Игорь Демин – Кнут (страница 12)

Подскочил сзади и всадил в затылок зараженного широкий массивный нож. Тут же отпрыгнул, стараясь не попасть под рыскавшие по воздуху лапы агонизирующего врага, и, когда тот успокоился, одним ловким движением вскрыл сереющий на затылке нарост.

— Три споранчика. Неплохо, Валентина Степановна! Хотя и не фантастика. Делим, братья?

Свист отдал два спорана Вороту, а один спрятал куда–то под куртку. Достал из штанов небольшую пластиковую бутылочку, сделал глоток и предложил остальным.

У трупа задерживаться не стали. Зашагали вперед, уверенно и быстро. Кнут без труда подстроился под размашистый темп нового знакомого и осторожно поглядывал на Ворота, чье лицо и шея изрядно порозовели, то ли от жаркого солнца, то ли от непривычных для несколько грузного тела нагрузок.

Свист же совершенно не тяготился ни недавней пробежкой, ни рюкзаком, ни массивным оружием. Все время отпускал какие–то малопонятные шуточки, рассказывал короткие истории, где и каких мутантов он на этой дороге подстрелил, но, не найдя желанного отклика, продолжил расспросы:

— Так вы не местные, братья? Откуда идете?

Ворот неопределенно махнул за спину.

— От реки.

— Ясно. Рейдеры или с конкретной целью? Ладно, не говорите. Суровые вы. И скрытные. Правильно, болтун — находка для шпиона. Так что там, у реки, интересного?

— Остров с церковью, — сболтнул Кнут.

— Какой остров? Нет там островов, я этот медвежий угол вдоль и поперек знаю, в том направлении. Выше или ниже по течению?

— Выше.

— Не было там никакого острова.

— Не было, — уверенно подтвердил юноша, — А вчера появился. И пропал потом.

Кнут не считал себя в праве рассказывать об истории Ворота, который, судя по виду, все еще сердился за новое имя.

— Да ладно! Пропал?!

— Ну, туман там…

— Понятно, что туман. А церковь какая? Белая?

Свист от неожиданного возбуждения остановился и всплеснул руками.

— А не врете? Видели там кого–нибудь? Выбрался кто–то? Мужик такой, в черной рясе, бородатый, был?

— Далеко были, не видели, — резко вклинился в разговор Ворот, — А что за мужик?

— Да, вы что, не слышали эту историю?! Это же отец Савелий. Известная личность.

— Известная?

Кнут услышал в голосе Ворота волнительную заинтересованность. Еще бы!

Свист только головой махнул удивленно, мол, действительно, не слышали? И продолжил рассказ уже на ходу.

Церковь находилась на странном «блуждающем» кластере. У него не было ни постоянного места возникновения, ни стабильного периода перезагрузки. Небольшой участок земли с церковью мог возникнуть где угодно, в любом месте и в любое время. Нельзя было заречься, что этот блуждающий кластер — единственный в своем роде. Но о других подобных никто никогда не слышал. Но главное было даже не в этом. Отец Савелий всегда оказывался в своем маленьком блуждающем кластере единственным иммунным.

— Такого, вообще–то, не бывает, — развел руками Свист, — При всех своих завихрениях, Стикс — логичный мир. Каждый из попавших в перезагрузку людей имеет мизерный шанс стать иммунным, не больше чем два–три процента. А этот поп — как заколдованный.

Кнут вспомнил, как впервые увидел самого себя, мутировавшего, после перезагрузки Октябрьского. Прибежал в родной дом, чем немало удивил родителей, и встретил другого Никиту. Точнее, такого же, но на неделю старше. И уже с явными признаками заражения. Вороту такого, похоже, переживать не придется.

Свист поднял вверх указательный палец.

— И ведь что главное! Пока отец Савелий жив, здесь, в Улье, кластер его родной нигде больше не появляется. А как только погибнет, ну, там, сожрут его или пристрелят, тут же где–то в Стиксе снова возникает его церковь. И он там снова живой. Вроде как вечный.

Ворот споткнулся обо что–то, прямо на ровной дороге. С трудом удержался на ногах и присел на колено, помассировать едва не вывихнутую стопу. Лицо кривилось, как от боли, но что–то подсказывало Кнуту, что причина вовсе не в ноге. Юноша решил подыграть спутнику. Встал между ним и Свистом, достал из рюкзака фляжку с водой, подал товарищу, напиться.

Проводник ждал без видимого неудовольствия, но с нетерпением. То ли сильно торопился в поселок, то ли хотел побыстрее закончить интересную историю.

— Сам я его не видел. На вид, говорят, обычный поп. В рясе, бородатый, с пузом. Упрямый, как баран. Но дара или силы за ним никогда особенных не наблюдалось. Зато дипломат — каких поискать. По болтовне меня за пояс заткнет. Запутает, заговорит — и ты уже, вроде, и сам думаешь, как он. И рука тянется крестным знамением себя осенить. И где не появится, глядишь, уже и церквушку из какого–то домика справил. И прихожан агитирует, миссионер хренов.

— Чего ж в церквях плохо? — проворчал Ворот.

— Да ничего. Вот только не любят в Стиксе святош. Какая тут святость? Нет здесь ни бога, ни веры, ни милосердия. Их и на Земле то не много. А уж тут… И меня вот бесит, когда предлагают верить в то, чего нет. И сразу хочется дать в морду.

Свист звонко ударил кулаком по ладони.

— Тут ведь как? Что ни культ — то мерзость. Людей в жертву приносят, младенцев режут, баб распинают, на кострах жгут. А все почему? Потому что бога здесь нет. Не интересны мы ему. Не его паства. Мы копии. Не люди. Нет в нас ни души, ни искры божественной. Это мир злых и жестоких бесов. А потому, если и верят в Стиксе люди во что–то, то в них. И вера получается такая же уродливая. Я понимаю — просто убить. Убивать тут приходится часто. Правильно я говорю, братья? Не ты, так тебя. Иначе никак. Но резать и жечь людей ради придуманного божка — этого я не приемлю.

Кнут шел немного позади и удивлялся, насколько много о настроении человека может сказать его спина. Ворот сгорбился, сжался, как под тяжелой ношей, хотя голос его звучал по–прежнему ровно, с легким придыханием, как от усталости:

— И что… он тоже убивает?

— Кто? Савелий? Нет. Он нормальный поп. Но еще бы его кто–то слушал. Говорят, где–то на юге у него получилось создать что–то вроде секты. С Библией, храмом, все дела. Да только пришили его свои же. Нашли какое–то для этого святое обоснование. И объявили охоту на своего основателя, так как теперь, по их вере, они должны собственноручно уничтожить тридцать три реинкарнации Савелия, и тогда, мол, наступит апокалипсис и снизойдет на Стикс второе пришествие Христа.

Свист зло усмехнулся.

— Так что вам, братья, могло здорово повезти. Отец Савелий сейчас — весьма ценный товар. Сектанты за него, за живого, приличные капиталы дают. Может, он, кстати, сейчас где–то тут и бродит. Я бы поискал, да некогда, тороплюсь на встречу с товарищами.

Таким мрачным Кнут бывшего настоятеля еще не видел. Может быть, и стоило расспросить Свиста об охоте на настоятеля подробнее, а заодно и выведать, действительно ли любой человек в Стиксе с удовольствием выдаст отца Савелия сектантам, но размышления проводника стоило отвести от опасной границы. Не дай бог, заподозрит.

— А знаете еще что–нибудь интересное? Еще какие–то легенды и байки?

Как ни крути, а Кнут, вчерашний подросток, сохранил жажду к интересному и необычному.

— Интересное? Да много что. Стикс большой. Историй множество. Все их, правда, никто не знает. Знаешь ли, ни летописцев, ни библиотек тут нет. Так только, что по кабакам да в рейдах друг другу болтают.

— Так может и вранье все?

— Какие вранье, а какие и нет. Отца Савелия я сам не видел, но знал парня, что лично с ним в рейды ходил. Или вот, про Тарча. Про Тарча слышали? Не удивительно, это совсем недавняя приколюха. Он точно такой есть, если еще не помер.

— А что за Тарч?

— Рейдер. Получил от Улья умение убивать вирус, которым все тут заражено. И до того сильным стал, что целые кластеры уничтожал. Силища была у дара такая, что он даже в перезагрузке выжить умудрился.

— Это в тумане?

— В тумане. Но потом у него что–то щелкнуло, говорят, с другим сильным иммунным встретился, и теперь Тарч не убивает вирус, а наоборот, делает его сильнее.

Кнут хотел было восхититься, но в разговор влез Ворот.

— Это зачем такую дьявольскую болезнь делать сильнее!?

Свист подал плечами.

— По–разному. Дар у человек сделать сильнее. Вот попадает, снайпер, например, белке в глаз за километр. А будет за два. Да еще через кусты и ветки.

— Бедная белка, — хохотнул Кнут.

— Это точно. Или мутанта сделать сильнее.

— Еще не лучше, — уже не стесняясь возмутился Ворот.

— Это кому как. Есть же погонщики, что зараженными управляют. Им такой дар был бы как раз на руку. В общем, Тарч этот, он даже для Стикса настоящий волшебник.

Кнут же поинтересовался:

— К нему, наверное, люди толпами ходят.

— Сейчас, прям. Не дурак он, поди, кому попало не помогает. Да и где его найдешь? Имя, наверняка, все время меняет, чтобы не отсвечивать. Иначе бы давно сидел где–нибудь в застенках у мощной группировки и работал только на них. О, а мы то за болтовней уже и пришли.

Свист остановился перед приметной поросшей молодыми березками поляной.

— У меня здесь встреча с друзьями. Подождем вместе? Подъедут они, и вместе в Острог уже.