Игорь Гаркавенко – Кристалл туманницы (страница 5)

После небольшой паузы она продолжила:

– И последнее замечание: было бы интересно, если бы вы раскрыли их любовь, ведь в рассказе сделан большой акцент на том, что марсиане не жалуются обществом. Как же отреагировали окружающие на этот союз?

– Ну, марсиане – точно такие же члены общества, как и все остальные люди с марсианскими кишками, – вздохнул Краманов. – Поэтому никто не будет осуждать такой союз.

– Что ж, – потянулась к журналу Ирина Валерьевна. – Ваш рассказ очень неплох, затрагивает многие темы современной фантастики, однако плохо выполняет свою главную задачу – показ взросления главного героя и его поиск собственного места в жизни. Ставлю вам «четыре», присаживайтесь.

После окончания учебного дня Степан с Натой как и всегда прогулочным шагом шли домой.

– Ну что, как тебе первое задание у Ирины Валерьевны?

– Даже не знаю, что и сказать! Мне казалось, что наш рассказ просто идеален! Клянусь, я видела себя на месте Ираиды, но она смогла даже в таком рассказе найти, до чего можно докопаться, – расстроенно хмыкнула Ната.

– Это мы ещё легко отделались! Представь, что таким образом проходит сдача каждого задания и сочинения. Получить у неё четвёрку – это на самом деле благословение.

– Я так и поняла, поэтому можно считать, что мы написали что-то хорошее. Может, отметим это дело? Хочешь поесть мороженого у меня?

– Мороженого? – переспросил Степан.

– Да, если ты откроешь мой холодильник, то там всегда будет клубничное мороженое. Я просто ну очень люблю человеческое мороженое. Вернее, клубничное…

Когда они стали подниматься по лестнице, то Краманов случайно заметил, что Ната нервно теребит пальцами лямку своей сумочки.

Когда они зашли в квартиру, то Харина уже не аккуратно вышагнула из туфлей, а буквально выпрыгнула из них, раскидав каблуки в разные стороны, после чего кинула сумку куда-то далеко.

– Что ж, теперь мы уже неплохо знакомы, поэтому нет смысла притворяться, – сказала она, уже доставая из холодильника любимое мороженое. В её движениях чувствовалась странная острота.

Они расположились в комнате девушки, на кровати, друг напротив друга. Стёпа не мог взять себя в руки. Он постоянно смотрел то на босоногую подругу, то куда-то в стену, то на своё ведёрко. Харина при каждом взгляде на неё поспешно отводила глаза вниз и непроизвольно икала.

Ната пыталась собраться с мыслями и не привлекать к себе внимание, но это получалось у неё плохо: она то и делала, что роняла ложку или же совсем неправильно клала её в рот. Чтобы отвести от себя подозрения, она сказала:

– Стёп, что же это ты так смотришь на меня?

Наконец, Степан больше не мог носить эту маску незнания и, гордо выпрямившись, сказал:

– Я знаю, всё знаю, Ната… – сказал Степан и достал из кармана злополучный камушек, который на ладони протянул однокласснице… – Его мне подарил твой манул, а вчера ночью я взял его в руки и… Даже не знаю, как описать, что со мной произошло! Я будто бы переместился на какой-то остров, и там меня чуть не съел паранормальных размеров тигр!

Ната беззвучно ахнула, распахнула рот и слегка отъехала на кресле. Она беззвучно смотрела то на кристалл, то на одноклассника в течение нескольких секунд.

– И вообще ты всё это время обманывала меня, потому что ты самая настоящая… Инопланетянка! – Стёпа брякнул первое обзывательство, что пришло на ум.

Харина лишь виновато опустила глаза, а потом вспорхнула с кресла, после чего в несколько движений вытолкала нахала в коридор, а потом и вовсе захлопнула за ним дверь.

Степан молча смотрел за безмолвную закрытую дверь так несколько минут и только после этого ушёл к себе домой…

3. Чудовище

На следующий день Ната не пришла на занятия. Степан сидел за партой в гордом одиночестве и мысленно переигрывал их вчерашний кордебалет с этим проклятым камнем.

Может, зря он так с ней поступил вчерашним вечером? Не стоило вываливать всю эту информацию на Харину, да ещё в таком требовательном тоне. Да ещё называть её таким обидным прозвищем! Какая дама захочет признавать, что свою красоту она получила от злосчастных артефактов пришельцев!

А что, если это всё Стёпа сам выдумал? Быть может, это не камень оказался секретным механизмом, что манипулировал сознанием, а просто к нему пришёл чересчур разыгравшийся сон?

Стёпа еле-еле досидел до конца уроков, а потом решил всё же зайти к однокласснице, чтобы извиниться.

Каково же было его удивление, когда Степан обнаружил, что входная дверь квартиры девушки была открыта, как и всегда. Краманов почему-то был уверен, что Ната после вчерашних событий закроется от незадачливого одноклассника на семь замков.

Он аккуратно постучался, однако никакого ответа не последовало. Дверь легко поддалась и распахнулась. Конечно, в реальности это могло означать, что в квартире грабители, а потому следовало захлопнуть дверь и сообщить куда надо, однако Стёпу на пороге встретил Камушкин, который как ни в чём не бывало сидел у порога в своей излюбленной позе и гладил пузо. Манул будто бы не знал, что друзья поссорились, а потому одаривал гостя безучастным взглядом.

Стёпа аккуратно разулся и хотел в знак приветствия погладить усатого, но тот лишь презрительно зашипел, после чего убежал в коридор. Видимо, всё же догадывается что к чему.

Парень прислушался. Квартира лелеяла тишину и совсем не обращала внимания на незваного гостя. А что, если дома её отец-уфолог? У него же наверняка припрятано под кроватью немалое количество инопланетных артефактов и бластеров пришельцев. Вдруг он спутает Краманова с вором и превратит его в кучку пепла с помощью плазменной винтовки? На этот случай Степан продумал быстрое оправдание, которое можно выпалить за секунду перед мгновенной аннигиляцией.

Аккуратно прошёл по коридору в сторону комнаты Наты. Дверь была приоткрыта, и из помещения доносились тихие всхлипы и звуки, которыми сопровождался какой-нибудь сбор чемодана. Степан аккуратно просочился в открытый проём и решил краем глаза понаблюдать за тем, что происходит в комнате, хоть это действие он и осуждал в голове.

Вот какая картина предстала перед ним: Ната в спальной одежде хлопотала у стола, собирая идеальные вещи, пока с её глаз тонкими струйками сочились слёзы. Она то и дело утирала нос рукой, после чего продолжала уничтожать следы своего пребывания в комнате.

Наконец, Степан решил, что это идеальный момент для прошения прощения, а потому тут же вошёл в комнату.

– Ната, привет…

Харина в этот же момент от неожиданности подпрыгнула, выронила из рук десяток карандашей одной длины и, истошно завопив, юркнула за кресло.

– Живой не дамся! – закричала она.

Стёпа лишь растерянно подошёл к спрятавшейся чудачке, после чего сказал:

– Ната, это я! Стёпа! Я пришёл… Пришёл извиниться…

Харина выползла из-за кресла, утёрла заплаканные глаза и одарила гостя ненавистным взглядом. Она ничего не ответила и лишь продолжила собираться неведомо куда.

– Но что же? Что же я не продумала, скажи? – Ната расставила руки и стала поворачиваться то в одну, то в другую сторону, не переставая рыдать. – Может быть, волосы не те? Но у всех они не подходят по цвету! Люблю клубничное мороженое и храню пару лишних килограммов? Ну и что с того?! Не так разговариваю? Носки не ношу? Да у меня даже прыщи ведь есть, как и у всех!

– Ната, о чём ты? – развёл руками парень. – Я не понимаю!

– Ты всё понимаешь, Стёпа! Ты уже всё сказал! – простонала обессиленная девушка, после чего плюхнулась в кресло и отвернулась от гостя.

Степан лишь молча сел на кровать, после чего посмотрел в сторону спины одноклассницы, а затем аккуратно повернул заплаканную Нату лицом к себе прямо на кресле.

– Нат, клянусь, я ничего не понял из того, что ты мне сказала! О чём ты говоришь по теме непродуманности? Ты можешь мне уже объяснить наконец?

Харина утёрла глаза, после чего выдавила:

– Ты прав. Я инопланетянка.

– Ната, я пошутил вчера… Я не хотел, чтобы…

– Это действительно так!

Стёпа наклонил голову и почесал затылок.

– Как это… Инопланетянка?..

Тут терпение Хариной лопнуло. Она протянула правую руку к однокласснику и прикрыла глаза. Вдруг рука Наты стала меняться прямо на глазах: вместо её привычного тонкого и загорелого предплечья прямо из кожи стали появляться чёрные отростки, которые были в сантиметров двадцать длиной и шевелились от присутствия Стёпы. Эти чёрные щупальца обвили ладонь парня и больно укусили невидимыми ротиками…

Степан заорал как ошпаренный и пулей подскочил с кровати, после чего спиной вперёд добежал до угла комнаты и от ужаса сполз прямо на пол…

– Чт-что это было?! – начал от страха заикаться Краманов и повторять единственную оставшуюся в голове реакцию. – Что это такое? Что это… такое?!

Степан понял – это конец, и его дни официально сочтены. Он подружился не просто с одноклассницей, а с волком в овечьей шкуре, с неописуемым порождением ада и зла вместе взятых. Вот, о чём писали фантасты и прочие выдумщики – встреча с инопланетным чудовищем средь бела дня. И произошла она не в рассказе, а здесь, наяву. Сейчас этот монстр разорвёт оболочку Наты Хариной и выйдет наружу полностью, после чего разорвёт похожим образом Степана… Какая же глупая смерть была ему уготована! Быть съеденным инопланетным хищником в соседней от своего жилища квартире! Может, попробовать убежать? Но ноги от страха уже подкосились…