Игорь Герасимов – Чаша отравы (страница 141)

— Хлопковое дело, дело Медунова, дело Елисеевского гастронома...

— В первом деле есть и фактор провоцирования межреспубликанского разлома. А два последних — да, классика, конечно же...

— Но верхушка нынешних силовых структур — это «орденцы»? — уточнил Иван.

 — Разумеется, «орденцы». Высокопоставленные, вплоть до Вершителей. Но основная масса силовиков, если не вовлечены в структуры Ордена, просто служит, как им представляется, стране. Великой России. По убеждению — стихийные патриоты-державники. Если что-то удастся присвоить, присосаться к активам и схемам, то, понятно, не брезгуют этим. Хотя могут и не быть включены непосредственно в Орден. По отношению к начальству большинство служивых бесправны, они никто и звать их никак. Если вдруг пойдут против самого верха, их ломают беспощадно и показательно.

— Ну да... Сидит в соседнем бараке человек, пытавшийся создать структуру «Правозащита полицейского» — чтобы помогать рядовым сотрудникам противостоять произволу начальства. Разумеется, обвинили в вымогательстве и еще многих преступлениях, на пустом месте сфабриковали доказательства и закрыли сюда...

— Да, знаю его... Власть будет яростно давить любые инициативы, направленные на то, чтобы вбить клин между рядовыми и начальниками в силовых структурах, на то, чтобы наладить дружеские связи между простыми гражданскими людьми и простыми людьми в погонах.

— Ясно дело... То есть Орден — это некий демпфирующий механизм, позволяющий избегать явной и деструктивной борьбы за власть и собственность? Путем ручного администрирования?

— Именно так. Глубинное государство есть не только в США, но и в России, просто по-другому устроенное. У нас это — Орден. Задуманный с самого начала именно как негласный механизм предварительной выработки решений, которым жестко должны следовать все. Вершители — это, по сути, коллективный абсолютный монарх. С передачей прав по наследству — детям, внукам. Или тем, кого Вершитель назначил перед своим уходом, в виде так называемого «Завета».

— А как отбирают в этот Орден?

— Я ранее говорил — по рекомендации уже состоящих в нем. По протекции. Или если человек уникальный и позарез нужный, то за ним сначала наблюдают, а потом подходят и делают предложение, от которого невозможно отказаться. В общем, туда только отбор, а не набор. Причем негласный. Если даже кто-то каким-то чудом прознает про этот механизм и навяжется, клятвенно заверяя, что готов преданно, по-собачьи, служить, то таких, разумеется, убивают, ибо если они нужны, то к ним бы подошли сами. И так на протяжении десятилетий, и доперестроечных, и постперестроечных. Как правило, это потомки влиятельных при СССР людей, которые вовремя стали работать на развал социализма. И они передают уже свои привилегии детям и внукам по наследству. В общем, сформировано новое дворянство.

— Ясно... Коллективный владелец отнятого у народа достояния.

— Можно и так сказать. Создано сословное общество. Высшая каста имеет даже собственную сатанинскую религию. Поклоняется диаволу в образе этого их «основателя», или, как они величают, «Высшего Отца». Предаются ритуальному разврату у его идолов с рогами, даже людей приносят в жертву. Говорят, и детей тоже... Ну и, конечно, пользуют детей содомитски...

— А сейчас какие задачи у этого Ордена? Какие механизмы господства и угнетения? — поинтересовался Смирнов.

— Теперь он в общемировом мейнстриме. Под предлогом распространившегося нового вируса, в общем-то, не столь уж и опасного... по-настоящему опасный ведет к хаотизации общества, потере контроля, полной катастрофе... системно закручиваются гайки по отношению к низам. Цель пандемии — лишить людей собственности, обложить их на каждом шагу ограничениями, администрируемыми автоматически, в цифровом режиме... По сути, печать Антихриста... Следующие фазы — регулярная принудительная вакцинация. Наиболее жесткий вариант — сгон значительной части населения на человечьи фермы. Которые будут названы чистыми, то есть безвирусными, эвакуационными зонами. Там с людьми будут делать вообще всё, что угодно.

— Надо же... Каких целей хотят достигнуть, введя принудительную вакцинацию?

— Если зайти с самого общего, то сейчас формируется правовая и техническая база, позволяющая властям всех стран иметь полный и неограниченный доступ к организму каждого человека. В виде проведения обследований и получения начальством всех мастей их результатов, наплевав на защиту персональных данных и врачебную тайну. В виде участия в медицинских экспериментах. В виде безусловного права государства регулярно впрыскивать в организм каждого человека любое вещество. Власть примется требовать от всех, даже переболевших, имеющих иммунитет с антителами, регулярно колоться до конца жизни. Якобы вакцина не успевает за новыми штаммами. Хотя будет, по крайней мере, на первых порах, заявляться как неизменная по своему составу. Спрашивается, а тогда какой смысл? А нет смысла — власть велит, и бегом под иглу, не рассуждая. Естественный же иммунитет, гибкий и динамический, способный реально сдерживать постоянно мутирующую заразу, предсказуемо объявят непригодным. Практически никаких медотводов по сравнению с остальными прививками. Ибо все вакцины от ковида самые безопасные, даже если от них будут умирать. Процесс строго доброволен — подопытный, сдавшийся перед шантажом государства, заверяет своей подписью, что это его и только его выбор. То есть ответственность за последствия несешь только ты, и никто больше. И так — каждые несколько месяцев. И уже навсегда.

— А разве не раз в год?

— Нет, в том-то и дело, что гораздо чаще. Сначала власть прикажет колоться раз в год. А потом, раз зараза не уходит, — раз в шесть-семь месяцев. Или даже раз в квартал. В виде послабления — не сдвоенными уколами, а одним. Но строго без пропуска срока. Куар-код, то есть онлайн-клеймо привитого, будет автоматически обнуляться по истечении установленного периода. И пока клеймо не обновишь, не сможешь ни работать, ни заходить в общественные места, ни ездить. Даже личные банковские счета будут автоматически блокироваться, с изъятием штрафных сборов, а на имущество накладываться арест. Непокорным станут отключать связь, приостанавливать действие электронных паспортов — в том числе для этого они вводятся вместо бумажных. Вот такой жесткий будет режим — а штрафовать и блокировать жизнь гражданам будут даже не люди, не чиновники, не полицейские, а боты, цифровые средства, «уполномоченные» государством. Не имеет никакого значения, что заболеваемость на уровне гриппа, а смертность немногим выше. Для государства во всем мире, для тех, кто за этой сатанинской властью стоит, исключительно важно, чтобы отныне и навсегда все поголовно и регулярно кололись. Кололись до конца жизни.

— Этот укол, получается, ключевой фактор?

— Да. Именно эта строго обязательная прививка, якобы от ковида, в совокупности со средствами онлайнового отслеживания ее, станет биологическо-цифровым тавром, инвентаризационной меткой. И механизм этот будет служить средством обеспечения принципиально нового гигантского массива оборотных активов. Это позволит всех людей фактически вовлечь в финансово-биржевое обращение. Своего рода дериватив. Принцип, чем-то напоминающий «Мертвые души» Гоголя, но уже под новую эпоху. Всеобщая инъекционная повинность, укольно-цифровое крепостное право — качественно новые, немыслимые ранее возможности в отношении людей.

— Так, ясно. Это системная платформа. Правовая... вернее, антиправовая... Технологическая, информационная, управленческая. А содержание ее какое, в чем суть?

— Ординарная базовая программа — чисто коммерческая. Массовые испытания разрабатываемых препаратов. Огромного множества, в самых различных вариациях. Знаешь ведь, как прививку от ковида делают? На каждой ампуле — штрих-код. Сразу заносится в базу данных, кому из какой ампулы сделали укол. А в ряде ампул может быть и не вакцина, а вместо нее — активное вещество, которое «биг-фарме» нужно испытать. Ну вот, оно вводится в организм конкретного человека, а потом по электронной медкарте, по дневнику наблюдений на «Госуслугах» отслеживаются, даже за океаном, жалобы и симптомы. Если пациент сделал какой-нибудь анализ — эти данные тоже «подшиваются» куда надо. Возьмут посты испытуемого в соцсетях по поводу самочувствия после укола, перехватят телефонные разговоры, сообщения в мессенджерах, даже реплики при включенном микрофоне телефона. В итоге составится нужная картина — с применением бигдата-технологий и нейросетей. Ну и если пациент вскоре умер, этот факт, конечно, тоже благодаря всеобщей цифровизации заносится в базу, вместе с причиной смерти. То есть массив испытателей, подневольных и даже ни о чем не подозревающих, увеличивается на порядки! Это дает хозяевам мира сего десятки триллионов долларов — именно столько ориентировочно будет стоить возможность принудительно использовать организмы миллиардов людей. Быть может, расчет на то, что такая новая схема призвана прикрыть безнадежные долговые пузыри. И, значит, этим обязательством должно быть охвачено как можно больше людей. Как в фильме, помнишь? Ты думаешь, это твое тело? Нет. И даже не мое, в смысле, не власти национального государства. Это теперь их тело — в смысле, владельцев всех земных богатств.