Игорь Чиркунов – Сага об орке. Дебютант-киднеппер (страница 13)
– Кто дал слово дренгу? – раздраженно в пространство бросил Болли.
– Сигмунд, ты же не поведешь нас в южные земли Вестлёнда, пока мы не доставили домой всё то, что взяли прошлым летом? – голос Фритьефа перекрыл Боллин.
По массивному лицу братца, по насупившимся густым бровям, по сузившимся векам было видно, какая гигантская работа мозга шла сейчас внутри его большой черепушки.
– Форинг, да подумай ты! – Болли порывисто развернулся. – Это же шанс! Шанс первыми взять сливки с этого края! Нас не ждут! Слышишь? Не ждут! Люди привыкли, что орки не приходят раньше определенного срока! … А тут мы! Ты подумай, какая может быть добыча! Какая тебя ждет слава!
Ой-ё-ёй! А братец-то ща поплывёт! Я прям вижу, как в его глубоких глазницах как у мультяшного персонажа скачут значки долларов! Ах, жадность-жадность!
– Сигмунд…– я поправился, – Форинг, ну чего такого мы там можем взять? Ты забыл, ЧТО у нас в трюме? СКОЛЬКО там?
– Форинг, кого ты слушаешь?
– Сигмунд, Асгейр прав, – негромко, но веско уронил на колеблющиеся весы хомяковатой души форинга ветеран. – Вспомни, какую добычу мы уже взяли. Поверь моему опыту… Да спроси хоть этого… – Фритьеф показал подбородком на оппонента, – Давно ли приходили в Борг корабли с ТАКОЙ добычей?
Сигмунд с сомнением взглянул на волосатика.
– Да… – замялся тот, – Я и не помню… Да что я, считаю чужую добычу? – стал выворачиваться как уж на сковородке дредованный хольд. – Сигмунд! … Я согласен, у нас много ценного в трюме. Но представь, как ты сможешь это преумножить!
Я прям видел, как перед мысленным взором Сигмунда рисуется картина: вот он, а вот другие форинги и сам ярл обсуждают его небывалую удачу и страшно завидуют…
– Фритьеф, скажи хоть ты, если меня не слушают, – изменил я тактику, – пусть вспомнят, сколько у нас команды, и что мы не отдыхали эту зиму как следует. Что мы найдем в этих южных землях, куда нас так старательно зазывает Болли? Только смерть. И нового не возьмем, и всё нажитое растеряем… Был у нас Сигмунд Счастливчик, а превратится в Неудачника, – вытащил я самый главный свой козырь, – что подержал удачу за хвост, да не смог удержать из-за жадности!
Глаза братца полыхнули адским огнем.
– Да ты струсил, полукровка! – зло крикнул Эйрик.
– Трус! – подхватил Рерик, – Давайте оставим его на берегу? Пусть живет здесь как его родичи червяки! Зачем нам этот бесполезный?
– Ну-ка заткнулись все! – рыкнул Фритьеф.
– А что это ты рот команде затыкаешь? – окрысился на него Болли. – Мы форингу дело советуем, а ты что? Ты был опытным хольдом, но это было давно! А теперь ты…
Болли не договорил, вовремя прихлопнув пасть. Но Фритьефу хватило. Он секунду колебался, а потом … вышел вперед, под мачту, развернулся к Сигмунду.
– Скажи, Сигмунд, кого ты слушаешь? – мрачно проговорил ветеран. – Кто твой ближник? Я, кого ты знаешь с самого детства, кто учил тебя держать меч и вел все эти месяцы, или … – он покосился в сторону волосатика, – этот хольд, про которого мы знаем только то, что он несколько походов совершил со Свеном Кабаном? И то, с его слов.
Над кораблем воцарилась тишина, которой больше подошло бы описание «мертвая» или «гнетущая». Орки, похоже, боялись даже пошевелиться.
Сигмунд молчал. Фритьеф тоже. Пауза затягивалась.
– Скажи ему, форинг! – негромко, но с вызовом заявил Болли. – Заодно и я пойму, как меня здесь принимают.
– Скажи, – эхом откликнулся здоровяк, – и если надо, я готов сменить Болли за веслом.
Сигмунд тяжко вздохнул, словно гигантский кузнечный мех.
– Ты мой ближник, Фритьеф, – наконец, как будто с трудом выдавил братец, – ты здесь, фактически моя семья…
Эй-эй! А я как же? Хотя ладно, ща главное этого козла волосатого на место поставить. Давай, братан, жги!
Фритьеф стоял спиной ко мне, я видел только слабый кивок его огромной головы. Зато лицо Болли было обращено в пол-оборота, и от меня не укрылось, как на миг прищурились его глазки, а на скулах вздулись желваки. Так-то тебе, козлина!
– Но я также не могу игнорировать мнения опытных хольдов, – продолжил гундеть Сигмунд. – А Болли, часто дает очень ценные советы. Ты же помнишь, кто предложил тогда напасть на двух людских ярлов, сошедшихся на поле битвы? А лагерь тех людей, что осаждали деревню? Болли делом доказал, что к его слову надо прислушиваться.
Фритьеф не шелохнулся. Зато морда дредованного урода осветилась довольной улыбкой. На один миг. Потом ее сменило деланное выражение спокойствия, Болли сел, и даже откинулся спиной на планширь, скрестив руки на груди.
– Я услышал тебя, форинг, – прогудел ветеран, вновь кивнув головой, – укажи мне место за веслом и в строю.
– Да ничего ты не услышал! – взорвался братец. – И твое мнение, и мнение Болли мне одинаково ценно. Так что прекратите ссориться! Я вам запрещаю!
Интересно, мысленно хмыкнул я, они послушаются?
– Так куда мы идем, форинг?
Пауза. Сигмунд пару раз перевел взгляд с Фритьефа на Болли и обратно. Потом завис, уставившись в пространство.
– Домой, – наконец выдохнул брат, когда я уже решил, что ответа так и не дождемся.
Фритьеф вновь коротко кивнул, я перевел дух, спина Синдри скукожилась еще сильнее, чем до этого…
– Домой, так домой, – раздалось карканье из-за спин. Я непроизвольно обернулся на Кнуда, – только учтите, что еще дней тридцать или все сорок будет дуть сильный северный ветер.
На кормчего стали оборачиваться другие, повернулся к нему и Фритьеф.
– Что ты хочешь сказать? – озадачено спросил Сигмунд.
– Все же помнят ветер, с которым мы вышли из дома? … Если кто забыл, напомню, что каждую весну дуют северные ветры, на которых нам так удобно добираться до человеческих земель, а каждую осень наоборот – южные, что гонят нас к родным берегам…
Кнуд перевел дух, длинные речи ему пока давались не очень. Я успел заметить, как радость вновь возвращается на лицо волосатика.
– И что это значит? – насупился Сигмунд.
– Если хочешь прям сейчас идти домой, приготовься выгребать против ветра и волны. Думаю, дней десять, а то и все пятнадцать на дорогу потратим.
– Это ж знак, форинг! – воскликнул Болли. – За те же двадцать дней мы успеем наведаться на юг, к людям, взять хорошую добычу, которая еще больше прославит тебя в веках. И тогда уже идти домой.
Чёрт…
– Значит так, – после долгого раздумья наконец родил Сигмунд. – получается, что сразу домой идти резона нет.
В уголках глаз «опытного хольда» блеснул торжествующий огонек.
– Но и рисковать тем, что уже взяли я не хочу…
Ага! Всё-таки хомяк взял верх! Правильно, тащи добро в норку! Домой, брат, домой!
– Пойдем неспешно к восточному побережью, откуда перейдем к берегам Валланда и домой. Если по пути будут попадаться достойные нашего внимания поселения – берём.
– Сигмунд… – начал Фритьеф.
– Идем через север. Не готовы мы пока на юг углубляться.
Отплывать решили на следующее утро. Остатки дня посветили окончательным сборам, наполнили бочку с питьевой водой, из временного ледника перегрузили небольшие запасы соленой рыбы и вяленого мяса. На первое время.
Я под вечер смотался к монахам.
– Значит завтра, – кивнул, поджавший губы брат Вальтер. Вздохнул.
– Не грусти, – попытался я его ободрить, – у тебя всё еще есть слово Спасителя и братия.
– Конечно, – согласился монах. – А еще скоро могут начать приплывать паломники.
– Какие еще паломники? – удивился я. Вроде в наших разговорах такая тема не всплывала.
– Миряне, – пояснил Вальтер, – используют время, пока можно не бояться орочьих кораблей, чтоб увидеть нашего настоятеля. Ранней весной и поздней осенью они приплывают за благословением или за мудростью, а мы встречаем их как и вас.
– А-а… – протянул я. – Ладно, брат Вальтер, я пойду, завтра вставать рано.
– Иди, гоблин Асгейр, пусть дорога твоя будет легкой. Я обязательно выйду утром на пристань проводить вас, и благословить.
На том и расстались.
Утром отвалили. Мачту уже поставили и раскрепили вантами. Рей, развернутый пока вдоль палубы, ждал своего часа, чтоб вознесясь вверх расправить парус, и устремить наш «Ворон» по волнам, под скрип досок корпуса, свист ветра в снастях, в соленых брызгах навстречу встающему из моря солнцу… Господи, неужели я скучал по всему этому? Я даже удивился, плюхаясь задом на рундук, привычно берясь за еще не выставленное сквозь порт весло.
– Стрелки на нос! – одернул меня голос Фритьефа.
Переглянулся с Региным, уже вытащившим из чехла свой длинный лук и снаряжающим тетиву. На нос, так на нос, где там мое оружие?