Игорь Дикало – Железная неволя (страница 49)

— Куда прорваться? — не понял Гильермо.

— А, ты ведь не в курсе. Под мэрией целый лабораторный комплекс выстроен. Тебе он особо ни к чему, а вот попасть в комплекс мэрии с грузовиком взрывчатки было бы интересно.

— Chika, ты, кажется смеёшься над старым дядей Гильермо. Я ради такого случая найду тонну взрывчатки.

— Есть проблема. Нельзя сообщать сейчас вашему командованию об операции внизу. Мы не знаем, кому можно доверять в вашей группировке и привлекать большое количество человек не можем.

— Значит, старому доброму дяде Гильермо вы доверяете, — латинос усмехнулся. — Ладно, возьму своих из старой банды. Пять человек, никто и не заметит. Передам управление кому-нибудь, всё равно без дела слоняюсь. Ненадолго для всех исчезну. Пересылайте координаты и снимайте пост, я за вами заеду.

— И я уже говорила, что пойду с тобой даже в ад, — вскинулась Эм, уже обращаясь к Марку. — Пусть ты полный дурак, но я с тобой, даже если придётся погибнуть.

— Тогда тебе придётся не умирать, — легко согласился Марк, при этом почувствовав укол совести. — Просто будь осторожнее и не лезь на рожон.

Вскоре они уже забрались в военный грузовичок и катили по второстепенным дорогам в сторону промзоны в центральном районе. Бойцы Гильермо без умолку говорили, видимо, сильно нервничая, сам же вожак рассказывал смешные истории из своего детства в трущобах. Оказывается, вырос он в Нюарке в гетто, бедном квартале, где крутился, пока его семья пыталась подработать крохи на одном из маленьких заводов по сборке домашних роботов.

— …Этот город точно проклят (ведущая закашлялась). Мы видим, как в городе идут бои. Жители центральных районов нападают на бойцов Сопротивления, как они себя назвали. Военные и боевики Легиона ушли в охранение района мэрии. Даже солдаты, охраняющие студию, ушли. Бросили нас на произвол судьбы. Электричество пока подаётся, но не думаю, что надолго. Ах да, у меня в студии важная персона, сама предводительница «Гадюк», чтоб её прилюдно…(звук удара, хруст).

— Спасибо за представление, Майя (в эфире послышался красивый голос). Я бы хотела побеседовать с ней ещё, но боюсь, ей немного нездоровится (снова звук удара, хрип). Продолжу одна и, надеюсь, кто-нибудь меня слышит, потому что иначе мой первый в жизни эфир окажется напрасным. Вся эта революция, полное гавно, если вы понимаете, о чём я. Великий и ужасный Маррун рвётся вместе со своими прихвостнями к власти и ему плевать на то, что происходит с жителями. Энтузиасты, пошедшие за ним, потом поймут, что их обманули, но будет поздно. Вы слышали обо мне много плохого, но при этом власти боятся меня одну больше, чем всех этих партизан вместе взятых. Мэрия ударила по самому главному в этом городе, по жителям. Обнажила свою суть и теперь заперлась в бункере, ожидая, когда солдаты перебьют бунтовщиков. Майя, вернись к нам, режим монолога меня немного утомляет.

— С-сука. Что тебе от меня нужно (голос ведущей кипит злобой)?

— Вопросы позадавай. Мне Скотт нравился, каждый из вопросов попадал в суть. Может, и ты на это сгодишься?

— Пошла ты (звук удара, кашель). Хорошо, хорошо, не бей меня больше.

— Вот и умница.

— Чёрт, какая же ты сука, Тельма. Зачем ты появилась в студии?

— О, пошли вопросы по сути. Я хотела обратиться к так называемым «повстанцам» и сказать, что те кто ими управляет, марионетки мэрии. Весь этот город — одна огромная яма до краёв наполненная дерьмом и ложью.

— Ладно, поиграем в твою игру (голос ведущей преобразился, появилась деловитость и заинтересованность, присущая всем журналистам). Тогда начнём с самого начала. Кто ты?

— Вы знаете меня, как главу группировки «Гадюки». Я работала в мэрии на должности «центровой» до того момента, пока случайно не узнала, что этот город — экспериментальная площадка по выращиванию искусственных людей, разработке железяк, позволяющих управлять людьми, и отработке социальных проектов.

— Постойте, но если так на самом деле, такая информация бы рано или поздно появилась бы в Сети. Слишком много людей, слишком тесное информационное поле (в голосе ведущей появилась ирония).

— А с чего ты решила, Майя, что каждый человек в этом городе уже не обработан? Ты сама ни разу не ставила платы у местных сёрджеров? В центре целый отдел по созданию историй для каждого из вновь прибывающего. Все, кто в центре, под тотальным контролем отделов.

— То есть, всё, что сейчас происходит…(голос ведущей снова стал ироничным). Это всё — эксперимент? Тогда почему я не сбою? Я — житель из центра.

— Потому что я могу отключать поведенческий чип, воздействуя подобно ЭМП. В противном случае, ты бы уже на меня напала. Технологию я позаимствовала там же. Не веришь мне, выберись на улицу. Там сейчас домохозяйки пытаются убить «повстанцев», игнорируя инстинкт самосохранения и здравый смысл. И тебя попытаются убить, потому что опознавание «свой-чужой», выявит «чужого» в твоём лице.

— Но, почему повстанцы, почему они не под контролем тогда?

— Это — один из социальных экспериментов. Изначально, город поделён на районы. «Центральный», в котором властвует только жажда больших благ, район «менеджеров», которые рвутся занять место в районе «центра» или упасть в результате интриг вниз. И, конечно же районы рабочих, бедняков и банд из них произрастающих. Нищие должны иметь свободную волю и принимать решения сами, тогда у них есть шанс выбраться наверх. Касты. Как в любом идеальном обществе. Всех, кто прибывает извне, не трогают, пока они не начинают задавать неудобных вопросов…

— Приехали, — Гильермо постучал по стенке кузова. — Отсюда пойдём пешком.

Бойцы начали выгружаться, проверяя уже на улице спаренные магазины, затем собрались возле водительской двери.

— Итак, у нас два снайпера: Марк и Хатон. Вы на позиции здесь и здесь, — латинос отправил им карту местной промзоны. — Я, Кастор, Саманта, сюда к воротам, поддержим огнём и попытаемся произвести как можно больше хаоса. Зерос, идёшь с Амэтэрэзу и отвечаешь за неё башкой. Эм, ты будешь нашими глазами, смотришь, говоришь, где кто, в бой не суёшься. Было бы хорошо, если бы параллельно ты смогла смотреть с нескольких камер и давать общую картину.

— Хорошо, — кивнула сёрфер и её хвостики мотнулись. — Я постараюсь.

— Вот и чудно, — Гильермо проверил магазины, кивнул удовлетворённо и зевнул. — В общем, не подставляемся, валим всё, что движется.

Глава пятнадцатая. Штурм

Группы распределились согласно плану, и Эм сразу развернула лаптоп. Местная сеть была закольцована, и хорошо защищена, поэтому она всех предупредила и двадцать минут ещё ломала протоколы защиты.

— У меня две новости, — поморщившись, объявила она в переговорник. — Хорошая и плохая. Хорошая — я вошла в Сеть и вижу всё, как на ладони. Плохая — здесь система наблюдения связана с сигнализацией. Если кого-то засечёт система слежения, включится звуковая сирена и дальше я предсказать развитие событий не смогу.

— Дерьмо, — Гильермо минуту подумал. — Так, если спонтанно не получится, будем идти осторожно. Эм, мне нужна схема базы в прямом эфире, расположение людей, желательно, любые мелкие объекты.

— Ты шутишь? — у Эм глаза на лоб полезли от удивления. — К такому нужно пару недель готовиться, программу писать. А он — в прямом эфире.

— Я так, на всякий случай спросил, — Гильермо растянул губы в усмешке. — Вдруг, у тебя в рукаве пара фокусов есть.

— Нет, — Эм перешла с камеры на камеру. — Там десять человек, все в гражданской одежде, но с оружием, видимо, распугивать случайных прохожих. Внутри ещё трое, работают с 3д-картой города. Ещё турели в трёх местах, так, у них здесь подстанция, похоже автономная.

— Ты можешь осмотреться внутри здания? — Гильермо заинтересованно глянул на изображение. — Где вход, как думаешь?

— Вход? Ты про тот, что ведёт в здание? Или имеешь в виду тот, который идёт под землю?

— Второе.

— Это я тебе скажу, как влезу в систему изнутри. И так чудо, что камеры внутри к общей сети запитаны.

— Тогда начинаем, снайпера, как наблюдаете обстановку?

— У меня всё как на ладони, расстояние — 700 метров до ближайшей цели, — ответил Марк. — Двоих сниму, но сам понимаешь, суета поднимется.

Гильермо решил подумать, но до хорошего не додумался. Поступил, как чёртов маньяк, Марк даже подумал, что стоит хватать Эм и бежать обратно в город. Кажется, слово «тихо» предводитель банды даже в жутких кошмарах не слышал.

Марк услышал, как взревел мотор. Он перевёл прицел винтовки вниз, и сердце разом заухало. Тяжёлый грузовик протаранил ворота и подскочил на всех четырёх колёсах, споткнувшись о сетку ворот. Марк ошалело перевёл винтовку обратно на базу и, выцелив одного из гражданских, выстрелил. Тяжёлая пуля вспорола яркий зелёный комбинезон на груди и вылетела наружу, тело будто взорвалось сзади красным фонтаном и упало на спину.

Справа от Марка выстрелил Хатон, сопровождая выстрел подвыванием в стиле койота. Наёмник ожидал суеты, чего угодно, но не организованного огневого отпора. Хатон на соседней площадке дёрнулся и упал, Марк же пополз назад, пытаясь укрыться от пуль. Голову обожгло, потом рикошет чиркнул по ноге, порвав штанину. Мужчина выматерился и пополз быстрее, пытаясь скорее укрыться среди контейнеров. Можно было бы сказать, что ему повезло, но скорее это повезло Хатону, тот умер не мучаясь. А рикошеты визжали, хотелось куда-нибудь забиться и не шевелиться.