневой каши.

– Я просто приехал поздновато, – оправдание вышло хлипким.

Андрей признавал: в чем-то мать, конечно, права.

– Видишь. С женой бы таких проблем не было.

– Я все понимаю, мама. Но что мне делать? Если никого нет? Подходящего. На первой встречной что ли жениться?

– Столько девочек хороших. А ты все не выберешь. Ты что, как Руслан? Ты же нормальный…

– Хватит! Руслан-то при чем?

Она замолчала. Похоже, признала, что сказала лишнее.

Андрей положил в чай ложку сахара, нервно размешал, звякая ложечкой по чашке.

Конечно, на этом разговор не закончился. Андрей знал свою мать: если она уцепится, отпустит нескоро. Будет мусолить ту же тему, пока он не уйдет.

– Андрей, – голос ее все-таки заметно смягчился. – А в школе никого нет? Может, какая новая учительница вместе с тобой пришла?

Он вспомнил Яну, сегодняшний экстравагантный выпад с ее стороны, и ему стало неуютно. Он не смог бы объяснить, в чем причина, но мысль, что на следующей неделе он снова столкнется с Ковалевской, рождала нечто похожее на дискомфорт. Ноющее подсасывание в животе, как случалось перед каким-то важным событием.

Он молчал, и мать окликнула его:

– Слышишь?

Андрей вспомнил двух молоденьких учительниц, подумал, что лучше о них не упоминать вообще, и покачал головой.

– Нет. Никого.

Мать тяжело вздохнула, словно школа оставалась ее последней надеждой в связи с поиском невестки. Андрей быстро допил чай: разговор утомил его.

– Спасибо, мам, – он встал из-за стола. – Я пойду, прилягу. Устал очень.

– Конечно, иди. Пока еще привыкнешь. Сразу всегда тяжело.

– Да.

Прежде, чем он задремал, перед глазами кружилось лицо брюнетки из 11 «А».

2

Юля присела рядом с Яной на подоконник. От нее исходил запах сигарет.

– Пойдешь курить? – спросила она Яну.

Та качнула головой.

– Уже покурила.

– Понятно.

Юля машинально, по привычке, поправила золотые кольца на руках. Яна искоса глянула на нее. Тоже своего рода привычка: смотреть на людей, когда они меньше всего этого от тебя ожидают. Яна поступала так непроизвольно, даже с близкими людьми, когда из них не надо было что-то вытягивать. Пожалуй, это дарило ей ощущения, отдаленно напоминавшие тайную власть над человеком.

Юля – самая близкая подруга Яны по школе. Жаль, только учится в параллельном классе. Иногда она бы пригодилась на каком-нибудь особенно нудном уроке. Все-таки одноклассницы Яны – все сплошь серые овечки без проблеска мысли.

Конечно, Юля уступала Яне по внешности, по стилю и манере одеваться. Ничего удивительного, Яне все уступают, попробуй, отыщи вторую такую в этой дыре. Но при этом Юля все-таки заметная девушка. Смазливая и даже очень. И модной ее тоже можно назвать. Одевается она в дорогие вещи. Вкус у нее есть. Естественно, не будь этого, Яна вряд ли проводила бы с ней столько времени. Хотя бы потому, что должна соответствовать собственному уровню. И в вещах, и в подругах.

– У вас что сейчас? – спросила Юля.

– История.

– Понятно. Андрей ведет?

– Кто ж еще?

Недолгая пауза, и ее снова прервала Юля:

– Он ничего такой, – она заглянула подруге в глаза. – Да?

Яна фыркнула, ухмыльнулась.

– Захочу, так он за мной будет бегать, как мальчик. И слюни пускать.

Юля посмотрела на подругу недоверчиво. Нет, она не сомневалась, что у Яны получится подобное, но Андрей – не парень, что подошел к ней на дискотеке или в баре, он – учитель. Это все-таки являлось некоей гранью.

Кажется, Яна почувствовала ее сомнения, даже не посмотрев на Юлю.

– Не веришь?

Юля не рискнула спорить. Она никогда не перечила своей видной подруге. Во всяком случае, старалась этого не делать.

– Почему? Верю.

Это Яну не убедило. Она всегда каким-то чутьем угадывала ложь, фальшь, неискренние утверждения как учителей, так и подруг.

– Я к нему в прошлую пятницу подходила. Предлагала проводить дополнительные занятия по географии.

– Зачем? – Юля удивилась.

В самом деле, зачем?

До сего момента Яна не задавалась этим вопросом. Она полагалась исключительно на собственную интуицию. Где-то в глубине души она смутно понимала, что новый учитель ей понравился, произвел впечатление, но это, тем не менее, вызвало у нее глухое противление. Будь она более впечатлительной, ранимой, это можно было бы объяснить тем, что она опасается разочарований: он – учитель, намного старше ее, и вообще. Словом вряд ли у них что-то может быть. Но Яна не опасалась роковой сердечной привязанности, это – не для нее. Может, в другой жизни, но не сейчас.

И все же тот факт, что она не осталась равнодушна к Андрюше, породил недовольство. Он всего лишь учитель, и с какой стороны к этому не подойди, плюсов никаких. Да и сами учителя для Яны были чем-то вроде касты неприкасаемых. Жалкие создания, что с них возьмешь?

Юля терпеливо ждала ответа.

– Просто так, – Яна хохотнула. – Приколоться захотелось.

Юля издала вынужденный смешок. Впрочем, почему нет? По правилам жить не интересно.

– Ты бы видела, как он бедненький замялся. Только что не покраснел. С умным видом начал втолковывать, почему нельзя ввести факультатив по географии.