Игорь Фёдоров – Иллюзия одиночества (страница 4)
Вот и сейчас они всем семейством забрели на огонёк тёмным зимним утром в субботу, то есть в день, когда нормальные люди отсыпаются после рабочей недели. Даже не позвонили, дабы не испортить сюрприз! Ну, хоть коробку конфет принесли.
Супруга, хмуро оценив содержимое холодильника, размер угощения и степень своего гостеприимства, бросила:
– Мужики, дуйте за хлебом.
– Магазин закрыт ещё! – громко объявил я, намекая, что визит оказался очень ранним.
– До Изумрудного города сходите!
Ватрушкины переглянулись. Ещё бы! Откуда им знать, что Изумрудный город не один в своём роде! Только мозги, храбрость, сердце и чувство такта там не продадут. А хлеб можно.
Демонстративно зевая и протирая глаза, я вышел с Ватрушкиным во двор.
– Это далеко? – спросил он.
– Ближе, чем в книге, – пространно ответил я и побрёл по усыпанному снежной крошкой асфальту, меньше всего похожим на жёлтую дорогу. Но мы и не за чудесами собрались.
– Это магазин такой?
– Ну, конечно.
– Ха! А я уж подумал!
Подумал он…
– Раньше магазин назывался Кладбище драконов, но потом переименовали.
– Почему? Хорошее название. И книга классная.
– Плохая книга.
Пятнадцать минут под еле светлеющим небом, вместо тёплой постели, ради хлеба, с не самым приятным человеком на пару – что может быть нелепее! И не предупредил, не позвонил! Припереться с детьми, чтобы хозяева не имели морального права отказать! Но это в доме. Теперь я был готов высказаться, чем бы это не обернулось в будущем.
– Послушай…
– Вон он! – закричал Ватрушкин. – Изумрудный город!
Магазин, действительно, был прекрасен снаружи. С вывески улыбались классические изображения советских Страшилы и девочки с собакой, не помню, как зовут.
– Элли и Тотошка! – радостно объявил Ватрушкин.
Точно!
Я посмотрел на его улыбающееся лицо и даже немного проникся такой искренностью. Ещё чуть-чуть, и он запоёт ту самую песенку, а я, не в силах устоять, подхвачу. А следом присоединятся все люди, из окон будут выглядывать удивлённые лица и мощных нестройный хор накроет город.
Мы в город Изумрудный
Идём дорогой трудной,
Идём дорогой трудной,
Дорогой не прямой!2
Мы вошли внутрь уже в приподнятом настроении. Что-то из далёкого детства включило в наших взрослых душах волшебный фонарь, тёмные углы очистились, плесень просохла, пыль выветрилась.
Мы купили только хлеб, но это была самая лучшая покупка за последние лет тридцать, будто два друга-школьника, не спешащие домой после уроков, сейчас будут идти по солнечной улице и поедать мякиш, попутно споря о чём-то своём. А дома вечером будет мультик. Да-да, тот самый.
– Погоди, я сейчас, – Ватрушкин, с лицом, расцвеченным детской улыбкой, повернул назад.
– Зачем?
– Хочу сфотаться! На память!
– Вот делать нечего, – пробормотал я, улыбнулся и достал телефон, отчитаться перед супругой о покупке.
И тут позади раздался визг тормозов, удар и крики.
– Алло! – послышалось в трубке.
Я смотрел на экран телефона, молчал и боялся обернуться назад. Знал, что ничего хорошего там нет. Знал, что жизнь – стерва жуткая и управляет людскими судьбами, как вздумается. Что жизнь человеческая хрупка, как ёлочная игрушка. Знал, что у нас дома есть хлеб, купленный вчера вечером.
– Алло! Ты где там?
Я молчал.
Моя капитанша
Июльская ночь разлилась по небу, звёзды отразились в озере, в луже, в которой я промочил ноги и в её глазах.
Её глаза, это вообще отдельная тема и даже использование затёртого до дыр шаблона «бездонные», в данный момент является не грехом, а констатацией факта, что такие глаза есть не у каждой девушки, а только у особенной. В чём её особенность? В том, что я на неё запал, а я чересчур разборчив. Такие парни, как я, зачастую долгое время остаются без пары, разыскивая среди прекрасной половины человечества самую-самую прекрасную. И если поиски затягиваются, то после сорока лет им приходится довольствоваться тем, что осталось, потому как более расторопные расхватали всех, что были рядом. Но мне, кажется, повезло. И не потому, что Валя кандидат на мисс Мира, а потому что она моя девушка. Хочется постоянно быть рядом и слушать её с открытым ртом. И даже ручная крыса, что бегает у неё по плечам, не особо смущает. Не могу ничего хорошего сказать об обратной связи, я не идеальный мужчина для Вали, но с этим мы ещё поборемся.
Сегодня я приехал на базу отдыха, где работала Валя, дочь начальника и водитель прогулочной моторной лодки. А вечером выследил и подсел к ней на скамейку возле пляжа и тут же пригласил в кино. Валя долго обдумывала предложение, или просто игнорировала, и молча смотрела на огни Яблогорска, посёлка на дальнем берегу и эти огни блестящей цепочкой отразились в её глазах, так же как и капли воды, стекающие с листьев берёзы и падающие в лужи, и круги в этих лужах и звёзды, выступившие из-за туч, что недавно принесли дождь на базу отдыха. Мне показалось, что она уже забыла обо мне, задумавшись о своём. Вот сейчас обернётся и вздрогнет от неожиданности. Я подумал о промокших насквозь кроссовках, не заболеть бы. А вот Валя была босиком. Всю жизнь на озере, как ещё ходить тёплыми июльскими вечерами?
– В кино, значит, – очнулась она от своих дум.
– Или на танцы. Мне не принципиально.
– Тебя интересует не столько мероприятие, сколько попутчик?
– С тобой хоть на край света. Лишь бы это было похоже на свидание.
– Даже так, – улыбнулась она, – а чем здесь тебе не свидание? Ночь, звёзды, романтика. Что ещё надо?
Молодец! И не отказывается, и не соглашается. Будто хочет разговорить, вытащить все потаённые мысли и страшные тайны. Значит, будет действовать открыто.
– Ты мне нравишься. Вот, приглашаю. Куда-нибудь.
– Ладно. Пригласил. Что дальше? Я к тому, что ты уедешь, я останусь. Что нам делать с нашей огромной любовью, кроме как посылать сердечки в соцсетях?
Прямолинейные прагматичные девушки всегда вызывали у меня лёгкую тревогу. Они обладают даром задавать неудобные вопросы в тот момент, когда к этому не готов. То есть, всегда.
– Не ты первый, – продолжала она, – кто обещал мне достать звезду на этой самой скамейке. Но никто не захотел забрать с базы в качестве законной жены или остаться ради меня. В прошлом сезоне чуда тоже не произошло.
– Значит, ждёшь принца на белом коне?
– Скорее капитана под алыми парусами. Я больше на Ассоль похожа, чем на принцессу.
Я ничего не знал про Асоль. Кто или что это. Про алые паруса слышал, но какое отношение это имело к Вале, не понял, а спрашивать не стал, чтобы не прослыть тупым.
– Ну, так что? Может ты – тот самый, а я вместо слёз радости корчу из себя не пойми кого?
Что тут скажешь? Парни вообще не заглядывают так далеко, и я не исключение. Отношения должны развиваться плавно, без напряга. Свидание, значит – свидится. Встреча на один раз. Если первый поход в кино прошёл хорошо, двигаемся дальше. Потом ещё и ещё. Это же так просто. Но некоторые любят усложнять. Надо было что-то отвечать и желательно умное. Но где я, и где умное.
– Для замужества мы мало знакомы.
– Вообще незнакомы.
– Вот именно! И сейчас столько разводов, всё из-за спешки. А кино или танцы, да хоть что, помогут лучше узнать друг друга.
– Согласна. Мы сходили на это «хоть что», между нами вспыхнули самые высокие чувства. Твой отпуск закончился. Берёшь меня в жёны?
– Легко!
– А серьёзно?
– Да я откуда знаю, что там будет в конце отпуска!
– Высокие чувства, я же сказала.