Игорь Евстигнеев – Проценты. Рассказ (страница 2)
– Да ни о чем! – буркнул Матвей, надеясь, что тот отстанет, но не тут-то было.
Чарка только раздухарился.
– Фигово! Человека, которому нечего вспомнить, лично мне искренне жаль. Это все, Матвей, я думаю, от алкоголизма! Чтобы из головы слабенькой не вылетело, ты быстренько карандашиком записывай на бумажечке. Что куды поклал. Помогает!
Матвей усмехнулся:
– Да ну тебя! Дурак!
– Ну, вот сразу “дурак”. Эх! Надоела эта степь. Я на море хочу! Никогда так не хотелось на море, как сегодня. Стоишь так вот на берегу и прямо чувствуешь соленый запах ветра. Вот, говорят, что весной море еще не море и солнце вроде совсем еще не печет, а я хочу… и вечером по кабакам. А пить я люблю там, где подешевле, там народ простой, компанейский. Люблю покупать, так сказать, счастье стаканами! И в целом приветствую компании знакомых мужиков, ну и… Хм! Незнакомых женщин! Если что, могу подсказать потом, если хочешь знать конкретные места. Там все по-божески и чинно. Отравиться не дадут. У народа претензий нет. Хотя вот раньше как-то веселее было все, да и дешевле. Слышь?
– Отстань! Вот сделают тебе первую перевязку без наркоза, может, немного просветлеет в твоей пустой башке. Какое к черту сейчас море?
Видя, что Матвей совсем не предрасположен вместе с ним обсуждать возможности потенциального отдыха на пляжах Черноморского побережья, сержант-контрактник все же примолк.
Послышался шум приближающейся машины. Все встрепенулись.
– Вроде пошли, черти! Ну, хоть дело началось, – обрадовался Матвей.
Однако это была явно не та военная колонна, которую они так долго ждали.
Лишь одинокий темно-зеленый УАЗ, всеми называемый “буханка”, с трудом пробирался по совсем черной, размокшей от весенней воды дороге. Проходимость этого авто просто удивляла. Хорошая машина для хозяйства: поехать в поле, привезти картофеля, сена корове, да и просто в лес съездить – милое дело.
Подвеска выдержит, а мотор вытянет! В сумерках маленький грузовой монстр медленно, но уверенно приближался к засаде, чуть петлял и подпрыгивал, съезжал с дороги и возвращался на нее.
Странно все это. Что-то здесь не так! Не похоже на прорыв боевиков. Может, разведка? Надо бы остановить и разобраться. До цели было метров триста.
Командир наконец дал команду:
– К бою!
Кто из срочников первый начал огонь, было не понять. А дальше все подхватили. Степь загрохотала.
Тух-тух-тух… Тух-тух-тух… Тух-тух-тух…
– Вот, сссука… Зачем? – выругался Матяш. Вот тебе и подготовка, вот тебе и инструктаж, вот тебе и мандраж перед боем… Необстрелянные бойцы даже команды: “Огонь!” не дождались. Мозгов нет, вся тактика: “В тебя стреляют – стреляй и ты”, но тут-то все было тихо.
Пули навылет пробивали хрупкий корпус машины. Буханку подкинуло и опрокинуло набок. Повалили ее как “матерого кабана”. Придорожная грязь и щебень разлетелись во все стороны.
– Прекратить огонь! – ротный выбежал из укрытия и побежал к новобранцам.
Гончар, не выпуская из рук бинокля, завалился на спину, и стал громко стонать. Лицо земляного цвета было полно боли. Потом подполз к Матвею и протянул ему свой оптический прибор.
– Смотри! Ах, как скверно всё, – пробормотал сержант.
Матвей всмотрелся:
– О-оох! – перед глазами резко все поплыло и сердце сдавило.
По оранжевому канту вдоль машины отчетливо читалось: “ШВИДКА МЕДИЧНА ДОПОМОГА”.
В бешенстве от собственного невезения старший лейтенант бегал и материл всех подряд.
– Ну, что? В войнушку поиграть захотелось? – возмущался ротный, – автомат получили и пошли строчить! Падлы! Смотрите теперь на свои подвиги!
Хотя, что толку теперь-то орать? Все и так все понимали. Почти вся сводная команда сейчас стояла возле подбитой машины скорой помощи.
– Ну… что делать будем? – спросил один из срочников, молодой хлопец в бушлате нараспашку с белесыми волосами и худым лицом. Сразу по говору видно, что местный мобилизованный.
Зря он это спросил. Зря. Будто просто плеснул холодной водицы на горячие камни.
Старлей как будто этого и ждал, тут же сорвался на молодого. Опять последовала длинная тирада ругательств.
– Что? Плохо быть деревянными? … Мрази! – С досады плюнул на землю командир. – Да ничего! Доложу об уничтожении диверсионной группы противника. Отходим! Все всё поняли?! Возвращаемся!
Никакого смысла находиться здесь далее, действительно, больше не было. Наоборот, нужно быстро сворачиваться с этого места. Они себя обнаружили, и сейчас противник может артиллерийским огнем легко накрыть их позиции. Одно дело – беспорядочный минометный обстрел и совсем другое – скорректированный удар тяжелой артиллерии. Тогда вероятность вернуться живым близка к нулю.
Земля ничья, местность открытая, по подвалам не спрячешься, чуть замешкаешься – кирдык.
Никто не сдвинулся с места. Царило молчание.
Сказать, что всем было хреново – значит не сказать ничего. Было ощущение, что кончился кислород, и стало тяжело дышать. Казалось бы, обычная засада, а вон оно что…
На армейском темно-зеленом брезенте лежало три тела: молодой парнишка лет двадцати в штатском, сразу видно – водитель, пожилая тетка – санитарка и мальчик лет пяти, не больше.
У малыша было совсем бледное, почти прозрачное личико, алой струей сочилась кровь из раздробленной кисти левой руки.
Гончар присел рядом с ним на корточках, спрятав лицо в грязных ладонях. Все вокруг было залито кровью. Мальчонку прошили насквозь целых три пули.
– Командир! А как же эти? – засопел контрактник, будто горло заржавело.
– Всё, я сказал! – покраснев от злости, гаркнул ротный, его голос предательски дрожал. – Уходим! Пора валить. Повторяю, из боя выходят все! Точка! Все возвращаемся!
– Вы двое, – он указал на Матвея и Николая, быстро на глаз определив бывалых бойцов, – возьмите лопаты с БМП и быстро закопайте тела!
Кинув шапку на землю, Гончар стал медленно выпрямляться.
Матяш же подошел поближе к брезенту и зачем-то близко нагнулся к ребенку. В маленьком кулачке у ребенка виднелась голова игрушечного маленького пушистого зайчонка. Левой тоненькой безжизненной ручкой он прижимал его к груди.
Солдат невольно достал точно такую же детскую игрушку, которая была спрятана у него за пазухой армейского бушлата.
Насколько сильным может быть желание, простое желание выжить?
Маленькая хрупкая душа рванулась из последних сил.
– Ах! – жалобно и протяжно простонал вдруг ребенок и ухватился за большой палец правой руки Матвея холодной детской ладошкой.
…Да почему все так?! Почему опять он?
* * *
Да потому что всё у него не как у людей!
Всю жизнь ему надоедало это нытье, что нужно жить как все. Нужно было куда-то идти, что-то делать. Нужно было, конечно, но… не шлось и не делалось.
Когда после контузии Матвей Сергеевич Матяш вышел из госпиталя, его быстро комиссовали из армии по здоровью.
Хотя Матвей сделал вид, что ничего особенного не случилось, всё в норме и надо продолжать жить, успеха это не принесло.
Вы верите, что каждый человек имеет свое предназначение? Глядя на него эта мысль выглядела сомнительно…
Сначала Матвей решил побаловаться извозом, но заявок было смех как мало, и он довольно скоро плюнул на эту затею.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.