Игорь Гарин – Закат христианства и торжество Христа (страница 40)
— Когда вы сделаете женское как мужское, внутреннюю сторону как внешнюю, и внешнюю сторону как внутреннюю, и верхнюю сторону как нижнюю, многое как одно и одно как многое, тогда вы войдете в Царствие.
Это очень глубокая и богатая смыслами мысль, восходящая к древней мистике, вряд ли была понята учениками, так и не использовавшими ее в своих евангелиях, но в ней можно распознать глубочайшее понимание Иисусом природы мироустройства, в частности — божественное единство и целостность бытия, неразрывность всех его частей. Кроме того, Иисус подразумевает здесь, что для обретения Царствия Небесного необходимо перешагнуть через все условности земной жизни. Один из оттенков мысли носит гендерный характер (равенство полов; любовь, открытая Иисусом, находится за границами пола), а также содержит тонкий намек на то, что Мария находится среди апостолов потому, что ей всё это доступно.
Здесь невольно вспоминаются уже известные евангельские эпизоды с Марией, когда она сидит у ног Учителя и слушает его поучения. Это вызвало ропот Марфы, потребовавшей, чтобы Мария помогала ей по хозяйству. Иисус тогда ответил: «Марфа, Марфа, печешься о многом, а надо лишь об одном. Взгляни на Марию, она избрала благую участь».
Важная мысль «Евангелия от Фомы» — «познать себя» (Фома, 3) и посредством этого — свою причастность Божеству. Впрочем, Богу причастно всё: «Разруби дерево: Я — там; подними камень, и ты найдешь Меня там» (Фома, 81). Царство Божье, учит Христос, есть «выход из мук страданий тела».
В «Евангелии от Фомы» высоко ставится Брат Господен Иаков, хотя и отрицается обрезание. Напомню, что в 12-м изречении «Евангелия от Фомы» говорится о том, что после того, как Иисус покинет землю, христиан в Царствие Божие поведет его брат Иаков.
Приведу характерный фрагмент «Евангелия от Фомы»:
«Начало: Вот сокровенные слова, которые говорил Иисус живой и которые записал Дидим Иуда Фома.
1. И сказал Он: Тот, кто правильно поймет эти слова, не умрет.
2. Иисус сказал: Пусть ищущий ищет, пока не найдет. Когда же найдет, то потеряет он покой. А потеряв покой, будет он потрясен. И будет тогда царствовать надо всем.
3а. Иисус сказал: И если поводыри ваши скажут вам: Воззритеся, вот Царствие в небесах! — тогда и птицы небесные будут там прежде вас. И если они объявят вам, что Царствие пребывает в море, тогда и рыбы морские будут там прежде вас. Но Царствие пребывает внутри и снаружи вас.
3б. Когда познаете себя, тогда и будете познаны и уразумеете, что вы — сыны Отца живого. Если же не познаете себя, то будете пребывать в нужде, и вы — сама нужда».
Рукопись этого евангелия свидетельствует об исключительном разнообразии религиозных доктрин раннего христианства, наглядно демонстрируя одну из главных моих мыслей: христианская традиция отнюдь не всегда была столь жесткой, неизменной и догматичной, как она представлена в церковных канонах.
Евангелие от Филиппа
Был Отец в Сыне и Сын в Отце. Таково есть царствие небесное.
Со дня, когда пришел Христос, создан мир, украшены города, отброшено мертвое.
Истина не пришла в мир обнаженной, но она пришла в символах и образах.
«Евангелие от Филиппа», содержащееся во II кодексе библиотеки Наг-Хаммади, по значимости не уступает «Евангелию от Фомы», хотя во многом отличается от него. Найденная рукопись относится к IV в., но греческий ее первоисточник был создан во II в. или даже раньше.
Текст этого евангелия также состоит из глав — изречений, причем по ходу повествования вдохновение автора непрерывно нарастает, достигая экстатического подъема, присущего многим гностическим литературным памятникам.
Количество параллельных мест с каноническими текстами здесь относительно невелико, зато в большей мере сказывается влияние античной философии, придающей тексту метафизичность, многоплановость и многозначность.
В этом евангелии четко проступают два уровня бытия, отвечающие «Миру» («эону») и «Царству Небесному». В этом евангелии хорошо выражены характерные гностические представления о разделении мира на противоположные начала и о материальном мире как ошибке творения («Мир произошел из-за ошибки»).
Важнейшая идея «Мира» — неотделимость добра и зла, их соприсутствие: «Свет и тьма, жизнь и смерть, правое и левое — братья друг другу. Их нельзя отделить друг от друга. Поэтому и хорошие — не хороши, и плохие — не плохи, и жизнь — не жизнь, и смерть — не смерть». Этим «Мир» отличается от «Царства Небесного», неразорванного, совершенного, вечного и нерушимого. Это Царство подлинного единства: «Те, кто там, — не одно и другое, но они оба — только одно». Жизнь, истина, свет, мудрость присущи не «Миру», но «Царствию», а в «Мире» мы обнаруживаем лишь их слабые отблески.
Но между «Миром» и «Царством» нет непреодолимой пропасти, просто для вхождения в «Царство» необходимо преодолеть «Мир», даже находясь в нем: «И никто не сможет мучить такого человека, даже если он обитает в мире, а также когда он уходит из мира». «Тот, кто вышел из Мира, не сможет более быть схвачен, как бывший в Мире». Иными словами, человеку дано решать, где находиться, в его воле переходить с одного уровня бытия на другой. Всё определяется исключительно внутренними усилиями самого человека. Путь жизни рассчитан на индивидуальные усилия человека, и только усилием духа человеческого он открывается «в дне совершенном и свете священном». Свобода, собственно, и дана человеку, дабы он сам мог сделать правильный выбор, как сделал его Иисус Христос. Убежденностью в возможность человека выбрать, стать тем или иным пронизаны, например, изречения 113 и 114 этого евангелия.
К этому следует добавить исключительную важность самопознания: «Не всем тем, кто всем обладает, положено познать себя. Однако те, кто не познает себя, не будут наслаждаться тем, чем они обладают. Но лишь те, кто познал себя, будут наслаждаться этим».
Важнейшая проблема мироздания — отношения между всеблагим Богом и падшим материальным миром. Филипп предлагает такое толкование этой проблемы: зло не абсолютно, злые силы подчиняются Святому Духу, поэтому познать истину означает освободиться от них: «Если вы познаете истину, истина сделает вас свободными». Факт познания означает гибель зла. Но истина сложна и доступна избранным, способным понимать и толковать «символы и образы». Христос — высший образец духовной свободы и пример возможности спасения, на его примере легко понять, как обрести Божественную Истину внутри себя. В этом евангелии проповедуется необходимость духовного слияния с Богом.
Совершенство человека — это душевный свет, мистическое озарение, соединение человеческого духа со всеобщей божественной духовной сущностью. Высшим примером этого и является Логос — Иисус Христос. По мысли автора этого евангелия, человек, не обладающий духовной сущностью, вовсе не человек, а животное в человеческом обличье. С другой стороны, только «дети Бога» или Сыновья Божьи угодны Отцу: «Жемчужина, если она брошена в грязь, не станет более презираемой и, если ее натрут бальзамом, не станет более ценной. Но всегда ценна для ее обладателя. Подобным образом Сыновья Божьи, где бы они ни были, всегда имеют ценность для их Отца». Собственно, само учение Филиппа — для избранных, для тех, кто способен последовать по пути Логоса, соединиться с Иисусом Христом.
Самое философичное из гностических текстов, «Евангелие от Филиппа» четко указывает путь от одного уровня реальности на другой, к Богу и истине: процесс познания происходит через откровение. Бытие оказывается знанием-бытием: «Невозможно, чтобы некто видел что-либо из вечного, если он не станет подобным этому. В истине не так, как с человеком, который в мире: этот видит солнце, хотя он не солнце, и он видит небо, землю и другие предметы, не будучи всем этим. Но ты увидел нечто в том месте — ты стал им. Ты увидел Дух — ты стал Духом. Ты увидел Христа — ты стал Христом. Ты увидел Отца — ты станешь Отцом. Поэтому в этом месте ты видишь каждую вещь, и ты не видишь себя одного. Видишь же ты себя в том месте. Ибо ты станешь тем, что ты видишь».
Здесь четко просматривается идея холизма — целостности и единства мироздания, проявляющегося в духовности, пронизывающей все его сферы. Понимание того, что мироздание едино, несмотря на все разнообразие его форм, — пронизывает всё «Евангелие от Филиппа».
В евангелии много говорится об открытии сокрытого, о символике познания, истине, опасности неведения. «Истина не пришла в мир обнаженной, но она пришла в символах и образах. [Человек] не получит ее по-другому». «…Тайны истины открыты в символах и образах». Познание — путь таинств, чтение символов: «…Мы проникаем туда — в сокровенное истины — путем символов презираемых и вещей слабых». Имена, даваемые вещам, часто ведут к заблуждению, и только откровение ведет к истине.
Люди делятся Филиппом не по социальным признакам, но по духу: «состояние души каждого» — вот единственный признак, который может быть положен в основу деления людей. Иисус — высшее познание, «свет совершенный», и задача заключается в том, чтобы он распространился на каждого. «И все, кто в нем, получат помазание. Тогда рабы будут свободными и выкуплены будут пленные».
В скрытом виде «Евангелие от Филиппа» содержит идею тщеты конформизма и покорности: «Осел, ходя вокруг жернова, сделал сто миль, шагая. Когда его отвязали, он находился все на том же месте. Есть люди, которые много ходят и никуда не продвигаются. Когда вечер настал для них, они не увидели ни города, ни села, ни творения, ни природы, ни силы, ни ангела. Напрасно несчастные трудились».