Игорь Чиркунов – Пенсия для морского дьявола 4. Первый в касте бездны (страница 17)

– Я хочу, чтоб мне на голову не обрушивались тонны воды!

– Тогда надо возвращаться под крышу, – с философским видом заметил обтекающий помощник.

– Хрен ты угадал. Это не мы возвращаемся к крыше, это пусть крыша к нам приходит!

Не знаю, что подумал Каналоа, но возражать он не стал.

Так-то мы с Каналоа ребята крепкие. В не самых простых условиях выросли, не подохли в детстве. К тому же, последнее время усиленно спортом занимались, питались вообще отлично… от остального племени. Но, чёрт возьми, на таком ветру, будучи мокрыми, без возможности согреться… К тому же – в условиях местной медицины, вернее – её отсутствия… Да на нас можно крест ставить!

Для начала опять потащились за бамбуком. Траверзом по склону ещё туда-сюда. Вниз?.. Не без приключений – синяков и ссадин прибавилось, слава богу, без переломов или серьёзных травм.

А вот назад, вверх, да с охапками бамбука… Короче, на всё про всё убили несколько часов!

Далее пришлось вокруг места вырубить кинжалом поросль, мешавшую задумке.

Потом из бамбука связали две рамы со множеством поперечин и с диагональными распорками. Сами рамы накрыли листьями как чешуёй – снизу вверх с перекрытием, а листья поверх увязали ещё и верёвками. Пришлось извести весь запас тонкого шнура, что я видел в роли линя для гавайки. Ерунда – ещё наделаем.

Получились эдакие «панели» примерно два на три метра. Не много, но боюсь, большие мы вдвоём не закрепим. Да и избыточная парусность для крыши в минус.

Потом пришла пора акробатики под проливным дождём. Три связанных в пакет бамбуковых шеста – всё же надёжнее, чем один толстый ‑ мы закрепили меж двумя деревьями, поперёк склона. Деревья выбирал специально как можно более толстые, чтоб они меньше раскачивались под порывами ветра.

С ближним к склону концом жерди получилось быстро – Каналоа подсадил, и я привязал бамбучину на высоте в полтора моих роста – больше нам не надо, не древнегреческий портик строим.

А вот с дальним концом пришлось повозиться. Я опять залез на плечи помощника – всё ж он помассивней меня будет. Потом, пользуясь завязанной на стопах и перекинутой вокруг ствола дерева верёвкой как когтями электрика, и помогая себе второй верёвкой, что держал в руках, я забрался на высоту почти в три моих роста, чтоб жердь – будущий конёк крыши – легла горизонтально.

С какими приключениями «панели» пристраивали поверх конька – и не передать. Скажу только, что для начала их связали вместе, а потом долго перекидывали через жердь, боясь как бы очередной порыв не унёс и панели, и нас, в них вцепившихся. Куда-нибудь, в страну Изумрудного города.

Но в результате над выбранным участком южного склона раскинулась двускатная крыша, закрывающая клочок земли в горизонтальной проекции три с половиной на три метра. Не много, конечно, и будь тут открытое место, косой дождь проливал бы всё пространство под ней. Но мы в лесу, и вода тут падала в основном вертикально, так что в центре образовался небольшой участочек, куда залетала разве что водяная пыль.

Раскрепили крышу лианами, ибо готовые верёвки кончились. На оттяжках не экономили – этому навесу предстоит противостоять серьёзному ветру!

Под вечер, осмотрев сооружение, я остался доволен. Да, продувается. Да, периодически ветром забрасывает водяную пыль. Зато нет потоков воды на голову, и если запалить небольшой костерок – вполне можно работать.

Но ночевать всё равно вернулись в дом Фефуя.

Уютнее в хижине не стало. Разве что вода ручьями не затекала внутрь, но от вездесущей водяной пыли было не скрыться. Не знаю, что творилось на полу в «спальне», мне было уже всё равно. Я, в слабом отсвете углей, под прожигающим взглядом отца семейства, у которого от возмущения тряслись губы, умял две крупные бататины, запил водой и рухнул на отведённую мне циновку уже в полной темноте.

Кажется, ко мне опять пришла и прижалась Инина. По крайней мере, груди, животу и ногам стало тепло. А дальше я просто отключился.

На утро отец семейства не выдержал. Возмущённо глядя как я расправляюсь с очередной печёной бататиной он наконец заговорил:

– Инина, спроси своего… – он надолго повис, соображая, как бы меня назвать. Так ничего и не придумав, продолжил: – спроси, он собирается делать то, что обещал?

Ни на меня, ни на Каналоа он не смотрел демонстративно, словно нас нет, при этом его губы так дрожали, а дыхание так прерывалось, что казалось, что он сейчас или разрыдается, или станет орать на все джунгли.

Каналоа, при первых же звуках голоса Фефуя тут же отложил батат. И даже отодвинул его от себя.

– Ну-ка ешь, – обронил я негромко, но не терпящим возражения голосом. – Тебе со мной сегодня целый день под дождём мокнуть. Только попробуй свалиться от недостатка сил.

Каналоа посмотрел на меня… покосился на Фефуя… И пододвинул недоеденную бататину к себе.

– Вот так-то лучше, – хмыкнул я.

И перевёл взгляд на отца семейства:

– Так, теперь с тобой.

Говорил я холодно, не забывая вгрызаться в исходящий паром плод.

– Я тебе обещал рыбы, – я не спрашивал, я констатировал. – От своих обещаний я не отказываюсь. Всё у тебя будет. И рыба, и… Короче – всё. Но ты видишь, что с погодой? Или думаешь, рыба она по берегу ходит? На деревьях сидит?

Отец семейства сверкнул глазам, что-то буркнул и уткнулся в свою порцию еды.

– Фефуй, посмотри на меня, – пришлось повторить дважды. – Не мешай мне и не пытайся нарушить наш уговор, – проговорил достаточно жёстко, но без угрозы. – Имей терпение. Я свою часть уговора помню, и как только появится возможность – будет у тебя твоя рыба. Ну а если не дотерпишь… – я качнул головой, – не получишь обещанного. И получится, что зря нас терпел, кормил из своих запасов.

Фефуй молча доел, встал и так ничего не сказав юркнул в спальную половину дома.

Я лишь вздохнул – хозяин, блин! Мог бы и выйти, канавку вокруг дома подновить, прочистить отвод, что вот-вот забьётся. Есть работа по дому, есть. Но этот хмырь будет сидеть на циновке весь день, думая что его обманули… Бедная Инина, не удивляюсь, что её в жёны никто не взял – кому такие родственнички нужны?

– Пошли? – посмотрел я на помощника.

Тот только вздохнул.

– А что делать? – пожал я плечами.

И мы пошли.

Повторилось начало вчерашнего дня, разве что за бамбуком мы зашли сразу, и приволокли на «базу» целую охапку.

После я занялся рамой, для нашего «прокатного стана», а Каналоа – вторым валиком – надо было не только ошкурить и подстрогать, а ещё и на концах «о́си» сделать, которые мы потом закрепим в раме.

Но сначала – я подкопал ямку побольше в склоне под навесом и запалил небольшой костерок. Пришлось, конечно, повозиться – всё ж промокло, но кто сказал, что это препятствие?

Учитывая, что дерево, из которого Каналоа делал валик, не зря носило наименование каменного, а нож у Каналоа почти что выкрошился, я управился раньше него.

И тут же принялся мастерить нам лежаки – фактически те же самые прямоугольные рамы, забранные в клетку бамбуковыми стволиками потоньше. И приподнятые за счёт ножек примерно на ладонь. Не хочу больше спать на земле!

Когда доставали кусок застывшего латекса, на душе пару раз скребнуло – вдруг передержал? Хотя, что могло случиться? Пересох? В такой то влажности.

А когда пропускали через валики, несмотря на погоду, на то, что непонятно, когда я снова смогу нырнуть под воду – на душе пели птицы.

Мои новые жгуты! Эх, пока по старой технологии, но лучше уж с такими, чем вообще без ничего.

Правда, сначала получившуюся то ли «ленту», то ли «соплю», а может – «ленточного червя», с которым у меня в прошлый раз возникла ассоциация, надо было прокоптить. Кстати, вспомнил – вроде бы копчение используют, чтоб сырой каучук не пожрали насекомые. Хм, а его кто-то жрёт? Но умничать не стал – надо, значит надо.

В костерок накидали сырой листвы – благо с чем, с чем, а вот с ней проблем вообще никаких не было. Хоть поставками занимайся! Велел Каналоа следить за процессом – поддерживать огонёк, в то же время не давать ему разгораться – а то с такими трудами полученную «ленту» спалим, к чертям собачьим. Переворачивать «изделие», чтоб коптилось равномерно.

А сам вновь взялся за запасы бамбука, что ещё оставались.

На этот раз я решил сделать помост – а то балансировать на склоне, рискуя полететь кувырком вниз – так себе занятие. Я предпочёл бы по ровному ходить.

Но с настилом быстро не получилось – крышу то мы раскрепили так: конёк меж двух стволов, а скаты к ближайшим деревьям растянули лианами. Но использовать соседние деревья как опоры не то чтоб не получилось. Получилось. Только вот расстояние меж них было – метров восемь.

Я, конечно, состряпал составную жердь – на этот раз пришлось собирать её и в длину тоже – самые длинные бамбучины у нас были метра по четыре. Но даже получившийся толстый «пакет» всё равно ходил ходуном и с трудом выдерживал мой вес – для проверки я на этой «балке» повисел. А если я на неё обопру продольные лаги, а на лаги кину настил… Нет, не выдержит! Придётся завтра срубить самый толстый, какой найду бамбук и сделать из него столбы в основании углов. Хорошо хоть таких всего два нужно – другими концами лаги у меня на склон лягут.

В общем, до конца «рабочего» дня настил я не закончил. Думаю, ещё и завтра день придётся убить, чтоб наконец-то «база» обрела более-менее удобоваримый вид.