Игорь Чиркунов – Псы войны: Специалист по нестандартным ситуациям (страница 5)
– Да?
– На мой взгляд, слишком тяготеет к роскоши, – чуть поморщился «Бульдог».
– На твой? – усмехнулся магнат, потом демонстративно посмотрел на откровенно дешёвый костюм Нила, явно выражая своё мнение. – Что ещё?
– Женщины…
– Может стать проблемой?
– Нет… Или да… Я не уверен… В общем, есть у нашего паренька привычка. Как только подруга достигает двадцати пяти, он её бросает.
– Но всегда одна? Голову не теряет? – уточнил магнат, и, получив отрицательный ответ ещё раз усмехнулся: – Это не наказуемо…
Потом задумался, побарабанил пальцами по столу.
– Пусть зайдёт ко мне. Наверх.
– Когда?
– Через час. Поговорю с ним в своей переговорной. Да! Личное дело на него пришли, прям сейчас.
– Я тебя понял, Джеймс, – Нил кивнул, поднялся из кресла. – Пойду. Надо парням позвонить, а то ведь старая ведьма житья не даст, – проговорил ворчливо.
Начальник Службы Безопасности вышел.
Только тогда хозяин корпорации поднялся из кресла, повернулся к окну в торце переговорной и приложил руку к стеклу.
В тот же момент одна из оконных рам отошла назад и бесшумно отъехала в сторону, обнажая вместо улицы, которую было видно сквозь стекло, проём, подсвеченный неярким искусственным светом.
То, что «окна» в комнате переговоров и приёмной перед ней совсем не окна, в корпорации знали единицы. Знала личный помощник – Пэм Карлайл, знал Нил Камински. Были осведомлены шестеро персональных телохранителей мистера Мейсона и два особо доверенных техника из Службы Безопасности. Экраны в комнате передавали внутрь вид «за окном», а экраны изображавшие внешнее остекление – вид внутри комнаты. Но стрелять сквозь эти стёкла было бы занятием бессмысленным.
Мистер Мейсон вошёл в проём, и створка изображавшая оконную раму так же бесшумно встала на место. Хозяин корпорации оказался в довольно большой комнате вообще без окон, которую мог использовать для отдыха между совещаниями. Но сейчас он подошёл к боковой стене, приложил руку к определённому месту панели, которыми были обшиты стены. Две соседние панели разошлись, открывая вход в небольшую лифтовую кабинку.
Лифт поднял хозяина корпорации на семьдесят третий этаж, который он занимал один, и где жил в рабочие дни, не тратя время на дорогу в особняк и обратно.
Два слова о мире
Земная цивилизация уже несколько столетий колонизирует ближайшие окрестности Галактики. Известный космос поделён между четырьмя союзами наций – здесь их решили называть «фракциями», ибо термин "государство" – не полностью отражает суть политических образований из многих планетарных систем под управлением единого правительства:
Федерация. Наследники выходцев США и Европы,
Халифат. Выходцы из Индии и стран мусульманского мира,
Империя. Выходцы из Китая и Океании,
Союз. Россия плюс страны к ней тяготеющие.
А также есть территории, именуемые «Свободными», которые не вошли ни в одну фракцию. Кто-то говорит, что это – оплоты свободолюбивых людей, не признающих ни чьей власти над собой. А кто-то – что эти территории до сих пор «Свободные» лишь потому, что никакого интереса для серьёзных игроков не представляют.
В любом случае, полностью свободными эти территории никогда не были – их курируют те фракции, исследователи которых первыми открывают и описывают тот или иной сектор космоса.
Если в таких секторах встречаются планеты, пригодные для заселения, мандаты для колонизации выдают специальные миграционные комитеты. Выдают не просто так, а за пошлину. Принцип прост: есть деньги – значит, ты в состоянии освоить и удержать большой кусок территории. Бери мандат на целый материк. Мало средств? Вот тебе кусочек поменьше. Нет вообще? Разве только на билет? Лети. На милость тех, кто устроился там раньше
Глава 3 Специалист по нестандартным ситуациям (18 495 зн.)
Кабинет Саймона О’Фолли располагался на сорок третьем этаже.
Типовой прямоугольник три на четыре метра, с совершенно голыми стенами, узким шкафом для верхней одежды, одиноким письменным столом с казённой пластиковой столешницей и большим монитором на нём. Да, должность «младшего юрисконсульта» не предполагала оборудование рабочего места голографическим интерфейсом, вот и возвышался над столом большой прямоугольный лист матового пластика на ножке.
Вместо настоящего окна, висела видеопанель. Но даже она была не в «полный рост», от пола до потолка, а всего лишь на полстены, и нельзя было в минуту раздумий или краткого отдыха развернуться в кресле «к окну», пусть имитации, но все же! Чтоб задумчиво взирать вниз, туда, где ездят мелкие коробчонки наземного транспорта или суетятся фигурки людей спешащих к остановке эстакадки, надземной разновидности сабвея, и благодарить судьбу, что они – там, внизу, а ты – здесь, на какой-никакой, а высоте.
Впрочем, среди офисных работников корпорации считалось, что если ты, годам к тридцати не поднялся до 50-го, то в этой жизни тебе уже вообще ничего не светит. Жизнь твоя, можно считать, прожита зря.
Саймону было тридцать четыре, и даже собственной кофеварки в его кабинете не было. Вот и приходилось ходить за полсотни метров и два поворота коридора к одному из закутков мини фудкорта на этаже: пара автоматов с готовой едой, три с разными снеками, кофейный автомат, утилизатор да несколько стоячих столиков.
– А потом? – подмигнул Саймон долговязому растрёпанному парню в форменном халате поверх белой рубашки.
Откусил от «автоматного» сэндвича с индейкой, запил «автоматным» капучино из бумажного стаканчика и вольготно положив локти на столик, приготовился слушать сто пятьдесят какую-то по счёту увлекательную историю о том, как Мик Торенто, старший смены по обслуживанию оргтехники провёл вечер субботы.
– А что потом? – деланно удивился Мик и в который раз взъерошил ещё недавно уложенные волосы: – потом мы с Салли сбежали с этой отстойной вечеринки, и… – он выдержал небольшую паузу и непроизвольно задрал нос, оглядывая собеседников, – я отвёз её в «Три кита».
– «Три кита»? – ахнула Анжела, руководительница отдела документального сопровождения внутрисистемной логистики. Уже слегка раздобревшая, но всё ещё пытавшаяся влезать в строгие деловые костюмы на размер меньше, крашеная блондинка. – Это же безумно дорого! Я столько слышала про этот отель…
Она кокетливо опустила глаза, зацепила наманикюренными пальцами сельдерейную палочку из стаканчика, стоящего перед ней на столике, и притворно вздохнула:
– А вот меня никто не приглашает в «Три кита»… Наверно, так и состарюсь, ни разу не побывав.
Повисла секундная, неловкая пауза – приглашать дважды разведённую, тридцатипятилетнюю старлетку куда либо дураков не оказалось.
– Мы с женой прошлым летом недельку зависали в «Китах», – вроде бы небрежно обронил Том Баффи, третий замотдела внутренних коммуникаций.
Глядя на Тома, вряд ли можно было предположить, что перед вами тот, кого называют «коммунальщик» – костюм не меньше чем за полторы тысячи кредитов, модельные ботиночки под стать, явно не самостоятельно уложенные, чем-то сбрызнутые тёмно-каштановые волосы. На лице, тщательно отрепетированное выражение некоторого превосходства… Бумажный стаканчик с самым дешёвым в их автомате американо он предпочитал держать в руках, ибо ставя его на столик рисковал коснуться рукавами столешницы, и – о, ужас! – запачкать дорогущий костюм. Купленный, как знал Саймон, в очень длительную рассрочку.
– Решили перезапустить отношения… – как бы между прочим поведал Том, – жили на двадцать пятом, ужинали на балконе над морем…
Он перехватил стаканчик левой рукой и чуть отвёл – чтоб не облиться, достал золотистый прямоугольник коммуникатора, и удерживая в руке запустил голографическую проекцию. Над рукой повисло объёмное изображение уютной лоджии с парой шезлонгов и столиком. На столике высилась бутылка с отвёрнутой от камеры этикеткой, пара фужеров с зонтиками и темнеющий где-то внизу океан до самого горизонта. И на горизонте – наполовину скрывшееся, тёмно-багровое солнце.
– Ах, Том, это так романтично, – мечтательно закатила глаза Анжела.
– Это же, наверно, чертовски дорого? – серьёзно вставила Бетти, новая ассистентка одела логистики.
Явный новичок в их коллективе – её буквально две недели назад «подняли» к ним на сорок третий с тридцатого – она держалась немного скованно: прямая в своей белоснежной блузке и тёмно-синей, узкой юбке длиной строго по коленные чашечки. С туго затянутым на затылке узлом светлых, по виду – крашеных волос и в строгих очочках с тоненькой проволочной оправой.
В костюме – ещё никаких мелких отступлений от дресс-кода, что позволяли себе «старожилы» этажа. К примеру, серьги и брошь Анжелы явно были дороже и ярче, чем полагались по корпоративным нормам сотрудницам её уровня. Да и костюм Тома явно превышал рекомендованную планку по цене. Мик демонстративно таскал фирменный халат, который, во-первых, ему как начальнику был необязателен, и во-вторых ,был необходим лишь при выполнении работ. Но представителям кадровой службы, периодически сующий свой нос на сорок третий Мик всякий раз заявлял, что его в любой момент могут «дёрнуть» подчинённые на некий «сложный случай», и он совершенно не желает неизбежно испортить костюм, когда ему придётся лезть руками в недра копировальной техники. Что же касается Саймона, то вне официальных мероприятий он принципиально не носил галстука, да и запонки, которые он предпочитал простым пуговицам на рубашках, поблёскивали прозрачными камешками. Впрочем, он всем говорил, что это цирконы.