Игорь Чиркунов – Первый в касте бездны (страница 4)

Быстро бросил взгляд по сторонам — никого. С сомнением посмотрел в сторону знакомого шалаша…

Блин! За размышлениями и не заметил, что «инструктаж» жениха и невесты закончился, они встали и, судя по всему, уже прощались со стариком. А шаман… Шаман исподлобья смотрел в мою сторону!

Поднялся, отряхнул ноги от налипшей травы и прочего мусора, вздохнул и потащился туда, где меня, похоже, ждали.

«Зачем пришёл», читалось на недовольном лице шамана.

— Здравствуй, говорящий с духами, — я поклонился со всем уважением. Выпрямился, поднял палец, — минуту, только сестре пару слов скажу.

На это старик вообще никак не отреагировал.

— Ну и когда радостное событие? — весело подмигнул я сестре.

— Ты про что? — растерялась Хаэата.

Настал черёд мне в замешательство приходить:

— Как про что? — даже руками развёл. — Про обряд, конечно!

— А-а-а, — на лице сестрёнки промелькнуло понимание. — Говорящий с духами сказал… — она покосилась в сторону невозмутимо возвышавшегося шамана, — что мы слишком затянули. Теперь благоприятный момент будет только через пять дней.

Благоприятный? Это для чего⁈ Впрочем, я же сюда не за тем пришёл!

— Хорошо, — кивнул нейтрально. — Слушай, я тут у тебя ещё кое-что хотел разузнать, но чуть позже. Мне… — я покосился на шамана, — тоже надо поговорить с… говорящим с духами. Ты сейчас домой?

— Нет, что ты, — с видом деловитой озабоченности отмахнулась сестрёнка, — мы сейчас к Энеле… — она нежно коснулась руки жениха и на миг прижалась к нему, — ещё столько подготовить надо.

Женишок же, стоял ещё одним монументом на пляже. И если шаман возвышался невозмутимой скалой, то этот… словно напыщенный болванчик. Ладно, мне с ним делить нечего… если только Хаэату обижать не станет. А станет… Но я опять напомнил себе, зачем я здесь.

— Понятно. Ты уже переехала? В смысле, если что искать тебя уже там?

— Что ты, что ты, — замахала на меня сестра и быстренько стрельнула глазками в сторону шамана, — я ведь девушка незамужняя, мне не пристало ночевать нигде, кроме дома…

— Ладно, идите уже, — усмехнулся я, — а то вон, благоверный твой весь извёлся.

Чем заслужил возмущённый взгляд от «благоверного».

Сестра и позыркивающий в мою сторону женишок ушли. Я повернулся к шаману.

— Что тебе… Скат, — разлепила губы хмурая «скала».

Не самое конструктивное начало…

— Прости меня, шаман. Честно, я не знаю, за что ты на меня так… — мгновенье я подыскивал слово, помогая себе жестами, — ополчился… Но у меня к тебе дело. Именно к тебе, — добавил я поспешно, чтоб не быть отосланным к старшему своей касты… «Ах, нет у тебя касты? Ну, братан, тут ты сам себе злобный Буратино». — Так вот…

Но старик меня перебил:

— Не знает он… — скривившись и не глядя на меня, проворчал старик. Затем мазнул неприязненным взглядом: — У тебя был шанс… У тебя был путь! Путь в число старших этого племени! Ты мог стать отцом глубин! Человеком, с которым считаются… А вместо этого выбрал… путь никчёмного гребца.

Блин, да что он меня всё этим гребцом попрекает!

— Гребца, говоришь? — закипело у меня внутри, но я пытался сдерживаться. — Жаль, что вчера, возле дома вождя ты отсутствовал… — думаю, глумёж в моём голосе распознал бы и тупой. — А то мог бы кое-что услышать… Путь наверх, говоришь? — Я криво усмехнулся, — А я и иду наверх… Только путь у меня свой.

Я ещё недоговорил, а уже пожалел о сказанном. Скат, ну ёлы-палы, ты же пришёл поговорить о деле, а не устраивать срач, тем более, с шаманом. Но меня словно чёрт за язык тянул!

Однако шаман, против ожиданий не рассердился и не прогнал мелкого наглеца. Будто… Будто такой реакции и ждал!

— А-а-а… — протянул он и хмыкнул: — Ты сейчас, наверно, про то, что вчера один молодой и не очень умный… юноша наговорил всей верхушке племени? Про новую касту, про большую рыбу… Так?

— Ну-у-у… Так, — кивнул я, несколько ошарашенный его встречной иронией.

— Эх, Хеху-Хеху… — почему-то вспомнил он имя прежнего владельца моего тела, — я очень долго живу. Очень. Я видел всех этих… старших, — слово «старших» он произнёс с откровенной издёвкой, — когда они ещё голозадыми мальцами от матерей по песку с воплями удирали. И уже тогда я был немолод…

Ого…

— Знаешь, — взглянул он мне в лицо с насмешкой, — сколько за эти годы было таких же, как ты? Молодых, горячих? С таким же, как у тебя горящим взором? Знаешь, сколько было тех, кто как тот юный безумец вчера, кричали: «Нам никто не указ»⁈

Он говорил ещё, но я не слушал. Почему-то вдруг начал прикидывать, сколько этому старому пню может быть лет… Даже если предположить, что вождю или Ата на вид около сорока с хвостиком… Ну хорошо, при такой жизни, реально им может быть под тридцатник. Ну, тридцать пять — просто здесь стареют раньше: погода, вечная жара, не самое сбалансированное питание… Тогда «не молод» это… сколько? И ещё плюс… предположим тридцать? Это сколько ж тебе сейчас лет-то, дедушка?

— … Много, — внезапно выхватил я слово из речи старика.

И взгляд. Такой, словно видит меня прям насквозь…

Да ну, нафиг! Какое, к чертям собачьим, чтение мыслей? У меня наверно всё на роже написано!

— Ты меня слушаешь? — прищурился шаман. — Знаешь, не привык я, с пустотой разговаривать.

— Да-да, слушаю, — поспешно кивнул я, задвигая все посторонние мысли на задний план. Потом обмозгую.

— Так вот, юноша. Знаешь, у скольких из этих молодых-горячих вышло то, что они задумывали?

Хм. Риторический вопрос. Ты б его не задавал, если б ответ был не «ноль».

Поэтому я промолчал. Но старик, будь ему неладно, моей кислой физиономией не удовлетворился.

— Я задал вопрос, — с нажимом проговорил шаман.

Так и быть, вздохнул я, поиграем в поддавки, коль этому старому пню так надо.

— Ну ладно… — и я оттарабанил, словно прилежный ученик: — И у скольких, молодых горячих получилось то, что они задумывали?

— Хм… — криво ухмыльнулся пенёк, — Думаю, ты и сам знаешь ответ…

Да, твою же медь! Ты, старый, издеваешься⁈ Я тут перед тобой чуть ли не на цыпочках отплясываю!..

— Знаю! — почти выкрикнул я. — Но ещё я знаю, что я, — шарахнул себя в грудь кулаком. Чёрт, синяк наверно останется! — это не твои «молодые-горячие». И я — не «голожопый абориген»! Я — другое!

— Они не мои, — философски пожал плечами шаман. — И да, ты — не они…

— Так вот, — зло проговорил я, — у них не вышло, но у меня — выйдет! Понял?

На несколько секунд воцарилась пауза. Я, с немалым удивлением отметил, что стою перед стариком сжав кулаки, пыхчу через ноздри, что твой бык, разве что копытом песок не рою!

А напротив, высушенным саксаулом, стоит шаман. И, в отличие от дерева, даже не шатаетсяся под порывами ветра. Словно не из растатуированных тонких ручек-ножек, худого тельца и седой головы состоит, а вырезан из камня. И смотрит на меня… как взрослый смотрит на рассерженного карапуза!

Отследив свою позу, я тут же успокоился, повёл плечами, сбрасывая напряжение, выпрямился, и спокойнее добавил:

— У меня выйдет!

— Не думаю, — еле заметно поморщился старик.

Блин!

Я махнул рукой в сердцах, повернулся, чтоб уйти, но тут в спину прилетело:

— А чего приходил-то?

Часть 1

Глава 3 Опять Арииаху

Странно, думал я, шагая от шамана к лягушатнику. Вот, к примеру, Каналоа. Вроде бы и привык к моей речи, привык, что у меня время от времени проскакивают незнакомые словечки. Ну так он считает меня кем-то вроде подводного духа. Или ещё какой-то хренью неведомой.

А шаман? Почему шамана не напрягла используемая мной лексика? Даже тот же Каналоа нет-нет, да и просит говорить понятно, а тут… И такое впечатление складывается, что этот старый пенёк всё понимает!

Впрочем… Я на ходу пожал плечами, скорее всего я просто загоняюсь, и есть какое-то более простое объяснение. Хорош уже, Скат, напридумывал себе всякого…

Так, в задумчивости и тяжких мыслях о будущем, разговаривая сам с собой чуть ли не вслух, я добрался до условленного места.

В общем-то, это было уже знакомое место, тут мы готовились к недавней акции, вон, даже следы от кострища видны.